Рекомендуем

• Стоимость скупка золота.

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Заключение

Отечественное хазароведение прошло долгий и трудный путь развития. Изучение проблемы этноконфессиональных отношений на территории Хазарии явилось важным показателем его становления в качестве самостоятельной отрасли исторических знаний. Огромную роль в его эволюции сыграл период со 2-ой пол. XVIII по нач. XX столетий. На данном этапе были заложены основы источниковой базы отечественного хазароведения за счет не доступных ранее арабо-персидских и еврейско-хазарских письменных источников, а также материалов археологических раскопок. Проблемы хазарской истории рассматривались в тесной связи с вопросами, изучаемыми в рамках других исторических дисциплин: востоковедения, Отечественной истории и истории еврейского народа.

Первые попытки осветить отдельные вопросы исторического прошлого Хазарского каганата относятся ко 2-ой пол. XVIII — 1-ой пол. XIX вв. и связаны с развернувшейся в отечественной науке дискуссией между противниками и апологетами норманнской теории. Содержание дискуссии и ограниченность источниковой базы, состоявшей преимущественно из византийских хроник и русских летописей, обусловили актуальность изучения проблемы славяно-хазарских отношений. В зависимости от оценок характера «хазарской дани» и ее влияния на историческую эволюцию восточнославянских племен в отечественной историографии сложились две противоположные друг другу традиции:

1.) «прославянская» или «антихазарская», видевшая в вассально-даннических отношениях между хазарами и восточными славянами серьезное препятствие для социально-экономического и государственного развития последних (В.Н. Татищев);

2.) «прохазарская», усматривающая в «хазарском иге» благоприятный фактор для становления русской государственности и социально-экономического развития восточных славян (Н.М. Карамзин, Г. Эверс).

Другие проблемы этноконфессиональных отношений на территории каганата не являлись актуальными для российских ученых и, как следствие, не отличались глубокой проработкой. Тем не менее, именно в этот период формирования отечественного хазароведения впервые были затронуты вопросы, связанные с определением сущности хазарского двоевластия, иудаизацией каганата (В.Н. Татищев), впервые выдвинуты положения о веротерпимости хазарского общества и сохранении внутренней автономии подчиненных этносов в рамках Хазарского государства (Г. Эверс).

2-ая пол. XIX — нач. XX столетий были ознаменованы значительным расширением источниковой базы хазароведения: успехи отечественной ориенталистики и гебраистики обусловили введение в научный оборот ранее недоступных российским исследователям еврейско-хазарских документов и произведений восточных авторов. В нач. XX в. начались активные археологические раскопки в регионе Волго-Донья, значительно расширившие представления российских историков об этническом составе Хазарского каганата. Вопросы этноконфессиональных отношений на территории каганата теперь рассматривались не только в связи с проблемами Отечественной истории (хотя приоритет последних сохранялся), но проблемами востоковедения и истории еврейского народа. Рост интереса к историческому прошлому Хазарского государства предопределил появление публикаций, посвященных непосредственно Хазарии, особенностям ее социально-экономического и государственного развития (В.В. Бартольд, В.В. Григорьев, П.В. Голубовский).

2-ая пол. XIX столетия была отмечена новым этапом в дискуссии между сторонниками и противниками норманизма. В качестве важного аргумента против норманнской теории было выдвинуто положение о существовании Приазовской Руси. Развернувшиеся вокруг него научные дебаты способствовали более глубокому изучению проблемы славяно-хазарских отношений, содействовали активным археологическим работам в бассейне Дона и Северского Донца, позволившим исключить восточных славян из числа основных обитателей данного региона. В рамках возобладавшей «прохазарской» традиции сложился широкий спектр мнений по вопросу влияния «хазарского ига» на развитие восточнославянских племен: от полного неприятия факта зависимости от хазар (Д.И. Иловайский) до признания решающей роли последних в формировании Киевского государства и распространении христианства в славянской среде (С. Гедеонов, А. Гильфердинг).

Период 2-ой пол. XIX — нач. XX столетий был отмечен первыми серьезными попытками охарактеризовать межконфессиональную ситуацию в Хазарском каганате. На данном этапе были выдвинуто положение о превращении Хазарии в «арену борьбы» монотеистических религий, затронуты вопросы, связанные с иудаизацией, исламизацией и христианизацией Хазарского государства. В рамках проблемы иудаизации был сформулирован важный вывод об ограниченной социальной базе иудаизма, предприняты попытки выявить причины распространения этой религии на территории Хазарии. В большинстве концепций иудаизация представала в качестве последовательности реформаторских актов, совершенных правящей элитой каганата. Даты преобразований служили жесткими хронологическими рамками данного процесса. В исследованиях Ф.О. Вестберга проявилось стремление к преодолению этих искусственных границ, однако до 60-х гг. XX столетия оно не находило поддержки у российских ученых.

В зависимости от взглядов на происхождение дуализма верховной власти у хазар в отечественном хазароведении выделилось два противоположных друг другу подхода:

1.) «ситуационный», усматривающий в двоевластии результат конкретно исторической ситуации (узурпации власти, государственного переворота, добровольного распределения рычагов управления между представителями племенной знати Хазарского государства);

2.) «традиционный», видевший истоки бинарной системы властвования в мифолого-религиозных представлениях населения Хазарии либо же в специфике государственной организации хазарского общества.

Недостаточное развитие отечественной археологии и ориенталистики, свойственные России традиции сильной государственной власти обусловили доминирующие позиции «ситуационного» подхода к изучению проблемы хазарского двоевластия.

В период с 20-х гг. XX по нач. XXI вв. отечественное хазароведение завершает свою эволюцию в качестве самостоятельной исторической дисциплины. На данном этапе сложился основной фонд письменных и археологических источников по истории Хазарии, окончательно определился круг изучаемых проблем, со 2-ой пол. XX в. рассматриваемых независимо от вопросов Отечественной истории, востоковедения и истории еврейского народа. Важным показателем этих процессов стало появление широкого спектра научных публикаций, посвященных исследованию культуры и истории Хазарского каганата.

Переход российской исторической науки на рельсы марксистской методологии вызвал временное падение интереса к историческому прошлому Хазарского каганата в 20-х — 40-х гг. XX столетия. Ревизия Отечественной истории привела к критике дореволюционных историков — норманистов и возобновлению дискуссии о существовании Приазовской Руси. В связи с этим в центре внимания отечественных историков по-прежнему находилась проблема славяно-хазарских отношений, изучение которой проходило в рамках «прохазарской» традиции. Помимо умеренных оценок влияния «хазарского ига» на развитие восточнославянского общества наметилась тенденция к преувеличению позитивного значения хазарского фактора в развитии культуры, государственности и социально-экономических отношений поднепровских славян (В.А. Пархоменко, В.В. Мавродин).

Проблема межконфессиональных отношений на территории каганата нашла слабое отражение в отечественной историографии данного периода. Исследования в сфере иудаизации Хазарии не выходили за границы наметившихся во 2-ой пол. XIX — нач. XX вв. подходов. Вопросы, связанные с происхождением дуализма верховной власти, либо обходились молчанием, либо затрагивались вскользь, не являясь актуальными для советских историков.

Вместе с тем, 20-е — 40-е гг. были ознаменованы активными археологическими работами в регионе Волго-Донья, способствовавшими значительному расширению источниковой базы отечественного хазароведения за счет материалов раскопок. В ходе исследований была выделена Салтово-маяцкая археологическая культура, определенная в качестве государственной культуры Хазарского каганата. Проведенные исследования позволили определить ареал и выявить варианты культуры, установить этническую принадлежность ее создателей, составить представление об уровне социально-экономического развития Хазарии и религии ее населения. В то же время они окончательно закрыли дискуссию о существовании раннесредневековых славянских поселений на территории Приазовья.

Критика отечественного хазароведения, развернувшаяся в нач. 50-х гг. в рамках «борьбы с космополитизмом», привела к временному прекращению научных изысканий, связанных с историей Хазарского каганата. В оценке характера славяно-хазарских отношений возобладала «антихазарская» или «прославянская» традиция, а роль Хазарии в истории Восточной Европы была существенно занижена. Давление идеологического пресса крайне негативно сказалось на изучении исторического прошлого Хазарского государства, однако принципиальная важность совершенных археологических открытий и существенное расширение источниковой базы за счет письменных источников позволяет говорить о дальнейшем прогрессивном развитии отечественного хазароведения в 20-е — нач. 50-х гг. XX столетия.

2-ая пол. 50-х — нач. 60-х гг. XX в. была отмечена публикацией целого ряда работ, посвященных хазарской истории. Среди них особое место занял энциклопедический труд М.И. Артамонова «История хазар»: построенный на широком спектре письменных и археологических источников, он явился итогом развития отечественного хазароведения за предшествующие периоды и стал индикатором его формирования в качестве особой исторической дисциплины. Выход в свет «Истории хазар» обусловил необходимость расширения источниковой базы с целью продолжения научных изысканий по истории Хазарского каганата и корректив положений М.И. Артамонова, ставших отражением последних достижений отечественных и зарубежных специалистов. В зависимости от доминирующего типа используемых источников в российском хазароведении выделилось три условных направления:

1.) «историческое», опирающееся на данные письменных документов;

2.) «археологическое», строящее гипотезы на основе археологического материала;

3.) «комбинированное», базирующееся на комплексном анализе приведенных выше типов источников. Последнее направление является наиболее прогрессивным и наименее развитым в отечественном хазароведении.

Двумя наиболее исследованными проблемами межэтнических отношений на территории Хазарского каганата со 2-ой пол. 50-х гг. XX по нач. XXI столетий являлись проблемы славяно- и алано-хазарских отношений. Вторая приобрела особую значимость в связи с завершением дискуссии о существовании Приазовской Руси и выявлением Салтово-маяцкой археологической культуры.

Критика отечественного хазароведения в нач. 50-х гг. XX в. предопределила доминирование «прославянской» или «антихазарской» традиции в оценке славяно-хазарских отношений, господствующие позиции которой сохранялись вплоть до сер. 80-х гг. того же столетия. Отмеченное в этот период ослабление идеологического пресса и успехи российской археологии подготовили возрождение «прохазарской» традиции, вновь выдвинувшей положение о важной роли хазарского экзогенного фактора в социально-экономическом и культурном развитии восточнославянских племен, становлении и укреплении Древнерусского государства. Значительное преимущество сторонников «прохазарской» традиции заключается в изучении вопросов славянохазарских взаимосвязей в рамках «археологического» и «комбинированного» направлений, в то время как «прославянская» опирается на работы представителей «исторического» направления и, как следствие, крайне ограниченный фонд письменных источников.

Исследователи проблемы алано-хазарских отношений отказались от конкретных оценок их характера и значения для исторической эволюции донских и кубанских алан. Наибольшую актуальность приобрели вопросы о причинах аланской миграции на юго-западные территории каганата и роли хазарского этноса в формировании Салтово-маяцкой культуры, основными создателями которой были признаны праболгары и донские аланы. В связи с недостатком письменных источников, изучение проблемы проводилось преимущественно представителями «археологического» направления. По обоим вопросам сложился широкий спектр мнений, что свидетельствует о невозможности их разрешения на современном этапе развития отечественного хазароведения. Дальнейшие изыскания в сфере алано-хазарских отношений зависят от выявления хазарских памятников в регионе Волго-Донья и комплексного анализа письменных, археологических источников и этнографического материала по изучаемой проблеме.

Центральное место в исследованиях, посвященных межконфессиональным отношениям на территории каганата, заняли вопросы, связанные с иудаизацией хазарского общества. Серьезный прорыв в данной области совершил М.И. Артамонов, отказавшийся от установления жестких хронологических рамок процесса распространения иудаизма в Хазарском государстве. Выдвинутая им концепция отступала от дореволюционной схемы, рассматривавшей иудаизацию в качестве последовательности преобразовательных актов правительства каганата, обосновывая распространение иудаизма снизу — вверх через прозелитизм и ассимиляцию еврейских колонистов в хазарской среде. Дальнейшее изучение проблемы иудаизации, ставшее прерогативой представителей «исторического» и «комбинированного» направлений, способствовало формированию довольно широкого спектра мнений по данному вопросу, по сути, являвшихся вариациями исторических построений М.И. Артамонова. В настоящее время в отечественном хазароведении не существует альтернативной концепции иудаизации Хазарского каганата, способной заменить либо серьезно скорректировать положения ученого.

Особое значение в изучении этноконфессиональных отношений на территории Хазарии приобрела проблема происхождения дуализма верховной власти у хазар. В 60-е — 90-е гг. XX столетия ее анализ проводился на основе письменных источников, что обусловило изучение связанных с ней вопросов представителями «исторического» направления. Значительное расширение источниковой базы в предшествующий период привело к формированию «революционного» и «эволюционного» поднаправлений в рамках господствующего «ситуационного» подхода. Первое предполагало краткий период формирования дуализма власти, усматривая в нем результат государственного переворота и трансформации системы управления каганатом, спровоцировавшей восстание каваров в нач. IX столетия. Второе делало акцент на длительном, последовательном и не обремененном вооруженным конфликтом генезисе дуализма верховной власти, являвшимся необходимым средством разрешения политических и национальных противоречий в стране.

Развитие зарубежного хазароведения и успехи отечественной археологии предопределили возрождение на рубеже XX—XXI вв. «традиционного» подхода к проблеме формирования хазарского двоевластия. Доминирующее положение в нем заняли представители «археологического» и «комбинированного» направлений. Проведенные ими исследования позволили выявить основы религиозно-мифологического фундамента бинарной модели властвования и тем самым значительно ослабить позиции «ситуационного» подхода.

Дальнейшие перспективы изучения проблемы этноконфессиональных отношений на территории Хазарского государства следует связывать с развитием «комбинированного» направления в отечественном хазароведении. Применение комплексного анализа письменных, археологических источников, а в некоторых случаях и этнографического материала, должно сыграть ключевую роль в исследовании вопросов, связанных с иудаизацией каганата, формированием дуализма верховной власти и проблемами межэтнических взаимосвязей на территории Хазарии.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница