Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Послы кагана росов у франкского императора

Самое первое, но, к счастью, весьма пространное сообщение о русах сохранилось в так называемых Бертинских анналах. Оно как раз касается загадочного государства русов, во главе которого стоял хакан (каган). Жесткие споры о его интерпретации, ведущиеся уже почти три столетия, сполна описаны во введении к этому исследованию. Это не только древнейшее из ныне известных сообщений о русах. Впервые здесь сообщается о наличии у русов государства. Поэтому отнестись к записям анналов следует крайне внимательно и серьезно.

Во времена единой Франкской империи зародилась традиция вести при дворе государя своеобразную летопись, в ко — торой по годам отражались наиболее значимые события (отсюда и название от лат. annus — «год»). «Бертинскими» эти анналы названы по месту находки рукописи в аббатстве Св. Бертина на севере Франции. Автор записей известен — это Пруденций, придворный капеллан сначала императора Людовика I (814—840), а затем, после его смерти и распада империи, — его сына, западнофранкского короля Карла Лысого (840—877). Это особенно ценно: Пруденций мог присутствовать при появлении русов.

В 839 г. к Людовику прибыло посольство византийского императора Феофила (829—842), который:

«прислал также... некоторых людей, утверждавших, что они, то есть народ их, называется Рос (Rhos); король (rex) их, именуемый хаканом (chacanus), направил их к нему (Феофилу. — Е.Г.), как они уверяли, ради дружбы. Он (Феофил. — Е.Г.) просил... чтобы по милости императора и с его помощью они получили возможность через его империю безопасно вернуться (на родину), так как путь, по которому они прибыли в Константинополь, пролегал по землям варварских и в своей чрезвычайной дикости исключительно свирепых народов, и он не желал, чтобы они возвращались этим путем, дабы не подверглись при случае какой-либо опасности. Тщательно расследовав (цели) их прибытия, император узнал, что они из народа свеонов (Sueones), и, сочтя их скорее разведчиками и в той стране, и в нашей, чем послами дружбы, решил про себя задержать их до тех пор, пока не удастся доподлинно выяснить, явились ли они с честными намерениями, или нет. Об этом он не замедлил... сообщить Феофилу, а также о том, что из любви к нему принял их ласково и что, если они окажутся достойными доверия, он отпустит их, предоставив возможность безопасного возвращения на родину и помощь им; если же нет, то с нашими послами отправит их пред его очи, дабы тот сам решил, как с ними следует поступить»1.

Эта случайная запись сама по себе дает столько информации, как никакой другой источник IX столетия. Во — первых, это единственный случай подобного написания этнонима «рос» в западных средневековых источниках. Другие документы того времени знают на просторах Европы Ruzzi, Rizara, Rusci, Ruteni. Откуда взялись эти названия — выясним позднее. Здесь же явно зафиксировано самоназвание народа, с которым франкам встречаться раньше не приходилось. Значит, политическое образование, которое возглавлял хакан русов, находи — лось настолько далеко от Франкской империи, что и торговых связей с ним не было.

Главу русов, «именуемого хаканом», летописец империи величает королем. А в Западной Европе, где всегда придавали большое значение генеалогиям и титулам, «разбрасываться» такими словами, как король, было не принято. Многих весьма уважаемых государей называли князьями. Из этого следует, что неизвестное доселе государство русов после переговоров показалось франкам настолько значительным, что сразу удостоилось названия королевства.

Титул кагана свидетельствует о южной, степной локализации росов Бертинских анналов. Именно в степи этот титул приравнивался к императорскому и символизировал не только независимость, но и притязания на первенство в регионе. Из известных франкам народов только один употреблял этот титул — авары. Из степных народов в Центральную Европу к тому времени проникли еще болгары, но их правители назывались ханами, а не хаканами, что на порядок ниже. Следовательно, скорее всего, росы с хаканом во главе обитали где-то в степях Восточной Европы.

Государство росов не могло находиться на севере Европы — об этом свидетельствует сам текст. Земли, располагавшиеся к северу от империи, а именно в Прибалтике, были хорошо или сносно знакомы франкам, так как входили в сферу их политических и торговых интересов. Побережье Балтийского моря, куда сходились важнейшие торговые артерии Средневековья, всегда было лакомым куском, и не одно столетие за него велась жестокая борьба. Недаром балтийские славяне, под контролем которых долго было южное побережье, слыли во второй половине I тысячелетия н. э. куда более воинственными, чем викинги.

Направлять свою мысль на север Европы ученых заставляет упоминание в источнике народа свеонов, которых обычно путают со свевами — шведами. Действительно, уже в II—X вв. шведов часто называли свеонами.

Однако свеоны, свионы (Svioni, Sueni) были известны во времена римского историка Тацита (II в. н. э.) как небольшое островное балтийское племя. Тацит сообщает о них, что «общины свионов обитают среди самого Океана (Балтийского моря. — Сост.)» и отличает их от свебов («шведов»), живших тогда на северо-востоке Германии. Но это племя, этническая принадлежность которого до сей поры неизвестна, быстро исчезло, растворившись в других народах. И к концу I тысячелетия н. э. свеонами в западных источниках называли все население побережья Балтийского моря. Как ясно указано в анналах, никакого отношения к русам свеоны не имели. И если русы не воспринимались Людовиком как враги, конкуренты или объект политического внимания, то о свеонах этого сказать нельзя. Они хорошо были известны франкам, и где-то их политические интересы сталкивались (иначе им нечего было бы разведывать во франкской столице).

Таким образом, если не отклоняться от текста капеллана, ситуацию можно пересказать следующим образом. Хакан росов около 838—839 гг. отправил посольство в Византию с целью переговоров о сотрудничестве. Вернуться домой обычным путем послы уже не могли, поскольку этот путь был перекрыт «свирепыми народами». Учитывая предположительно степное расположение Русского каганата, эти племена были кочевыми. Скорее всего, именно о помощи против кочевников хотели договориться послы с Феофилом. Вряд ли переговоры с византийцами завершились для русов успешно — иначе в тексте было сообщено о союзе Византии с русами, а не сквозило бы недоверие: «как они уверяли, ради дружбы». Между тем в традициях византийской дипломатии император позаботился о безопасности послов, значит, исход схватки хакана русов с кочевниками еще не был решен. В ходе знакомства с послами неизвестного государства Людовик выяснил, что кто-то из них происходил с побережья Балтийского моря (вряд ли все посольство). В Средние века обычным делом была служба при дворе стран, связанных политическим или торговым союзом. Из этого можно сделать вывод, что Русский каганат имел какие-то контакты (и весьма тесные) с Прибалтикой, хотя и находился далеко от нее. Людовик не имел возможности сразу определить, являлись ли свеоны официальными представителями росского кагана, или они действительно сочинили такую легенду, чтобы проникнуть в святая святых враждебного государства. Чтобы узнать, истина рассказ послов или ложь, нужно было связаться с Русским каганатом, в ожидании чего послы и были задержаны.

Хотя продолжение истории неизвестно, и имеющиеся данные немало сообщают о народе рос.

Бертинские анналы не единственный западноевропейский памятник, в котором есть информация о каганате. С ними обычно связывают послание франкского императора и итальянского короля Людовика II (844—875) к опять-таки византийскому василевсу Василию I (867—886). Письмо было отправлено в 871 г. и дошло до наших дней в составе Салернской хроники Х в. Споря с византийским императором о титулах правителей, Людовик II пишет: «Хаганом (Chaganus) мы называем государя авар, а не хазар или северных людей (Nortmanni)». Вполне понятно, что Людовик не знал о других хаганах, кроме аварского: Аварский каганат был разгромлен его прадедом Карлом Великим на рубеже VIII—IX вв. Жаль, что неизвестно содержание письма Василия, на которое отвечал франкский император. Вполне вероятно, что там был указан точный этноним «норманнов». И надо помнить, что «норманнами» средневековые авторы называли не конкретный этнос и даже не скандинавов, как принято думать сейчас. В переводе с латинского это просто «северные люди», жители областей, расположенных севернее, чем страна автора источника (в данном случае Италия). Со времени Великого переселения народов в Европе известно четыре каганата: Западный Тюркский, Аварский, Хазарский и Русский. Тюркский каганат, исчезнув за три столетия до написания документа, так и остался неизвестен франкам. Поэтому правомерно предположить, что «северные люди» — это русы. Из этого послания можно сделать два вывода: во-первых, русы с хаканом во главе до сих пор не стали хорошо известны в бывшей Франкской империи, а во-вторых, в Византии о них еще помнили. Существовал ли Русский каганат в 871 г. — сказать нельзя (каган авар упоминается как существующий титул, хотя уже почти столетие, как этот каганат был уничтожен).

Таким образом, из франкских хроник известно, что в начале IX в. (а может, и позже) где-то в степях Восточной Европы находилось весьма влиятельное в регионе образование, именовавшееся «Русский каганат» и имевшее контакты с Византией и побережьем Балтийского моря.

Примечания

1. Древняя Русь в свете зарубежных источников. — М., 1999. С. 288—289.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница