Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Глава I. Археологические источники

К середине VIII в. н. э. Подонье и Приазовье представляли собой в археологическом отношении более или менее однородный массив, занятый памятниками салтово-маяцкой культуры. В литературе эти памятники соответствующим образом описаны, классифицированы и интерпретированы [10, с. 65—72; 154, с. 13—51]. Некоторые различия в типах поселений, могильных сооружениях и погребальном обряде, домостроительстве позволяют выделить на рассматриваемой территории три варианта салтовских памятников: лесостепной, степной и приазовский. Первый вариант обычно связывают с аланами и праболгарами, два последних — с праболгарами [116, с. 142; 154, с. 5]. В последнее время предпринята попытка дальнейшего расчленения праболгарских памятников Подонья — Приазовья на более мелкие локальные варианты: верхнедонской, среднедонецкий, нижнедонской и приазовский [149]. Однако археологические памятники этих вариантов далеко не однотипны, что еще раз подчеркивает этническую пестроту салтово-маяцкой культуры.

Наряду с многочисленными открытыми селищами различных типов в Среднем и Нижнем Подонье обнаружены остатки 28 укрепленных пунктов, а также более 80 могильников и отдельных погребений (рис. 1). Раскопки некоторых из них (в частности, археологических комплексов у пос. Старый Салтов, сел Маяки, Сидорово, Богородичное, Сухая Гомольша и других, расположенных в бассейне Северского Донца), проводившиеся в 60-е—начале 80-х годов, дали много новых и интересных археологических материалов. В совокупности с ранее известными они являются ценными источниками для изучения различных сторон хозяйственной деятельности населения западной окраины Хазарского каганата и освещения важных вопросов истории этого края.

Старосалтовское городище, расположенное в Волчанском районе Харьковской области, было зафиксировано Д.И. Багалеем [19, с. 24]. Оно занимает вершину горы, находящейся на расстоянии 1 км к югу от Старого Салтова (рис. 2, 1). Наибольшая длина памятника равна 120 м, ширина — 70 м, общая площадь — 5580 м². Неглубокий ров хорошо заметен только с северо-запада. Культурный слой на городище отсутствует. Поселение имело каменную стену и ров. Остатки стены прослеживаются в двух разведочных траншеях. От нее сохранились крупные рваные камни основания внутреннего и внешнего панциря с забутовкой между ними из мелкого камня (рис. 3, 1). Первоначально ширина стены достигала 6 м, ширина бермы (пространства между стеной и рвом) — 7 м. У подножия городища со стороны Печенежского водохранилища расположено селище салтово-маяцкой культуры.

К городищу и прилегающим к нему селищам, существовавшим вдоль трехкилометровой береговой линии к северу от городища, относится катакомбный могильник, обнаруженный на территории отделения «Сельхозтехника». Провалы катакомб встречаются также на южной окраине Старого Салтова. В 1982—1983 гг. на могильнике были исследованы ямное погребение с подбоем, захоронение лошади в грунтовой яме и 16 катакомб1. Следует отметить, что катакомбы находятся не на склоне, а на горизонтальной поверхности; погребальные камеры, как правило, четырехугольные или подпрямоугольные; преобладают одиночные захоронения. Инвентарь погребений позволяет датировать могильник второй половиной VIII—IX в. В катакомбе № 14 с парным захоронением, кроме обычного для салтовских погребений инвентаря, найдена обтянутая золотой фольгой бронзовая монета византийского императора Константина V (741—775 гг.)2.

Важным памятником салтовской культуры в бассейне Северского Донца, расположенном на границе степи и лесостепи, является Сухогомольшанский археологический комплекс (Готвальдовский район Харьковской области), состоящий из городища с каменными стенами, селища и могильника (рис. 2, 2). В 1969, 1973—1982 гг. здесь проводила исследования Средневековая экспедиция Харьковского университета. За это время была вскрыта площадь около 7000 м², установлен характер укреплений, выявлено и раскопано 7 жилищ и 317 погребений. В окрестностях комплекса экспедиция обнаружила несколько разновременных памятников: селище с керамикой Пеньковского и салтовского типов в с. Сухая Гомольша; грунтовой могильник Пеньковского типа с обрядом трупосожжения на восточной окраине села; грунтовой могильник VIII—начала X вв. с обрядом трупосожжения на южной окраине села; селище салтовской культуры и грунтовой могильник бондарихинской культуры с обрядом трупосожжения в местечке Гомольшанские дачи, селище Пеньковской культуры Дюна-I в пойме правого берега Северского Донца, в 2 км к востоку от городища; селище эпохи бронзы Дюна-II на этом же берегу реки; грунтовой могильник салтовской культуры с обрядом трупоположения на левом берегу реки, напротив селища Дюна-II; селище с отложениями пеньковской и салтовской культур на северной окраине с. Новый Бишкин.

Местонахождение Сухогомольшанского городища и сведения о его укреплениях отмечены в «Книге Большому Чертежу»: «А ниже Змеева городища речка Комолша, а на Комолше городище каменное, от Змеева верст з 10, лесом подле Донца» [82, с. 74]. Городище расположено между балкой Панской, по которой протекал ручей Сухая Гомольша, и Княжьим яром на мысу высотой около 30 м. Во время функционирования городища его стены возвышались над окружающей местностью. Даже в XVII в. оно рассматривалось как важный в военно-стратегическом отношении пункт. Стены на городище просуществовали до 1875 г., а затем были разобраны на строительные нужды. С этой целью камень стен использовался в 20-е годы, а в период Великой Отечественной войны он служил материалом для укрепления блиндажей. В настоящее время остатки каменных стен представляют собой небольшие возвышения из россыпей местного железистого песчаника, который добывался в Дьяковом яре рядом с городищем. По тальвегу яра сохранились остатки средневековых разработок этой породы камня.

Городище занимает узкий мыс длиной 312 м. Его площадь равна 2 га, наименьшая ширина — 45 м, наибольшая — 82 м. Оно разделено на три части: южную (площадь 0,5 га), центральную (0,3 га) и северную (1,2 га). С напольной стороны находятся глубокий ров с перешейком у центрального входа и земляной вал. Древняя поверхность рва в месте разреза, сделанного во время раскопок, оказалась расположенной ниже современной поверхности вала на 5 м 30 см (рис. 3, 8). Земляной вал и ров не имеют прямого отношения к строительной деятельности салтовского населения, так как были сооружены еще в скифскую эпоху, но, возможно, использовались в средневековье для защиты каменной крепости. Центральная и северная части городища объединены по периметру единой системой укреплений в виде каменной стены. Первая линия обороны каменной крепости начинается в 90 м от земляного вала, а вторая — в 45 м от первой. Укрепление первой линии обороны, защищавшее крепость с южной стороны, возводилось в виде двухпанцирной стены из крупных кусков рваного камня-песчаника. Середина стены забутовывалась щебнем и грунтом, при этом ширина стены достигала 3,5—4,0 м. Вероятно, двухпанцирные стены сооружались на деревянном каркасе, чтобы обеспечить прочность панциря из сложенных насухо камней. Перед стеной на расстоянии 5,2 м находился ров шириной 2,2 м и глубиной 1,75 м (рис. 3, 6). Вторая, внутренняя, линия обороны также состояла из каменной стены и рва. Ложе для основания стены было вырыто в пред матер и новом суглинке и углублено на 15—30 см. У краев ложа сохранились наиболее крупные камни, составлявшие панцирь стены. Судя по ширине ложа, толщина каменной стены равнялась 3,8 м. В 4,7 м перед ней находился ров шириной 4,0 м и глубиной 1,5 м (рис. 3, 7). Аналогичным способом строилась внешняя оборонительная стена, соединявшая поперечные стены в единый комплекс каменной крепости. В ходе раскопок было установлено, что ширина этой стены на различных участках достигала 2,0—2,5 м. Данный способ сооружения стен характерен для Северо-Западной Хазарин и применялся салтовцами.

Селище возле городища имеет площадь около 30 га. Оно расположено к востоку от укрепленной части на высоком плато, между Княжьим и Дьяковым ярами. На его поверхности зафиксированы 5 зольных пятен овальной формы, вытянутых с запада на восток. Зольники представляют собой небольшие возвышенности площадью 60—70 м². Толщина культурного слоя селища равна 40—60 см, а в северной части — 100 см.

На селище исследовано 7 однокамерных жилищ (рис. 4, 6—12). В жилищах 2, 3, 4 и 5 обнаружена керамика Пеньковского типа. Они расположены на северной окраине селища и образуют компактную группу. По конструкции жилища однообразны. Для них типичны: слабая углубленность котлована в материковую почву (на 10—20 см), печи-каменки, сложенные на основании в виде специально вымазанной из глины площадки прямоугольной формы с бортиком и суживающимся устьем; небольшие по диаметру столбовые ямки от вбитых, а не вкопанных столбов. Жилище 1 расположено на западной окраине селища. Для него характерно наличие широких угловых ям, в которых несущие кровлю столбы присыпались землей. Глиняная сводчатая печь жилища находится на материковом глиняном останце. Котлован углублен в материк на 55 см. Жилища 6 и 7 расположены в восточной части селища. Жилище 6 имеет печку-каменку (как и у жилищ 2, 3, 4 и 5) и полки шириной 40—50 см и высотой 10 см, вырубленные в грунте вдоль двух стен. На полках и полу жилища найдено большое количество раздавленных салтовских сосудов, железное и 2 костяных шила, пряслице и свинцовая пломба. В расположенной рядом с жилищем яме № 24 обнаружены разбитые раннесредневековые амфоры и сосуды салтовской культуры, среди которых выделяется сероглиняный кувшин со сливом и налепом на ручке. На плечике кувшина изображена сцена нападения хищной птицы на утку (рис. 18, 10). Своеобразным является жилище 7 (рис. 4, 12). В плане оно почти эллипсоидное (4,8×3,6 м). Вдоль стен зафиксированы 6 столбовых ям от каркаса, две из которых — на центральной продольной оси, а в северо-западном углу жилища — остатки печи-каменки, сложенной на глиняной площадке. Пол жилища углублен в материк на 10—15 см.

Площадь Сухогомольшанского могильника равна 5836 м³ (рис. 5). С трех сторон он окружен рвом глубиной 1,05 м и шириной около 1,0 м в верхней части и 0,8 м у подошвы. На могильнике выявлено 320 грунтовых погребений с единым обрядом захоронения — трупосожжением на стороне, рядом с могильником за пределами рва. Антропологический анализ костного материала указывает на существование способа кремации покойников, при котором производился сильный обжиг костей черепа и позвоночника и слабый обжиг отдельных частей верхних и нижних конечностей [239, с. 154]. Все погребения можно подразделить на шесть территориально обособленных групп (I — северная, II — западная, III — юго-западная, IV — центральная, V — восточная и VI — южная), а по способу захоронения остатков сожжения — на урновые и ямные (см. табл. 1).

Таблица 1

Группа / Погребения I II III IV V VI Всего
Ямные 56 54 26 9 23 9 177
Урновые 48 3 10 5 43 31 140
Итого 104 57 36 14 66 40 317

Как видно из табл. 1, количество погребений в группах неодинаково.

Урны ставились в ямках глубиной 15—83 см. Иногда стенки ям обмазывались глиной. По форме ямы круглые, овальные или подпрямоугольные, длиной 40—90 см и шириной 30—50 см. Характерно два основных положения урн: на донышке и вверх дном (рис. 9, 6—9). В качестве урн использовалась обычная бытовая керамическая посуда: кухонные лепные горшки с вытянутым или округлым туловом. Венчики сосудов гладкие или украшенные косыми насечками либо пальцевоногтевыми вдавлениями. Тесто грубое, с примесью песка, шамота, реже — толченой ракушки и растительных остатков. Поверхность некоторых сосудов заглажена пучком травы. Обжиг очажный (рис. 6, 1, 3—7). Кухонные горшки, сделанные на гончарном круге, имеют вытянутое тулово, украшенное линейным, линейно-косым и волнистым орнаментом. На венчик нанесены косые насечки и отпечатки зубчатого штампа. В глиняном тесте преобладают примеси дресвы и шамота различной величины (рис. 6, 10, 12—14, 16). Иногда в качестве урн применялись лощеные столовые горшки с яйцевидным туловом и двумя ручками (рис. 6, 17, 18), а также пифосы (рис. 6, 15; 11, 1). Остатки некоторых трупосожжений помещались в красноглиняные раннесредневековые амфоры, у которых предварительно откалывалось горло (рис. 6, 19, 20). Придонные части и стенки горшков, обломки амфор и плитки песчаника иногда использовались как крышки для урн и в качестве подстилок для перевернутых урн.

Сосуды-приставки к урнам зафиксированы в шести случаях. Погребальный инвентарь обычно находился в урне или под ней. В результате антропологических исследований установлено, что в каждой урне погребены остатки одного индивида.

Ямные захоронения подразделяются (по форме ям) на круглые, овальные и подпрямоугольные (рис. 9, 1—5). В табл. 2 показано их количество в локальных группах могильника.

Таблица 2

Группа / Ямные погребения I II III IV V VI
Круглые 13 23 19 3 4
Овальные 36 22 2 5 16 9
Подпрямоугольные 7 9 5 1 3

Длина ям достигала 136 см, ширина — 114 см, глубина — 77 см. Зафиксировано четыре основных направления в ориентировке ям: север—юг, северо-запад — юго-восток, северо-восток — юго-запад и запад — восток. По данным антропологического анализа костей из 40 ямных погребений, только одно (погребение № 122) оказалось парным (мужчина в возрасте 20—29 лет и ребенок 1—6 лет). Черты черепа мужчины приближены к лапоноидному типу, и индивид был низкого роста. В ямные погребения ставили один-два сосуда: кувшины, кружки. Единичен случай, когда в кувшинчике находились вещи погребенной женщины (рис. 6, 8). В яму № 111 вместе с кружкой был поставлен лепной горшок (рис. 6, 2, 9).

Наряду с урновыми и ямными погребениями на могильнике обнаружено 17 поминальных комплексов вещей, спрятанных в тайниках возле могил. Обычно в состав комплекса входили предметы вооружения и орудия труда (рис. 7, 1—7; 8). Примечателен комплекс XVI возле погребения № 286, с западной стороны которого находился тайник в овальной яме размерами 15×35 см и глубиной 70 см. Вещи были накрыты бронзовым клепаным котлом, преднамеренно смятым. Под ним лежали 2 стремени, 2 наконечника копья, 2 кресала-«уточки», тесло-мотыжка, боевой топорик, складной серп и 9 ножей (рис. 9, 10—22). На всех предметах видны следы действия погребального костра. Некоторые из них искусственно деформированы.

В погребениях могильника широко представлены бусы, железные фибулы, ножи, украшения из цветных металлов, предметы вооружения: палаши, топоры и наконечники копий. Полный набор вооружения воина-всадника и различные детали конской сбруи обнаружены в погребении № 252 (рис. 10). Следует отметить урновое погребение № 175, содержавшее набор вооружения воина-всадника вместе с орудиями труда и бытовыми предметами: теслом-мотыжкой, ложкорезом, перовидным сверлом, двумя рыболовными крючками, шашлычницей и деревянной чашей, от которой сохранилась бронзовая оковка (рис. 11, 1—20; 37, 9). В некоторых погребениях найдены кистени, один из них отличается тщательной художественной работой (рис. 7, 12—14).

Могильники и отдельные захоронения, подобные по обряду трупосожжения сухогомольшанским, известны в бассейне Северского Донца и Оскола давно. К ним относится Новопокровский могильник, расположенный на пойменных дюнах левого берега р. Уды. Ю.В. Кухнаренко справедливо указал на сходство вещей этого могильника и могильника с трупосожжениями, открытого еще в конце прошлого века у с. Тополи на левом берегу р. Оскол и разрушенного при выкорчевке леса (106; 107]. До сих пор в с. Новая Покровка имеют место случайные находки вещей. С.А. Плетнева обратила внимание на трупосожжение в урочище Бондариха возле Изюма и отнесла все три названных памятника к кругу салтовских древностей VIII—IX вв. [154, с. 100—101]. Еще в начале века на салтовском городище у с. Мохнач нашли глиняный сосуд с пережженными костями3. В довоенное время напротив городища, на песчаных дюнах левого берега Северского Донца были обнаружены удила и стремена со следами действия огня (рис. 11, 21, 22). По происхождению они относятся к местности, где позднее С.А. Плетнева зафиксировала 8 селищ салтово-маяцкой культуры [160]. Очевидно, погребение на Верхнесалтовском могильнике, принятое В.А. Бабенко за «остатки очага или мастерской» [18, с. 24], следует считать трупосожжением. На Дмитриевском могильнике рядом с катакомбами исследовано 7 трупосожжений [152, с. 112—118]. В 1977 г. у с. Пятницкое Чугуевского района Харьковской области на левом песчаном берегу р. Большая Бабка (правый приток Северского Донца) во время строительных работ обнаружили комплекс вещей [211], состоявший из согнутой пополам сабли, наконечника копья, удил, стремян, четырех соединенных вместе колец и железных пряжек от сбруи, шести круглых бронзовых бляшек с отверстиями, бронзового поясного набора, бубенчика, тесла-мотыжки, складного серпа, витой ручки от сломанной вилки и длинной (2,1 м) железной очажной цепи с двумя простыми крючками и фигурным крюком, стилизованным под голову быка. На некоторых предметах сохранились следы действия огня. Здесь также была найдена раннесредневековая амфора (рис. 12). В ходе раскопочных работ, проведенных автором, выяснилось, что комплекс находился на склоне одной из пяти разрушенных песчаных дюн береговой террасы. Рядом с ним зафиксировано 6 ямных трупосожжений. На соседней дюне выявлены культурные слои с отложениями срубной и салтовской культур. Большинство находок обнаружено в салтовском культурном слое толщиной до 40 см и в хозяйственной яме. Они представлены фрагментами глиняной обмазки с отпечатками прутьев, кухонных горшков, парадной серолощеной посуды и костей животных (рис. 13, 8—11). В скреперном разрезе дюны было открыто 3 погребения, ориентированных с северо-запада на юго-восток, с обрядом трупоположения в неглубоких грунтовых ямах. Погребения сильно разрушены местными жителями. Аналогичную ориентацию (при наличии костяков в вытянутом положении на спине) имели 2 захоронения на двух других дюнах. Между могилами с трупосожжениями и дюной с салтовским культурным слоем местные жители разрушили захоронение коня. Таким образом, могильник у с. Пятницкое является двуобрядовым. Возле с. Красная Горка Балаклейского района Харьковской области в 1984 г. был открыт еще один могильник с биритуальным обрядом погребения: трупосожжениями в неглубоких ямках и урнах и трупоположениями в грунтовых ямах и деревянных гробах. Всего исследовано 30 погребений, в том числе одна конская могила в грунтовой яме.

Интересные находки выявлены в пос. Кочеток Чугуевского района Харьковской области. Здесь в 1972 г. во дворе школы-интерната найден согнутый пополам раннесредневековый палаш. А в 1978 г. при прокладке траншеи на этом же месте экскаватор извлек с глубины 60—65 см предметы снаряжения конного воина: наконечник копья с узким ромбовидным в сечении пером, боевой топорик, 13 наконечников стрел, крючок и петлю от колчана, удила с s-овидными псалиями и 2 соединительные заклепки от оголовья узды, железную пластинчатую фибулу, фрагмент бронзового браслета со слегка расширяющимся концом, согнутый пополам столбиковый серп, железное пластинчатое кресало прямоугольной формы, а также обломки раннесредневековой амфоры (рис. 14). В ходе археологических раскопок, проведенных на месте находки в 1979 г., обнаружить могильник не удалось, но на южной окраине Кочетка, в 1 км от школы-интерната, было зафиксировано селище салтово-маяцкой культуры. Салтовский комплекс вещей, принадлежавший воину-всаднику, был найден в 1985 г, у с. Вербовка (Балаклейский район Харьковской области) в урочище Лысый Горб.

Археологический комплекс у с. Маяки Славянского района Донецкой области зафиксирован как салтовское городище с земляным валом, не уступающее по научному значению хорошо известным поселениям у хуторов Средний и Карнаухово [154, с. 22]. В 1963—1966, 1968, 1978 гг. стационарные раскопки памятника проводила Средневековая экспедиция Харьковского университета. Было установлено, что на высоком плато правого берега Северского Донца у восточной окраины села в урочище «Плоское», или «Царино» («Царево»), расположен сложный в археологическом отношении комплекс, состоящий из городища, двух селищ и четырех могильников. Он занимает площадь около 70 га (рис. 2, 3). Городище (площадь 17,78 га) находится на самой высокой части треугольного выступа, ограниченного с севера крутым обрывом к реке, а с юга и юго-востока — склоном глубокого Ложнинового яра. Наибольшая длина городища с запада на восток равна 670 м, а с севера на юг — 360 м. Земляной вал и ров расположены с напольной западной стороны и пересекают выступ городища с севера на юг, упираясь концами в глубокие балки. Вход в городище находился приблизительно в центральной части укрепленной линии. Ко времени раскопок вал возвышался над уровнем современной поверхности почвы до 75 см. В настоящее время он едва заметен. Местные жители называют эту часть городища «Валок», Остатки вала в его основании состоят из глины, перекрывающей культурный слой, а в верхней части — из глины, перемешанной с черноземом (рис. 3, 2, 3). Это свидетельствует о том, что вал образовался на месте ранее существовавшего селища салтовской культуры. Дно рва ровное. Его ширина у подошвы достигает 3,9 м, а на уровне предматериковой почвы — 5,3 м. Край рва, обращенный к напольной стороне, круто подрезан. Глубина рва от уровня современной поверхности земли равна 1,05—1,3 м.

На территории городища прослеживаются остатки десяти зольников, расположенных двумя параллельными рядами с запада на восток. По форме они овальные или круглые, размерами от 15×50 до 20×50 м. На поверхности зольников встречаются фрагменты средневековой керамики, куски глиняной обожженной обмазки, обломки каменных жерновов, кости животных, иногда — металлические вещи. Мощность культурного слоя городища возле зольников достигает 75 см при обычной для городища 40—50 см.

За валом городища расположено селище № 1. Его площадь (приблизительно 30 га) определяется распространением салтовской керамики. Толщина культурного слоя равна 20—35 см. Частой находкой на поверхности и в слое являются куски железного шлака.

Селище № 2 (площадь около 9 га) расположено на пологой террасе, примыкающей к городищу с юга и юго-востока. Терраса изрезана левыми отрогами Ложникового яра, поэтому в эпоху средневековья селище занимало большую площадь. Культурный слой в некоторых местах достигает 95 см и отличается большой насыщенностью. Он состоит из чернозема, перемешанного с меловой крошкой. Строительные остатки в такой почве, если они не находятся в материке, прослеживаются слабо.

Обнаруженные на селище № 2 жилища представлены юртами, полуземлянками и наземными жилищами. От трех юрт сохранились открытые очаги тарелкообразной формы размерами от 50×60 до 80×90 см, заполненные древесными угольками и золой. Возле одного из очагов найден салтовский сероглиняный кувшинчик. Лучше сохранились остатки четвертой юрты (жилище 5), которая представляла собой однокамерное круглое помещение диаметром 3 м с тарелкообразным очагом (50×80 см) в центре, углубленным на 10—15 см. Основание юрты можно определить по остаткам сгоревшего каркаса, слегка углубленным в культурный слой (рис. 4, 1). В площади юрты и рядом найдены керамика салтовской культуры, разбитая глиняная баклажка, комплект каменных жерновов, железная защелка от сундука, крышка врезного замка, коленчатый замок, обломок железного обода от деревянного ведра, дно железного котла, кусок кремня от огнива и точильный брусок.

Жилище-полуземлянка 1 прямоугольной формы (2,8×3,6 м) была углублена в материк на 152 см. От столбов каркаса осталось 7 ям. Две из них расположены посередине двух противоположных меньших сторон и были предназначены для столбов, несущих конек крыши. Очаг в виде простого костра смещен от центра к одному из углов жилища. Возле него лежал скелет собаки. Вход в жилище располагался с южной стороны (рис. 4, 2).

Остатки наземного жилища 4 находились в культурном слое. Его контуры четко не прослеживались, но, судя по сохранившимся остаткам, размеры помещения были не менее 3×6 м. Стены жилища сооружались из деревянных плах и обмазывались глиной. Приблизительно в центре размещался тарелкообразный очаг, в котором найдены обломки глиняной жаровни, железное шило, напильник и донышко салтовского кувшина с клеймом. Возле очага расположена овальная яма размерами 1,6×1,75 м, глубиной 35 см. На дне ямы обнаружены комплект каменных жерновов, верхняя часть тулова большого двуручного узкогорлого пифоса, челюсть собаки и череп человека. На площади жилища найдены битая салтовская посуда, 2 железные ручки от котлов, коса-горбуша, тесло-мотыжка, проушное тесло, 2 ножа, кресало, железный пробойник, ботало полусферической формы, железные оковки от сундука, 2 точильных бруска, пряслице и каменная литейная форма для отливки, сережек.

Кроме жилых помещений на селище № 2 выявлены наземные хозяйственные постройки, наличие которых определяется по местам скопления глиняной обожженной обмазки с отпечатками каркаса из прутьев, хозяйственным ямам и погребам, находящимся в них. К типу наземных построек относятся помещения 3, 6, 7. В них обычно хранился сельскохозяйственный инвентарь. В помещении 3 найдено чересло, в помещениях 6 и 7 — наральник и чересло в каждом.

На селище обнаружено более 50 хозяйственных ям. Наиболее распространены круглые или овальные ямы с отвесными стенками диаметром 1,5—2,0 м, глубиной 2,1 м. Это обычные мусорные ямы. Некоторые из них служили для одноразового пользования. Например, в яме № 8 оказалось 78 обломков от одного жернова, в яме № 49 — куски глиняной обожженной обмазки с отпечатками прутяного каркаса стен, а в ямах 13, 15 и 26 устанавливались широкогорлые пифосы.

Круглые, овальные или подпрямоугольные ямы, иногда со ступенькой и подбоем в противоположной от ступеньки стенке, использовались в качестве погребов. В них хранились продукты и различный инвентарь. В погребе № 23 подпрямоугольной формы размерами 1,55×1,7 м и глубиной 1,0 м лежали аккуратно сложенные на дно коса-горбуша, ножницы для резки металла, 2 втульчатых долота, перовидное сверло, ювелирный молоточек, пинцет с хомутиком, 5 серпов, наконечник копья, пара стремян, 2 железные подпружные пряжки и обломок литого бронзового котла. Здесь же находилось донышко кухонного салтовского горшка с отпечатком шипа гончарного круга. В погребе № 24 хранились 2 серпа, кухонный горшок с клеймом в виде двух концентрических кругов и горло амфоры с отверстием для связывания. На ступеньке погреба № 59 лежал железный наральник.

Основной керамический материал с поселения Маяки найден во время раскопок селища № 2. Он представлен целыми сосудами и фрагментами в количестве около 12 тыс. экз. По назначению керамика делится на кухонную, столовую и тарную.

Кухонная посуда составляет около 40% всей найденной керамики. Незначительное ее количество представлено фрагментами лепных горшков из довольно чистой песчаной глины с примесью шамота. Тулово, как правило, не орнаментировано, венчик гладкий, с плоским или овальным краем, с нанесенными по краю пальцевоногтевыми или палочными вдавлениями. Чаще всего встречаются кухонные горшки с линейно-волнистым орнаментом двух типов. Горшки первого типа изготовлены из грубого глиняного теста с примесью среднедробленого шамота (рис. 15, 1). Стенки сосудов бугристые, с трещинами в местах вкраплений шамота. Тулово украшено горизонтальными, наплывающими друг на друга неглубокими врезными линиями. Край венчика украшен отпечатками зубчатого штампа. Для второго типа горшков характерна тщательность изготовления, причем сделаны они из чистой песчанистой глины (рис. 15, 2). Стенки сосудов тонкие, звонкие, близкие к славянорусским горшкам IX—XIII вв. На дне некоторых сосудов имеются отпечатки шипа гончарного круга или клеймо. К особому типу сосудов относится лепной котел с внутренними ушками, от которого сохранился один бортик (рис. 15, 3). Котел изготовлен из глины с примесью шамота. Верхний диаметр котла равен 24 см.

Столовая сероглиняная посуда представлена горшками, кувшинами, кружками и бомбовидными сосудами. Лощеные двуручные столовые горшки высотой 20—45 см с диаметром шейки по венчику 10—25 см имеют различные орнаментальные комбинации и формы венчика (рис. 15, 8). Более многочисленна керамика, к которой относятся одноручные и двуручные кувшины, орнаментированные пролощенными линиями (рис. 15, 4—7). Небольшие кружки с одной ручкой и приземистым туловом высотой до 14 см однообразны (рис. 15, 11—12) и отличаются друг от друга по размерам и комбинациям пролощенных линий, образующих орнамент. Бомбовидные сосудики высотой до 10 см не имеют ручек (рис. 15, 9, 10). Это приземистые, с расширяющимся книзу туловом или шаровидные сосуды.

Тарная керамика местного производства довольно разнообразна. Высота сосудов достигает 80 см. Они изготовлены из серой или красной глины и отформованы на гончарном круге. Среди них выделяются пифосы: широкогорлые безручные, сделанные из грубой глины с примесью шамота (рис. 16, 15); сероглиняные и красноглиняные безручные с примесью крупного кварцевого песка (рис. 15, 13, 14); сероглиняные двуручные, похожие на столовые двуручные горшки (рис. 15, 16, 17). К отдельному типу относятся узкогорлые полупифосы-полукувшины (рис. 15, 18, 19). Как правило, они двуручные, но есть и трехручные.

Около 15 % всей найденной на поселении керамики составляет привозная керамическая тара, в том числе амфоры — 12 %. Одни амфоры (рис. 13, 1) имеют высокое конусовидное горло и ручки, не доходящие в изгибе до уровня венчика; тулово — с небольшим перехватом у дна; высота сосудов — 55—80 см. У других амфор (рис. 13, 2, 5) горло и ручки короткие, причем верхний край ручек не заходит за край венчика. И те, и другие амфоры датируются второй половиной VII—IX вв. [21, с. 61, рис. 3; 214, с. 29—31]. Реже встречаются красноглиняные кувшины VIII—IX вв. с плоскими ручками, баклажки и сфероконические сосуды IX в. (рис. 13, 4, 5).

Большую коллекцию (около 800 предметов) составляют изделия из черных металлов, насчитывающие более 100 наименований. Приблизительно 8% из них — это инструменты кузнечного и ювелирного производства, более 15% — инструменты для обработки дерева, кости и рога, кож и других материалов. Удельный вес железных орудий труда, характеризующих земледельческую, скотоводческую и промысловую деятельность салтовского населения, достигает 25%. Многообразен бытовой металлический инвентарь (более 45%), состоящий из ножей, замков, деталей сундуков, дверных петель, кресал и трубок для трута, вилок для доставания мяса из котлов и др. Особо следует, отметить находки бронзового и железного коромысел, а также бронзовой чашечки от так называемых «аптекарских» весов для взвешивания ценностей (рис. 18, 7, 8). Дополнением к ним служит железная сферическая гирька диаметром 3,08 см и высотой 2,0 см (рис. 18, 9). Вес гирьки — 96 г. Знаков в виде кружков или глазков на уплощенных полюсах, которые встречаются на древнерусских гирьках этого типа [216, с. 173], не обнаружено, возможно, из-за коррозии металла.

Вокруг городища Маяки и на его территории зафиксировано несколько групп погребений. Планировка поселения такова, что отдельные погребения и их группы как бы сжимают кольцом площадь городища. Группы погребений относятся к различным периодам истории памятника.

Могильник № 1 (середина VIII — начало IX вв.) расположен вне территории городища и селищ на прибрежном склоне с правой стороны Ложникового яра. Практически он уничтожен еще в довоенное время при строительстве фундамента водозаборного сооружения и дороги, а также в результате позднейших перекопов и оврагообразования. На могильнике вскрыто 6 захоронений по обряду трупоположения в неглубоких (до 1,2 м) грунтовых ямах. Антропологический тип погребенных — короткоголовый. Костяки лежали на спине с вытянутыми вдоль туловища руками. Ориентировка погребенных — соответственно на запад, юго-запад и в одном случае — на юго-восток (рис. 16, 1—4). Возле каждого черепа (погребения № 1, 3 и 4) стояли кухонные горшки. В погребении № 3 найдено пряслице из стенки амфоры, в погребении № 4 — обломок железного ножа в деревянных ножнах, в погребении № 5 — золотая серьга, в погребении № 6 — слабоизогнутая раннесредневековая сабля4.

Могильник № 2 датируется первой третью IX в. Захоронения могильника составляют особую группу, расположенную на территории южной части селища № 2. Для них характерны обряд трупосожжения и наличие комплексов отдельно сложенных вещей в тайниках. Такие трупосожжения относятся к коллективным захоронениям воинов-всадников.

Остатки трупосожжения № 34 были помещены на дно круглой ямы диаметром 2,0 м и глубиной 1,5 м. Стенки ямы у дна имели подбой (рис. 16, 6). На слое древесного угля, перемешанного в нижней части с кальцинированными костями, лежали железный клепаный котел, перевернутый вверх дном, и коса. На глубине 30 см у южного края погребальной ямы находился комплекс вещей, состоявший из удил, трех железных подпружных пряжек, серпа, косы и кольца-замка к ней. В 2 м к юго-востоку на глубине 20 см был зарыт другой комплекс вещей. В него входили: удила, обломок стремени, железная пряжка, нож, перовидное сверло, ложкорез, рыболовный крючок и железный стиль для письма. В 50 см от северного края погребальной ямы на глубине 30 см были найдены 2 стремени, вставленные одно в другое, и железный двубородчатый топор.

Остатки трупосожжения № 53 размещались на дне аналогичной ямы диаметром 1,2 м и глубиной 1,45 м (рис. 16, 5). В ней лежали 2 пары стремян, удила, конские железные путы, железная пряжка, сгоревшее деревянное седло, от которого сохранилась железная оковка луки, 2 втульчатых наконечника копья (один из них имеет одностороннее лезвие треугольного сечения), двубородчатый топор, 2 узких клиновидных топора, 3 ножа, бронзовая оковка ножен, коса-горбуша, обрывок очажной цепи и 2 крючка к ней, 2 железные вилки для доставания мяса из котлов, 2 шампура, железная оковка лопаты, 2 тесла-мотыжки, 2 проушных тесла, перовидное сверло, костяное шило, трапециевидное ботало, бронзовая чаша от ручных весов, корпус врезного замка от ларца и железные скобы. На всех предметах видны следы нагара. К наконечнику копья с односторонним лезвием приварились кальцинированные косточки и кусок грубой ткани. Здесь же были найдены раздавленная глиняная кружка и двуручный столовый сероглиняный горшок салтовской культуры. В подбое погребальной ямы на тонком слое чернозема с вкраплениями древесного угля, перекрывавшего остатки кремации и вещевой комплекс, находились захоронения четырех человеческих черепов. Заполнение могильной ямы над черепами до уровня культурного слоя состояло из чернозема, перемешанного с меловой крошкой. На уровне культурного слоя могильная яма была завалена обломками салтовской посуды: фрагментами четырех кухонных и двух двуручных сероглиняных столовых горшков, небольшого ангобированного горшка, бомбовидного сосудика, двух баклажек и одного сосуда с волнистым орнаментом по центру тулова.

В южной части селища № 2 обнаружены отдельные комплексы вещей, аналогичные описанным. У западного края ямы № 39 на глубине 30 см лежали 2 стремени, вставленные одно в другое, удила, серп, перовидное сверло и шаровидный сосудик, перевернутый вверх дном (рис. 16, 7). Яма цилиндрической формы диаметром 1,4 м и глубиной 1,3 м была завалена сверху фрагментами от трех разбитых сосудов салтовской культуры: большого столового двуручного сероглиняного горшка, широкогорлого пифоса и кружки. На дне ямы в слое древесных угольков и золы найден рыболовный крючок. Возможно, в данном случае имеет место трупосожжение в яме.

Могильник № 3 (IX в.) расположен в юго-западной части нижнего посада. Здесь вскрыто 38 погребений с обрядом трупоположения. Погребенные принадлежат к короткоголовому антропологическому типу. Захоронения совершались на глубине 60—130 см. Контуры могильных ям, как правило, не прослеживаются. Неглубокие могильные ямы находятся в культурном слое селища, а глубокие — перерезают его, достигая предматерикового слоя. Погребенные ориентированы головой на запад, иногда с отклонениями на юго- и северо-запад. Они уложены на спине, руки скрещены на животе или левая согнута в локте так, что кисть находится у подбородка. Как правило, захоронения одиночные. Инвентарь беден. Целые сосуды отсутствуют. В редких случаях их заменяют обломки, сложенные возле черепа. Единичными являются находки салтовских сережек, подвесок, браслетов и оберегов (рис. 16, 9—13).

К концу IX в. относятся 9 погребений (на глубине 20—40 см), открытых Артемовской экспедицией в южной части нижнего посада. Контуры могильных ям отсутствуют, а в Положении костяков не наблюдается определенной погребальной обрядности [90, с. 268]. Необходимо отметить, что данная группа погребений не образует особого могильника. Костяки со свободной ориентацией, в вытянутом положении на спине, в скорченной позе на правом или левом боку и с различным положением рук выявлены во время раскопок не только на нижнем посаде, но и на территории городища: в развале внутренней стороны оборонительной линии, на северной и западной окраинах, а также в разрезах размытых водой оврагов или на склонах городища. Многие из них лишены отдельных частей скелета. Антропологический тип этих костяков — короткоголовый. Можно предположить, что городище подверглось военному нападению, после которого погибшие некоторое время оставались непогребенными и их тела растаскивались дикими зверями. Впоследствии они были захоронены в неглубоких ямах или просто присыпаны землей.

На крутом склоне южного края городища раскопан могильник № 4, относящийся к более позднему периоду существования поселения Маяки. Здесь вскрыто 18 погребений. Покойники были положены в узкие ямы размерами 110×40 или 110×20 см в вытянутом положении на спине или на правом боку, головами на юго-запад и запад. Погребения безынвентарные. Полагают, что захоронения могильника аналогичны раннемусульманским, распространенным в Волжской Болгарии в первой половине X в. На этом основании делается вывод, что «открытие на территории распространения памятников салтово-маяцкой культуры первого раннемусульманского могильника дает новый материал для изучения религии племен Подонья в раннее средневековье» [Там же]. Погребения могильника № 4 не относятся к салтово-маяцкой культуре. Их поздняя датировка подтверждается стратиграфическими данными (могилы с дневной поверхности перерезают салтовский культурный слой нижнего посада), наличием в подъемном материале обломков чугунных котлов и золотоордынских монет XIV в., в частности Абдаллах-хана (1362—1369 гг.)5.

Интересным памятником салтово-маяцкой культуры в бассейне среднего течения Северского Донца является городище у с. Сидорове Славянского района Донецкой области. Некоторые исследователи отождествляли с ним летописный город Сугров [103, с. 21; 178, с. 104]. Городище расположено у юго-восточной окраины села на плато треугольной формы (рис. 2, 4). Местные жители называют его «Малое городище». С северо-запада оно ограничено глубокой балкой, по которой проходит ул. Капшучина, с востока — поймой Северского Донца, с юга — Сидоровым яром. Земляные валы и рвы расположены в юго-западной части плато. Первый вал находится в 560 м от оконечности мыса. Концы вала подходят к обрыву плато со стороны Северского Донца и балки Средней. Вал и ров хорошо сохранились в лесу. На вспаханном поле вал выделяется небольшими всхолмлениями и коричневым цветом. В центре вала заметен вход в городище. Площадь городища, ограниченного этим валом, равна 17,9 га. В 121 м от описанного вала, параллельно ему, проходят внешний вал и ров, которые видны в юго-западной части плато, в лесу, а на распахиваемом поле не фиксируются.

Рядом с Малым городищем напротив центра с. Сидорово находится обширное плато. Раньше здесь был колхозный сад. В настоящее время плато распахивается. На этой территории (площадь около 100 га) встречаются фрагменты рифленых кухонных горшков, лощеных кувшинов, грубоглиняных пифосов и других типов посуды салтовской культуры. У местных жителей это плато носит название «Большое городище». Однако отсутствие древних оборонительных сооружений на данном плато не позволяет говорить о существовании укрепленного поселения.

В ходе археологических раскопок, проводившихся на Малом Сидоровском городище в 1971 г., была вскрыта площадь 200 м². Мощность культурного слоя на территории, ограниченной внутренним земляным валом, достигает 80 см. Толщина культурного слоя между внутренним и внешним валами равна 50 см. Среди находок следует отметить обломок арабского серебряного дирхема, железные ножи, перекрестие сабли, бронзовую скобу от ножен сабли, железные пряжки, наконечники стрел, железные наральники, серпы, долото, сверло, резец, пряслица из стенок амфор и шифера, а также различные бытовые предметы: детали ларцов или сундучков, замки и ключи от них, вилку для доставания мяса из котла (рис. 17, 1—19, 22, 24, 25, 27, 28; 22, 5, 11).

Оборонительные линии городища проходили по границе естественных балок, которые были превращены в рвы. Дно балки при сооружении внутреннего рва искусственно углубили на 2,2 м, а внешнего — на 2,4 м (рис. 3, 4, 5). От деревянной оборонительной конструкции сохранились остатки обгоревших бревен и плах, скатившихся в ров, а также упавших с ее внутренней части в сторону городища. Обломки обгоревшего дерева находились и в земляной насыпи.

Между внутренним и внешним валами зафиксировано одно полуземляночное жилище прямоугольной формы размерами 3,4×3,6 м (рис. 4, 4). Оно ориентировано по линии северо-запад — юго-восток. Дно жилища находилось на глубине 1,2 м от современной поверхности земли. В северо-восточном углу полуземлянки обнаружен развал печи-каменки, сооруженной на глиняной основе прямоугольной формы 0,5×1,2 м с сохранившимися бортами высотой 6 см и толщиной 10—15 см. На поде печи под завалом камней каркаса лежала глиняная пуговица, а сверху камней и между ними — обломки 17 кухонных горшков салтовской культуры. Возле устья печи стоял разбитый глиняный таз или жаровня (диаметр 40 см) с обломками раннесредневековой амфоры, древесными углями, золой и кусками камня. В одном из углов жилища хранился разбитый грубоглиняный толстостенный пифос. На месте полуземлянки найдены 2 человеческих черепа и позолоченная бронзовая серьга салтовского типа, а в культурном слое рядом с жилищем — обломок каменного жернова и железный боевой топорик (рис. 17, 23, 26).

Могильник Сидоровского городища расположен на укрепленной территории поселения, в юго-западной части возле внутреннего вала. Он относится к типу грунтовых могильников салтовской культуры с обрядом трупоположения. Исследовано 8 погребений. Из-за небольшой глубины могильных, ям (от 53 до 90 см) проследить их форму не удалось. В одном случае (погребение № 5) зафиксирована прямоугольная яма (70×200 см). Антропологический тип костяков — короткоголовый. Погребенные ориентированы на запад и северо-запад. Они лежали на спине, руки были уложены вдоль туловища или скрещены на животе, или правая рука вытянута вдоль туловища, а левая согнута в локте и находилась на груди. Все захоронения безынвентарные. В погребении № 4 с левой стороны черепа погребенного мужчины стоял кухонный горшок (рис. 13, 6). В площади городища, ограниченного внутренним валом, встречаются разрозненные погребения, расположенные вне компактной группы погребений могильника. Три таких погребения (2 из них сильно разрушены) обнаружены в древней траншее, заполненной салтовской керамикой. Здесь же нашли 2 железных наконечника стрел IX—X вв. (рис. 17, 20, 21). Погребенные ориентированы на северо-запад, а ноги согнуты в коленях. Следует отметить, что погребения вне могильника по происхождению аналогичны захоронениям конца IX в. на городище Маяки.

Недалеко от Святых гор у с. Богородичное, на территории Теплинского лесничества, расположено Теплинское городище. Оно находится на четвертой к западу от моста через Северский Донец, самой высокой горе, покрытой лиственным лесом (рис. 2, 5). Наибольшая длина городища равна 510 м, ширина — 300 м, площадь — около 7 га. С западной напольной стороны городище защищено земляным валом и рвом, в центре которых есть проход в городище. Высота вала достигает 1,5 м, глубина рва — 1,0—1,5 м. С южной стороны вал расплылся, и его высота незначительна. Вдоль вала проходит неглубокий ров, склон глубокой балки эскарпирован. Здесь имеется второй вход в городище. Западная и северная стороны поселения не защищены искусственными оборонительными сооружениями. Склоны с этих сторон круто обрываются к Донцу. Особенностью городища является наличие форпоста — небольшой обособленной куполообразной возвышенности. Вероятно, во время функционирования городища здесь находился наблюдательный сторожевой пункт, контролирующий Изюмский шлях и водную магистраль реки. В этой части городища имеется скрытый подход к реке, идущий по балке.

Памятник исследовался в 1972 г. На городище было заложено 16 раскопов общей площадью 397 м². В результате раскопок вала удалось установить, что он состоит из супесчаной почвы. По гребню на глубине 70 см обнаружены остатки сгоревшей деревянной стены. От нее сохранились обуглившиеся вертикально вбитые толстые столбы, расположенные двумя параллельными рядами (расстояние между ними 1,5 м), а также лежащие плахи и бревна. В каждом ряду столбы сгруппированы по три вместе: два с внешней и один с внутренней стороны (рис. 3, 9).

Культурный слой на городище незначителен (20—40 см), а в некоторых местах отсутствует. Он слабо насыщен культурными остатками. Основную массу керамики составляют обломки лепных горшков, орнаментированных пальцевоногтевыми вдавлениями по краю венчика. Горло одного из сосудов украшено насечками в виде крестов, заключенных между двумя параллельными врезными линиями. Некоторые горшки не имеют орнамента (рис. 13, 12—14). Глиняное тесто сосудов содержит примеси меловой крошки и органических остатков. Реже встречаются обломки типично салтовских гончарных горшков с горизонтальным рифлением и серолощеная керамика. Находки из металла представлены железным ножом с отверстием в черенке для скрепления с деревянной или костяной рукояткой (рис. 17, 29)6.

На городище обнаружено жилище в виде полуземляночного помещения прямоугольной формы размерами 2,0×2,8 м (рис. 4, 5). Пол жилища находился на глубине 50 см от уровня современной поверхности почвы. В центре полуземлянки был расположен тарелкообразный, углубленный в пол на 5 см очаг размерами 75×100 см. К северной стенке жилища примыкало небольшое земляное возвышение в виде полочки высотой 15 см. В заполнении жилища содержались фрагменты грубого лепного горшка со слабо профилированным гладким венчиком и бортик глиняной сковородки. На напольной территории за валом городища культурный слой отсутствовал.

Святогорское городище, исследовавшееся в 1971 г., расположено на правом берегу Северского Донца в 1,5 км от известного Святогорского монастыря, на «Лысой горе» — самой высокой среди Святогорских гор. Оно занимает узкий мыс длиной 180 м, примыкающий к горному плато. Склоны мыса, покрытого лесом, круты, местами почти отвесно обрываются к реке, Миневскому яру и так называемому «Святому месту», где раньше находился монашеский скит.

Валы и рвы хорошо сохранились. Городище состоит из трех частей (рис. 2, 6). Первая отгорожена с напольной стороны рвом и земляным валом с узким проходом в городище. Вал с трех сторон опоясывает первую мысовую площадку размерами приблизительно 60×60 м. В нем имеется вход на вторую площадку длиной 70 м. Оконечность мыса длиной 50 м составляет третью часть городища. Она отгорожена от второй рвом и земляным валом. При шурфовке культурного слоя установлено, что его толщина незначительна: в первой части городища — 20 см, а во второй — 35 см. Здесь обнаружено несколько мелких фрагментов кухонных горшков салтовской культуры, раннесредневековых амфор и костей животных. За внешним валом городища найден железный черешковый трехлопастный наконечник стрелы VIII—IX вв.

На восточной окраине с. Татьяновка, возле Славяногорска, находится небольшое городище (площадь 0,36 га). Оно расположено на невысокой террасе, круто обрывающейся к пойме Северского Донца, напротив озер Кривое и Пичужное. С юга, запада и востока городище защищено валом и рвом. В центральной части южного вала был вход. В культурном слое толщиной 20—25 см встречаются обломки салтовской керамики. С напольной стороны культурный слой отсутствует. Во второй половине 50-х годов валы и рвы хорошо прослеживались. В настоящее время в результате распашки и использования территории городища под огороды валы практически уничтожены, а западный и восточный рвы превратились в овраги.

На левом берегу Северского Донца, ниже впадения в него р. Оскол, зафиксированы 2 салтовских городища с земляными валами. Одно из них, Кировское, открыто в 1975 г. С.И. Татариновым. Оно расположено на мысу размерами 200×150 м, образованном р. Жеребец и небольшим ручьем, впадающим в нее с запада. С напольной стороны городище защищено рвом и валом. В юго-восточной части мыса имеются обнажения культурного слоя, который насыщен фрагментами амфор, пифосов, кухонных горшков и сероглиняных кувшинов. К юго-востоку от городища обнаружено крупное (800×100 м) селище, а на северной окраине мыса — грунтовый могильник. Второе городище находится в с. Новоселовка и по топографическим особенностям напоминает Маяки. Оно расположено на правом берегу р. Нитриус на возвышенности, ограниченной с юга и юго-запада древним яром. Уже в 50-е годы земляной вал и ров, замыкающие один из отрогов яра с берегом реки, были полностью разрушены. Площадь городища достигает 14—15 га. С юга к городищу примыкает селище, расположенное на правом склоне балки. В настоящее время городище полностью застроено.

Описанные археологические памятники не только являются источниками для характеристики хозяйственной жизни населения салтово-маяцкой культуры, но интересны и в других отношениях. Старосалтовское городище может быть отождествлено с известным по «Книге Большому Чертежу» Котковским городищем [82, с. 71], поисками которого давно занимаются археологи. Вместе с другими каменными укреплениями VIII—X вв. оно входило в сторожевую линию крепостей северо-западного хазарского пограничья. Такие памятники салтово-маяцкой культуры, как Сухогомольшанский и подобные ему могильники с обрядом трупосожжения, отражают присутствие в хазарских землях населения, генетически не связанного с аланами и праболгарами. Возможно, это были тюрко-угорские орды, кочевавшие в степях Восточной Европы и постепенно оседавшие на землю. Их основу составляли «угры белии», упоминаемые в древнерусской летописи.

Своеобразную группу памятников образуют поселения среднего течения Северского Донца (Маяки, Сидорово, Теплинское, Святогорское, Татьяновское, Кировское). Они относятся к поселениям с земляными валами. Городища этой группы были защищены деревянными стенами, которые, вероятно, сооружались двумя параллельными рядами и закреплялись с помощью вертикальных столбов. Стены образовывали внешний и внутренний панцири, а пространство между ними забутовывалось на определенную высоту. Низ внутреннего и внешнего панциря присыпался снаружи грунтом. В наземной части оба панциря стягивались поперечными перегородками7. Можно согласиться с предположением Г.В. Борисевича8 о том, что деревянные стены средневековых городищ штукатурились и белились. Салтовские городища с такими стенами были похожи на белокаменные замки аланского варианта этой культуры или на Правобережное Цимлянское городище. Данное обстоятельство свидетельствовало о существовании связей в области градостроительства между болгаро-аланами Подонья и северокавказским и дагестанским населением.

Важным памятником в группе городищ с деревянными стенами являются Маяки. Оно возникло как открытое селище тюрко-болгар, пришедших из Приазовья. В дальнейшем произошло оформление основных частей поселения: городища, двух селищ и могильника. В первой трети IX в. поселение было разрушено в результате военного нападения. На это указывают погребения воинов-всадников, захороненных по обряду кремации. По-видимому, военное нападение на поселение связано с гражданской войной в Хазарии, когда хазарский каган использовал союзников против тюрко-болгар. После разгрома поселение продолжало функционировать, но в более узких территориальных рамках. Древнеболгарский могильник был перенесен на западную и южную части селища № 2, охватив юго-западную территорию бывшего нижнего посада. В конце IX в. городище разгромили печенеги, но, судя по немногочисленным находкам обломков горлышек амфор, аналогичным саркельским IX—XII вв. (150, с. 244—246], жизнь на нем не прекратилась. Тем не менее как крупный экономический центр салтовской культуры поселение перестает существовать.

Сидоровское городище также образовалось в результате оседания древнеболгарского населения в бассейне среднего течения Северского Донца. Период его расцвета приходится на VIII—IX вв., хотя и в XI—XII вв. городище функционировало. На нем выявлены отдельные культурные остатки в виде амфор с рифленой поверхностью, высоким горлом и плоскими в разрезе ручками, возвышающимися над краем венчика, аналогичные амфорам из Саркела и городов Северного Причерноморья [150, с. 244, рис. 31; 159, с. 48, рис. 29]. К более позднему времени относятся бортик чугунного котла и бронзовая золотоордынская монета.

Социально-экономические причины возникновения поселений Маяки, Сидорове и других в придонецкой степи одинаковы. Эти памятники салтовской культуры появились в период разложения родо-племенного строя и становления раннеклассового общества, отражая заключительную, аильную, стадию кочевания второго типа9. Все они были разгромлены печенегами, так как находились на пути их главного удара в Восточной Европе.

Примечания

1. В 1982 г. охранные работы на могильнике проводили сотрудники отдела археологии Харьковского исторического музея под руководством В.Г. Бородулина.

2. Определение В.В. Анохина.

3. К западу от городища находится неисследованный катакомбный могильник, расположенный в селе. За внешним валом городища раскопано одно ямное захоронение по обряду трупоположения с западной ориентировкой. Возле погребенного лежал боевой топорик с трапециевидным лезвием.

4. Материалы предоставлены автору С.И. Татариновым.

5. Определение С.А. Яниной.

6. В 1935 г. на городище рядом с валом были найдены кольчуга, медная фибула и жернов [178, с. 102].

7. Вариант реконструкции наземного укрепления Теплинского городища в виде бревенчатой двухпанцирной стены предложен автором в отчете о раскопках за 1972 г.

8. Доклад Г.В. Борисевича на заседании сектора славяно-русской и средневековой археологии Института археологии АН СССР 1 ноября 1984 г.

9. Классификация С.А. Плетневой [151].

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница