Рекомендуем

Арендовать личный склад: индивидуальное хранения вещей услуги склада www.skladovka.ru.

гостиницы казань в центре

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





6. Солоный и Залозный путь

Летопись упоминает о Соляном (Солоный) пути под 1170 г., рассказывая, как русские князья, обеспокоенные тем, что половцы «уже у нас Греческий путь изотымают и Соляный и Залозный», предприняли большой поход в Половецкую землю, чтобы «поискать отець своих и дед своих пути и своей чести»1. На расстоянии десяти дней пути на ют от Киева русские князья захватили у половцев по реке Угле и Снопороду2 вежи, много пленников, скота, коней и с большой добычей благополучно возвратились на Русь.

И самый район, куда совершался поход, и сопоставление Соляного и За лозного путей с Греческим, согласно поясняют, что Соляной и Залозный пути оба ведут на юг, связывая Киев с Причерноморьем. Если угрожала опасность, что половцы у Днепровских порогов начнут «пакостити» идущим с юга купцам, тогда русские князья с вооруженной силой выступали из Киева навстречу торговым «гостям» для их охраны и на Днепре у Канева ожидали, пока «взиде Гречник и Залозник»3.

Отмечая, что князья ожидали у Канева гречников и залозников, летопись, однако, ничего не говорит о «солонщиках». На основании этого умолчания было высказано предположение, что путь солонщиков не совпадал с путями гречников и залозников и будто бы ниже Канева в Днепр выхода не имел, а «Соляным» путем, по которому в Киев направлялась соль из Галицкой Руси, служила река Припять, связывающая Приднепровье с Западом4.

О доставке соли в Киев из Галича, самое имя которого означает соль5, имеется давнее прямое свидетельство. Когда в начале XII в. «Святополк с Давидом Игоревичем рать зачата», то «не пустиша гостей из Галича, ни людей из Перемышля, и не бысть соли во всей Русской земле»6, так что наступила «великая печаль» людям. В юго-западной Руси соль добывалась в Карпатских горах в городах Удече, Коломые и Перемышле и доставлялась в Галич7.

Соглашаясь с тем, что соль из Галича перевозилась в Киев водным путем по Припяти и Днепру через город Перемиль8, археолог Спицын считал, однако, «Соляным» сухой путь, который, совпадая в своей средней части с позднейшим Черным шляхом, вел из Галича на Теребовль, Межибожье и выходил к Котельнице на горный тракт, идущий из Сандомира на Киев; а позднее указанный «Соляной» путь получил еще ответвление из Теребовля на Львов, который стал тогда центром соляной торговли9.

Трудно, однако, согласиться с мнением этого исследователя о том, что половцы «легко» могли «изотымать» указанный им Соляной путь. Главные силы половцев кочевали между Северским Донцом и Днепром10. Линия Галич — Теребовль — Котельница — Киев пролегала на северо-запад от этого района половецких кочевий и на довольно значительном от них расстоянии; следовательно, если половцы и могли иногда угрожать этому пути, то невозможно допустить, чтобы они были в состоянии вполне им завладеть. На правом берегу Днепра половцы бывали реже и случайно, и если делали набеги на правую сторону Днепра, то затем снова переходили на левую. Большинство русских походов на половцев направлялось по левой стороне Днепра в район Самары, Орели и Торца. По этому поводу справедливо было сказано, что «русские князья знали, где искать половцев»11. Наши летописи часто упоминают о половецких набегах на княжества Переяславское, Северское и даже Киевское, но не говорят о частых набегах на юго-западные русские княжества — Волынское и Галицкое, по территории которых как раз и проходит значительная часть предполагаемого Спицыным пути.

С другой стороны, указания летописи ведут к тому, что половцы «пакостят» главным образом у Днепровских порогов, т. е. на юг от Киева, и не случайно, конечно, князья неоднократно выходят встречать купцов именно к Каневу, стоявшему на Днепре в устье реки Рось. Наконец и самое упоминание Соляного пути рядом с Греческим и Залозным заключает в себе известное основание относить его к южным путям.

Большинство исследователей поэтому действительно ищет Соляной путь среди дорог, соединяющих киевское Приднепровье с причерноморскими степями. Одни полагали, что Солоны и Залозы — это «места по Днепру на юг от Киева»12. По другому предположению, «солоны» означают барки с солью, приходившие из крымских солончаков13.

Однако против этого мнения выдвигалось основательное возражение, что пока не доказано будет существование в то время у русских особых барок, называвшихся «солонами», проще держаться мнения, по которому путь этот назван Соляным потому, что вел к солончакам, откуда русские брали соль и к которым могли принадлежать не только Перекопские, так называемые внешние соляные озера, но и лежащие вне Таврического полуострова «Генические и Бердянские»14. Признавая кратчайшим путем от крымских соляных озер на Русь тот, который вел через реку Молочную и затем волоком в реку Московку, Брун, однако, считал невозможным принимать указанный вариант за Соляной путь, так как при таком направлении русские не могли бы избежать опасных порогов. Он считал более вероятным, что Соляной путь вел от Крымских озер в Кальмиус, а оттуда волоком, по долинам его притока Соляной и другой речки того же имени, изливающейся в Волчьи Воды15. Иными словами, Соляной путь от Крымских соляных озер выходил будто бы на Кальмиус, поднимался вверх по его течению до притока Соляной, откуда волоком переходил в притоки Волчьих Вод и затем в Самару, впадающую уже в самый Днепр.

Однако среди притоков Кальмиуса не имеется речки Соляной даже на подробных картах16. Самое направление Соляного пути от Крымских озер на восток к Кальмиусу, оттуда на запад к Самаре вызывает большие сомнения.

Что русские издавна ездили за солью к Крымским озерам, это засвидетельствовано в середине XIII в. путешественником Рубруком. Характеризуя область Крыма, он сообщает, что «на севере этой области находится много больших озер, на берегах которых имеются соляные источники; как только вода их попадает в озеро, образуется соль, твердая, как лед; с этих солончаков Батый и Сортах получают большие доходы, так как со всей Руси ездят туда за солью и со всякой нагруженной повозки взимается пошлина»17.

В летописном рассказе о том, что в 1170 г. князья собирались «поискать отець своих и дед своих пути», заключено прямое указание на то, что эти пути древние18. По справедливому замечанию одного исследователя, «конечно, русские стали ездить в Крым гораздо раньше XIII в.»19, и вполне возможно, что уже русские князья X в. пользовались сухим путем, ведущим к местам добычи соли у Крымского полуострова, наряду с водным путем по Днепру и дальше вдоль берегов. Крыма20. Добыча соли на Крымских озерах, богатых самосадочной солью, не прекращается и до настоящего времени. Наиболее известные места добычи находятся недалеко от Перекопского перешейка. Таковы, например, Старое, Красное и Чонгарское озера и другие.

В силу изложенных соображений можно считать, что Соляной путь на Русь начинался от Крымских соляных озер21. Чтобы обойти опасные пороги, он должен (был пересечь Днепр на одной из тех переправ, которые лежали ниже порогов. Этим указанием определяется общее направление Соляного пути от Перекопа к Днепру. По свидетельству Константина Багрянородного, одна из древнейших днепровских переправ находилась у Крарийского мыса (выше острова Хортицы), где переправлялись византийские купцы, ехавшие сухим путем из Корсуня в Киев22.

В XVII в. и в более позднее время чумаки23, перевозившие в своих обозах соль из Перекопа в русскую землю, имели через Днепр следующие переправы: 1) у селения Кичкас, откуда русские Крюковским шляхом по правому берегу Днепра выходили, минуя пороги, к посаду Крюкову (насупротив Кременчуга); 2) возле Никитина (Микитина) Рога, т. е. у нынешнего Никополя, откуда русский Микитинский шлях выводил правым берегом Днепра к Мишурину Рогу, т. е. к Днепровской Переволочне при устье Ворсклы; 3) около бывшей турецкой крепости Кызыкермен (ныне Бериславль), возле нынешнего селения Каховки24.

От Никитина Рога чумацкий солевозный путь шел на юг вдоль левого берега Днепра до Каховки (у Кызыкерменской переправы), откуда степью через Черную долину достигал Перекопа. Одно из ответвлений этого пути от Днепра вело в Крым, прямо через степи, проходя нынешние селения Б. Знаменку, Вер, Рогачик и далее на юг в меридиональном направлении25.

Путь через Никитин Рог был кратчайшим для Среднего Поднепровья. Значение этой давней переправы было таково, что еще татары, завладев южнорусскими степями в XIII в., сочли необходимым поставить здесь одно из своих укреплений26.

Движение чумаков по солевозным путям (было опасным, и в степи «проходу не было» от «черкесской» (запорожской) и донской вольницы, а также от крымских людей. Оберегаясь от нападения, переход совершали большими обозами, вооруженные, отбиваясь от грабителей всем станом, образуя укрепленные «таборы», т. е. лагери, окруженные возами, и выставляя со всех сторон сторожевых наблюдателей.

Подобные условия передвижения чумаков в степях живо напоминали о тех опасностях, которыми грозила степь в эпоху господства половцев, когда они в конце XII в. стали «изотымать» южные пути у русских князей.

Указанный путь из Среднего Поднепровья через Никитин Рог вдоль левого (берега Днепра на Каховку и Перекоп и можно считать Соляным путем, о котором говорит летопись под 1170 г.

* * *

Упоминая о Залозном пути под 1168 и 1170 г.27, летопись указывает, что, желая не допустить половцев «пакостити Гречнику нашему и Залознику», русские князья в обоих случаях выходят навстречу купцам к городу Каневу, где и дожидаются, пока «взыйде Гречник и Залозник» вверх по Днепру. Канев, таким образом, стоял в узле обоих путей — Греческого и Залозного.

Относительно общего направления Залозного пути после ответвления его от Днепра исследователями высказывались различные мнения. Некоторые ищут «залозы» в поросших тростником низовьях Днепра28 или ведут путь к реке Каланчаку, изливающемуся в Каркинитский залив29. Но при таком предположении Залозный путь ничем, в сущности, не отличался бы в первом случае от Греческого, во втором — от Соляного. Большинство исследователей поэтому принимают юго-восточное направление Залозного пути — на Тмутаракань30 или же по Дону — в Хазарию31 и на Кавказ32.

Если, согласно летописи, Греческий и Залозный пути сближались перед Каневом, то из этого следует, что Залозный отдалялся от Днепра ниже Канева и выше места ответвления Соляного и, значит, действительно должен был получить юго-восточное направление.

Само название пути «Залозный» указывает, что он уходил «за лозы»33. Вероятнее всего, под этими «лозами» подразумеваются известные «плавни» (упоминаемые еще Геродотом) в районе Днепровской луки и находящиеся восточнее: ее значительные пространства в речных долинах с густой порослью осокоря, вербы и лозы34.

Их местоположение определяется названием протекающих здесь рек35, например, в бассейне реки Самары — Лозоватка (приток Татарки), Лозоватая (приток Средней Терсы), Лозовка (приток Верхней Самары), Вербовая (приток Янчула), Лозовая (в истоках реки Волчьей); далее впадающая в. Днепр Осокоровка с Синельниковой, Вербовая (приток Волонянки); М. Камышеватка и Вербовая балка (притоки Конской), Лозовая (приток Бритая) и Лозоватка (приток Береки). Имеются также поселения с названиями Ивковка, Лозоватые.

Указанная топонимика названий очерчивает довольно значительный район лозовых лесов, примыкающий с востока к Днепровской луке. Именно сюда, за эти «Лозы», совпадая на этом отрезке с позднейшим Муравским шляхом, очевидно, и направлялся из Киева Залозный путь по водоразделу между Днепром и Северским Донцом к верховьям Кальмиуса. Выходя затем к устью Дона или же к устью Кальмиуса36, Залозный путь выводил в Азовское море и далее к Тмутаракани, связанной с берегами Понта, с Трапезундом и Синопом, откуда товары шли для передачи их в Поднепровье.

Залозный путь с давнего времени связывал Поднепровье с устьем Дона, Тмутараканью и Хазарией. Изучение кладов и других археологических находок говорит о существовании пути из Хазарии и Тмутаракани в Поднепровье еще в VII в.37.

Пути XI—XIV вв. из Киева в Половецкую степь представляют несколько вариантов38. С одним из них, а именно с походным путем русских князей 1111 г., вероятно, совпадал и Залозный путь на некотором протяжении своей северной части. Выходя из Киева, он мот итти через Переяславль, мимо Канева, через Лукомль, Хорол, Лтаву, затем Коломацким шляхом выходил на Муравский шлях к верховьям реки Самары, откуда по водоразделу между Днепром и Донцом направлялся на юго-восток за «Лозы» и через Кальмиус выходил к устью Дона.

Возможен был и другой вариант, по которому Залозный путь мог от Днепра пролегать через Горошин, Голтов, Сенжаров (на Ворскле), затем долиной реки Тагамлык и Орчицким шляхом выходил на Муравский шлях и далее продолжался на юго-восток, сливаясь уже здесь с первым вариантом39.

Связывая Поднепровье через Дон и Тмутаракань с Понтом и Хазарией, Залозный путь имел важное значение в истории Киевской Руси40, особенно в VIII—X вв., в период расцвета хазарской торговли, но постепенно утратил свое значение, когда венецианские и генуэзские купцы, завладев торговлей Трапезунда, направили ее на запад по иным путям.

Примечания

1. Ипат. лет., стр. 368.

2. Там же, стр. 369.

3. Там же, стр. 360, 361, 370.

4. Загоскин Н.П. Русские водные пути и судовое дело в допетровской Руси. Казань, 1910, стр. 81—83.

5. Спицын А.А. Торговые пути Киевской Руси, стр. 8.

6. Печерский Патерик в изд. Яковлева, стр. 44.

7. В 1164 году торговцы, идущие из Удеча (Удечева) в Галич с солью, потонули от разлива Днестра, поднявшегося до Выкового болота. Коломыйские солеломни находились близ северного берега Прута.

8. Перемиль расположен на реке Стырь, впадающей в Припять.

9. Спицын. Указ. соч., стр. 8.

10. Середонин, стр. 172; Ляскоронский, стр. 64.

11. Середонин, стр. 172.

12. Таково мнение Карамзина. История государства Российского, изд. Смирдина, СПб., 1852, II, прим., стр. 419 и 410.

13. Так думал Арцыбашев. С ним согласен Соловьев. Арцыбашев. Повествование о России, II. прим., стр. 146; Соловьев. История России.

14. Так высказывался Брун. Причерноморье, I, стр. 126 и 127. Аристов полагает, что Солоный путь вел к Торским или Славянским соляным озерам, Аристов, стр. 14.

15. Брун, стр. 126—127; Иловайский высказывается в пользу мнения Бруна, но, упоминая о замечаниях Бурачка на статью Бруна («Изв. Геогр. о-ва», XI, вып. V), «не предполагает, чтобы те же ладьи, на которых Русь ходила по Черному морю, были употребляемы по рекам Миусу и Самаре»; Иловайский. Разыскания, стр. 283—284.

16. Десятиверстка нашего Союза, л. 62; трехверстка, р. XXVII, л. 16. На отсутствие (на карте) реки Соляной среди притоков Кальмиуса указал еще Загоскин. Русские водные пути, 81, прим., стр. 71.

17. Иоанн де Плано Карпини. История монголов; Вильгельм де Рубрук. Путешествие в восточные страны, пер. А.И. Малеина, СПб., изд. А. Суворина, 1910, стр. 85, 86.

18. На это обратил внимание еще Голубовский. Печенеги, торки, половцы, стр. 162.

19. Середонин, стр. 59.

20. Готье. Железный век, стр. 233.

21. Середонин пишет, что «сюда к крымским соляным озерам и пролегал... очень важный торговый путь — соляной, это не исключает того, что впоследствии Киев получал соль из Галича»; Любавский также считает соляным «путь в Тавриду за солью», Середонин, стр. 159; Любавский. Лекции по древнерусской истории, стр. 114.

22. Константин Багрянородный, стр. 9; Крарийская переправа соответствует современному Кичкасскому перевозу. Брун. Черноморье, Одесса, 1879, ч. II, стр. 368, ср. ч. II, стр. 288.

23. Чумаками называют на Украине торговцев, отправляющихся на волах в Крым за солью и к морям Черному и Азовскому за рыбой. Происхождение чумачества относится к весьма отдаленному прошлому. Замысловский, см. «Россия», г. XIV, стр. 223.

24. Наименование Кичкас Вестберг сближает с Кочо, т. е. с названием Днепра у Моисея Хоренского (Кичкас — стоянка на Днепре). Вестберг. К анализу восточных источников о Восточной Европе, ЖМНП, 1908, III, 27; О переправах ом. «Россия», т. XIV, стр. 436—437; Ляскоронский, стр. 35, 45, 66—70, 82, 84, 105, 112, 123, 119.

25. «Россия», т. XIV, стр. 636—637, 436—437.

26. «Россия», т. XIV, стр. 636. Путь через Кызыкермен и далее по Ингульцу, соединявший Крым с Литовско-Русским государством, был также давним. Уже в начале XV в. на месте переправы существовала «Витовтова мытница», т. е. таможня, когда усилиями литовских великих князей при содействии генуэзцев по нижнему течению Днепра и сухопутным степным дорогам было восстановлено торговое движение к берегам Черного моря. С усилением Перекопской орды вместо Витовтовой мытницы в середине XV в. была построена Кызыкерменская крепость, «Россия», т. XIV, стр. 646.

27. Ипат. лет., стр. 360, 361, 368.

28. Такого мнения придерживаются Карамзин и Соловьев. Соловьев справедливо указывает, что «Залозный» неудовлетворительно объясняют Заолзным, т. е. Заолешинским, который был бы то же самое, что Греческий, не говоря уже о трудном переходе слов из. Заолешья в Заолзье». Однако собственное мнение Соловьева, что «Залозный — железный по товару», тоже неубедительно; Карамзин, т. II, прим., стр. 419; Соловьев, I, стр. 486, прим., стр. 3.

29. Так думает Брун. Черноморье, I, стр. 127, 128.

30. К этому мнению присоединяются Иловайский, Середонин, Спицын и другие. Иловайский, стр. 283; Середонин, стр. 165; Спицын, стр. 12—14. По мнению Голубовского Залозный путь, ответвляясь от Днепра где-то у впадения Самары, мог итти на восток. Готье считает путь древним и определяет его направление следующим образом: Донец — Дон. Голубовский, стр. 162, 163; Готье. Железный век, 233.

31. Любавский. Лекции по древнерусской истории, стр. 114.

32. Ламанский. О славянах в Малой Азии, стр, 68, прим. I.

33. Нельзя, однако, принять мнение, что название пути Залозным идет, может быть, от лоз, росших в Киеве по ту сторону Днепра, по дороге в Переяславль, как думает А. Спицын. От Киева до Канева, как это следует и в летописного описания, и Греческий и Залозный пути совпадали. Собственно Залозный путь начинался южнее Канева и если получил свое название от лозовых лесов, то они должны были находиться южнее Канева.

34. «Россия», т. XIV, стр. 271, 637.

35. См. карту Залозного пути.

36. Середонин, стр. 165.

37. Изучая торговые связи Руси с Востоком VIII—XI вв., Любомиров приходит к выводу, что в VII в. путь от Семендера (около Кизляра) шел Тереком, Сунджей, снова Тереком и его верхними притоками выводил к Кубани на Таматарху к обоим морям, далее Черным морем к византийским городам Крыма. Путь от Семендера, по-видимому, раздваивался и с верхней Кубани через большой Егорлык и затем Маныч выводил к устью Дона. Другой путь (IX—X вв.) шел из Итиля Волгой до Царицына или Камышина к восточному выступу Дона и отсюда Доном до устья Донца. Донец и Оскол выводили к Ворскле, Пслу и Сейму (VII—X вв.); Любомиров П.Г. Торговые связи Руси с Востоком VIII—XI вв., в Учен. зап. Сарат. ун-та. т. I, вып. III, Слов.-ист. отд. пед. фак., Саратов, 1923, стр. 17—19.

38. Ляскоронский. Русские походы в степи, см. приложенную к статье «Карту путей в степи XI—XIV века».

39. Спицын, стр. 13—14.

40. Середонин, стр. 165; Замысловский, см. «Россия», т. XIV, стр. 220.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница