Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Нашествие татар и выселение половецкого народа

В то время когда Русь и половцы боролись между собою, роднились и грабили друг друга, далеко в степях Средней Азии собиралась гроза, которая должна была сокрушить силы обоих народов, поработить на некоторое время Русь и стереть с лица земли имя половцев.

Во второй половине XII столетия среди монгольских племен появился человек, сумевший уничтожить их разрозненность, двинувший массы кочевников на завоевания. Это был известный Темучин, принявший потом на себя имя Чингиз, когда сделался ханом1. Мы не будем следить за всеми победами его в Азии. Для нас интересно столкновение этого воителя с Хорезмом.

Еще раньше, с самого начала XII в., мы видим половцев на службе у грузинских царей против владетелей мусульманских. Как везде, так и здесь степняки являлись ненадежными союзниками. Раз в виду неприятеля Грузины и половцы перессорились, передрались и бежали2. Служили половцы и султанам Хорезма, которые женились на дочерях их ханов.

Когда на пределы его надвинулись татары, султан Джелаль-Эддин послал звать к себе на помощь наших кочевников. За этот-то союз и преследовали татары половцев3 и ринулись к северу от кавказских гор. Взяв Дербент, спустившись с гор, они стали в земле алланов-яссов. Ввиду общей опасности половцы заключали с ними союз.

Татарские генералы увидели всю опасность для них от этого факта и решили разделить силы врагов. Они послали к половцам одного из своих с богатыми дарами. Он должен был выразить удивление, что половцы, будучи родственниками монголов по крови, соединились с алланами, которые — народ совершенно им чуждый; что гораздо честнее жить половцам в добром согласии с монголами. Наши степняки поддались на обман и оставили яссов. Тогда татары разбили аллан, обратили массу их в рабство и затем напали на половцев. Придя в себя после такой неожиданности, последние отступили к русским границам, а татары остались зимовать в земле половецкой4. Оказывается, что с новыми врагами боролся Юрий Кончакович. Видя свое бессилие, другой хан, Котян, бросился искать себе помощи у своих родственников на Руси. Но, кажется, татары в своей войне с половцами и воспользовались междоусобной борьбой, происходившей между Юрием Кончаковичем и другим каким-то князем5. Явились половецкие князья к границам Руси и убедили ее князей помочь им. Если не поможете нам, говорили они, то сегодня нас изрубили, а завтра вас изрубят. Но и татары, со своей стороны, прислали послов к русским князьям с предложением оставить половцев на произвол судьбы. В происшедшей битве на Калке союзники были разбиты наголову6. Весть об этом прошла и за пределы Руси. В австрийской нейбурской летописи под 1223 г. читаем: «Царь Тарсис (татарский) совершенно опустошил землю, называемую половецкой, истребил ее жителей и побил много руссов, которые хотели подать им помощь»7. В первых же стычках с татарами были убиты половецкие князья — Данило Кобякович и Юрий Кончакович8.

В продолжение нескольких лет затем не было ничего слышно про татар. Все начинало идти по-прежнему. Торговые сношения возобновились9. Половцы по-прежнему помогают русским князьям10, о набегах на Русь совсем не слышно. Котян в дружественных отношениях с Даниилом; а в степях среди половцев постоянно живет Изяслав Владимирович, сын Владимира Игоревича, женатого на дочери Кончака. Но в 1237 г. начался разгром Русской земли. Громить ее явился уже не отдельный отряд татарский, а огромные силы под начальством Батыя. Разорив Северную Русь, татары заняли степи половецкие11.

Началась последняя борьба половецкого народа за свою свободу. Один из половецких князей, Бачман, долго беспокоил монголов своими нападениями. Он неожиданно атаковывал их, исчезал со своей добычей и удачно избегал их преследований. Напрасно они его искали; спрятавшись со своим отрядом в лесах на берегу Волги, он постоянно менял место своего убежища. Князь Мангу и его брат Буджек постановили, наконец, осмотреть леса. Рыща по ним, монгольские войска увидели следы лагеря и узнали от одной больной женщины, что Бачман удалился на один из островов Волги. Они вброд достигли его. Половцы были захвачены неожиданно и изрублены в куски12. Бачман, приведенный к Мангу, был зарезан по его приказанию среди войска. Это единственный известный нам эпизод из истории борьбы половцев с монголами. Путешественник XIII в. Плано Карпини, проехавший половецкую землю от Киева до Волги, рассказывает, что жители ее, половцы, истреблены татарами; некоторые из них бежали из своего отечества; другие обращены в рабов; многие из убежавших возвратились назад к татарам13.

Еще вслед за погромом 1223 г. половцы начали выселяться из южнорусских степей. Часть их двинулась на Закавказье. Они обратились за позволением к владетелю Дербента купить съестных припасов. Вышли недоразумения, и половцы посредством хитрости овладели Дербентом. Начали они грабить грузинские области. Окруженные, после многих похождений, мусульманами, лезгинами, грузинами, половцы были разбиты. Оставшиеся в живых обращены в рабство, так что раб из них продавался в Дербенте Ширванском по самой низкой цене14. Далее, конечно, выселение должно было усилиться.

После 1237 г. мы находим половцев среди русских. Они, видимо, уже находились в полной зависимости от русских князей. Даниил Романович Галицкий употребляет их как легкое войско в своих походах на Литву, на ятвягов15. Они участвуют в знаменитой ярославской битве, когда решен был окончательно вопрос, кому должен принадлежать Галичь. Мы видим здесь половцев в полном повиновении у Даниила: «И приехаша половци наперед, и приехавше видиша стада их (неприятельские), не бе бо страж их у реки, половцем же не смеющим разграбити их, бес повеления княжа»... Прежде, во времена, когда их нанимали князья на помощь, они не дожидали бы позволений и не были бы так совестливы. Нет никаких данных, которые давали бы возможность сказать, где были поселены половцы. Сохранилось предание, что они получили земли там же, где раньше поселились их родичи — черные клобуки, т.е. на реке Роси, но при этом время поселения их в этих местах отодвигается очень далеко — к княжению Святополка Изяславича, т.е. к концу XI в. Оно удержалось в роде князей Половцев-Рожиновских, производивших свой род от тестя Святополка, половецкого хана Тугорхана. В грамоте, выданной киевским князем Владимиром Ольгердовичем в XIV в. Юрию Ивановичу Половцу-Рожиновскому говорится между прочим: «А удел его предковский, как предки его, Тугорхан и Кариман, и иные после них, держали, на реке Роси по рекам Ростовицу и Каменицу, который назывался Сквира, а теперь Поветщизна»16. Предание отнесло событие к слишком отдаленному времени, но самый факт несомненен, как видно из приведенных нами летописных известий. В Поросьи были поселены половцы не Тугорхановы, а перешедшие на русскую территорию после нашествия татар.

Часть половцев, очевидно, кочевавших между Днепром и Дунаем, поспешила спастись на Балканский полуостров. По рассказу Георгия Акрополита, половцы с женами и детьми, на шкурах, наполненных сеном, переправились через Дунай, прорвались через Болгарию и заняли все области Македонии. Они страшно опустошили ее и в короткое время обратили как бы в пустыню, овладели небольшими слабо укрепленными городами, грабили, убивали, уводили в плен жителей. Пленные продавались в больших городах, в Адрианополе, Дидимотике и др. Никифор Грегора рассказывает, что половцы переселилась в числе не менее десяти тысяч. Император Иоанн послал им богатые дары, старался привлечь другими знаками своего расположения и включил в состав греческой армии. Он раздал половцам земли для поселения в разных местах: во Фракии, в Македонии, в Малой Азии по реке Меандру и во Фригии17.

Знаменитый Котян, тесть Даниила Романовича Галицкого, которого венгерские хроники называют Кутеном, недолго продержался в степях и в свою очередь с подвластными ему половецкими коленами решился покинуть свое отечество. Есть известие, что Котян сначала один явился в Венгрию, чтобы изучить туземный язык18. Вслед за тем он прислал сказать, что примет вместе со своими приближенными христианство, если ему будут отведены земли для поселения. Король венгерский Бела IV дал проводников во избежание столкновений половцев с туземцами, а чтобы придать вид легальности своему поступку, он собрал сейм сановников государства и предложил ему вопрос, принимать ли Котяна. Бароны решили утвердительно. Явившись в Венгрию, Котян с ближайшими людьми был крещен19. Половцам были отведены земли между Дунаем и Тиссой, по реве Керосу, между реками Темесом и Маросом20. Переселившись, половцы быстро завоевали себе видное место, и наследник венгерского престола, Стефан V, женился на дочери половецкого князя Котяна21.

Один путешественник английский XIV в., Мандевиль, бывший в Египте и служившей у султана Мелека Мандиброна, рассказывает следующее: «Из тех22 половцев некогда явилось в Египет некоторое количество, которое, увеличившись, так усилилось, что, кажется, правит над подчиненными туземцами, ибо из среди себя они поставили султана Мелека Мандиброна»23. Совершенное подтверждение этому и без того не вызывающего сомнения известию мы находим у такого достоверного писателя, как Георгий Пахимер. Он рассказывает, что султан египетский заключил торговый договор с греческим императором, по которому египетские корабли могли свободно ездить к берегам Меотиды, чтобы скупать рабов, «ибо султан, происходя сам из половцев, старался собирать около себя свое племя». Значит, и рабы скупались — племени половецкого. Интересно, что родители продавали детей.

Закончим нашу главу словами арабского писателя XIV в. Ибн Яхии: «Тюрки Кипчака (половцы), — говорит он, — отличаются от других тюрков своею религиозностью, храбростью, быстротой движений, красотой фигуры, правильностью черт и благородством. Они дали султанов и эмиров Египту и составляют самую большую часть армии этой империи. Недим-еддин-Эюб, сын Камеля, показал большое старание в отыскивании рабов из Кипчака, и они не замедлили овладеть троном. Эти государи, вследствие своей преданности к своим соотечественникам, собрали их большое количество, так что Египет вскоре был наполнен этими иностранцами, которые составили там первенствующую силу. Поставленные во главе армии, облеченные первыми должностями, они показали себя ревностными защитниками исламизма»24.

Примечания

1. История первых завоеваний изложена на 156—248 стр. в Histoire genealogique des Tatars, D'Abulgasi — Bayadur-Chan. A Leyde. 1726.

2. Defremery. Fragments des geographes, p. 26, 27. note 3, p. 35—36. Известия Ибн-эль-Атира.

3. Известие Ибн-Кхальдуна. Ibidem, p. 128—129, примеч. I, p. 129—130.

4. Abulgasi — Bayadur-Chan, p. 309—311; Ибн-эль-Атир. 3. А. Н. по I и III отд. 1854 г. т. II, стр. 659.

5. Какой-то смутный слух о борьбе двух ханов половецких дошел до венгерских миссионеров. В их реляции между прочим рассказывается, что во время войны татар с Хорезмом был в земле половцев князь Витоф (Witoph, по-другому вар. Vithuth), славившийся своими богатствами. На него напал другой князь с реки Буга (de ilumine Buchs), вар. Вис по имени Урех (Urech, вар. Gureg) и ограбил. Витоф бежал к хорезмийскому султану (de Hornack, вар. Ornach). Последний за какие-то более ранние обиды повесил Витофа, сыновья которого бежали к Уреху. Урех убил старшего, а младший бежал в татарам, к хану Гургуте (?). Последний наказал Уреха, затем по просьбам сына Витофа двинулся и на Хорезм, Персию, потом на половцев и т. д.

Оба варианта этой реляции напечатаны в Codex Arpadianus, v. Wenzel. v. XII, Supplementa, № 2, А и В. В этой путанице фактов, весьма вероятно, лежит основа действительности. Urech, Gureg чуть ли не наш Юрий Кончакович.

6. Ипат. лет. Стр. 495—497; Воскр. лет. I. 123—132; Ибн-эль-Атир. 3 А.Н. по I и III отд. 1854 г. т. II, стр. 661; Abulgasi — Bayadur-Chan, p. 311—314.

7. Уч. 3 А.Н. по. I и III отд. т. II, 1854 г. Куник. О признании 1223 г. временем Калкской битвы. Стр. 760.

8. Никон. лет. II, 350.

9. См. выше.

10. Ипат. лет. Стр. 498, 503, 507; 513, 514, 515, 516.

11. Ibidem. Стр. 520.

12. D'Ohsson. Histoire des Mongols, II, p. 112.

13. Путешествия к татарам. Языкова. Стр. 25.

14. Ибн-эль-Атир. 3 А.Н. по I и III отд. 1854 г. т. II.

15. Ипат. лет. Стр. 538, 542—3, 543.

16. Opis powiatu Wasylkowskiego, Edward Rulikowski. Warszawa 1853. st. 33—34: «a oddzial jego przodkowski, Skwirski, jaco przodki jego: Tugorhan i Karymam i inne po nich odzierzeli, na Rsi, po Rastavicy i Kamienicy, ktory swano Skwira, a teraz Powietszczyzna».

17. См. выше.

18. Comes Geza Kuun. Codex Cumanicus, p. LXI.

19. Rogerius. De destructione Hungariae per Tartaros facta. Scriptores rerum hungaricarum. Schwandtneri. Vindobonae. 1746 a. 1, 294, 296—297, 298—299; Pray. Annales regum Hungariae, p. 251.

20. В конституции 1279 г., данной Ладиславом-Половцем, внуком Белы IV, сыном Стефана V, говорится: «Et quia copiosa multitudo Comanorum copiosum terrae spatium capiebat, statuimus, ut hi, qui cum generatione sua inter Danubium et Titiam, at juxta fluvium Kriss, vel inter flumina Tymus et Marus, aut circa eadem descenderant, et non alias, sed super eisdem fluminibus sen locis, sive terris, super quibus primitus quamlibet generationem cum suis tabernaculis Dominus Bela Rex, avus noster, illustris Rex Hungariae, inlytae recordations, descendere fecerat, ibi et nunc descendant et resideant». (Fejer. Codex diplomaticus, v. V, pars 2, p. 512—518).

21. Comes Geza Kuun. Codex Camanicus, p. XXX.

22. Он только что говорил о Кумании.

23. «De istis Commanis uenit olim fugata quaedam ploralitas populi usque in terram Aegypti, quae ibidem succreta nunc ita invaluit, ut suppressis indigenis videatur regnare: Nam et de seipsis constituerunt hunc, qui modo est Soldanus, Melech Mandibron». Hakluit's collection. London. 1810. v. II, p. 122.

24. Notices et extraits des manuscrits. v. XIII, p. 267—268.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница