Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Голод

Никому уже не нужная, депортация была тем не менее проведена. Она имела характер не превентивный, а карательный — совсем бессмысленный и бесчеловечный. В ходе депортации были и жестокости, и преступления со стороны проводивших ее частей НКВД. А вот массового вооруженного сопротивления чеченцев не было. И где же оказались тогда все эти многотысячные банды? Где наточенные кинжалы?

Получив приказ о высылке, чеченские семьи довольно дисциплинированно собрались, как им было назначено. Может, впервые начало приходить осознание — что такое государство, какова его мощь и зачем оно нужно.

Советское национальное государственное устройство чеченцев и ингушей было ликвидировано. Сформирована просто Грозненская область. Сталин не собирался возвращать чеченцев назад. Даже чеченские названия сел были заменены на русские: мое родное село Шали стало называться красиво так — Междуречье (хотя речек там — Басс и Джалка, два мелких потока). В дома чеченцев были заселены русские. В дома, где оставалось почти все имущество, — норма вывоза была минимальной. Опять сугубо важный вопрос: кого заселяли?

Частью — казаков из местных, кавказских. Терцев, например. В глазах советской власти терцы реабилитировались, пролив почти всю свою кровь на фронтах: все ушли служить, почти никто не вернулся назад, в редкой семье оставался мужчина, да и тот инвалид. Селили и беженцев с оккупированных немцами земель. В беженцах недостатка не было, и вопрос их размещения на относительно благоприятном Северном Кавказе Сталин таким образом решил.

И еще решил вопрос освоения пустых земель в Казахстане. Выселяли порою в голую степь — устроитесь на месте. Устраивались. После войны настал великий голод. Как и почему в России периодически наставал великий голод — сказать сложно. Много причин. В пустых холодных степях чеченцы вымирали тысячами, опухая и становясь прозрачными от голода. От голода.

Но так же гибли, в то же самое время, и другие жители Советской страны, и на других землях. Даже и на тех, с которых выселили репрессированные народы. Просто голод был везде. В городах ели своих детей — одного на заклание, чтобы остальные выжили. Только волки плодились в лесах и степях, разжиревшие в войну на непогребенных людских остатках. А кончилась война — оскудел пир, и волки, приученные к человечине, пошли в селения. Страшное было время. Самое страшное время — страшнее, чем война.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница