Рекомендуем

Job europa приглашение в чехию http://www.podebrady.ru/.

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





5. Идеология (религия) хазар

В специальной книге о Хазарии было бы целесообразно дать раздел о культуре хазар. Однако ряд причин не позволяет этого сделать. Во-первых, крайняя скудость письменных источников. Во-вторых, неопределенность данных археологии, где материал по самим хазарам почти не вырисовывается.

В силу этого я сосредоточу внимание на одном вопросе — идеологии (религии) хазар. Я намеренно ставлю его именно так, а не в традиционном плане изучения принятия хазарами иудаизма, так как (и это я постараюсь показать) последний вопрос важен, но является лишь частью более широкой проблемы.

Хазары, как и этнические компоненты, вошедшие в их состав (тюрки, угры, иранцы), первоначально были язычниками, или, как их именовали мусульманские писатели, «ахл ал-аусан» (люди, поклоняющиеся идолам, идолопоклонники). О хазарском язычестве довольно подробно рассказывает Мовсес Каланкатваци, ссылаясь на албанского епископа Исраэла. Исраэл, как христианский священнослужитель, с возмущением описывает языческие обряды и, возможно, порой их искажает, желая показать «хонов» дикарями и, как он пишет, «преданными сатане»1. Так, описывая похоронные обряды, епископ отмечает, что «хоны» били в барабаны над трупами, наносили себе раны на лице, руках, ногах; нагие мужчины бились мечами у могилы, состязались в конной езде, а затем предавались разврату2.

Описанные Исраэлом обычаи напоминают некоторые нравы древних скифов, охарактеризованные Геродотом3, и, кажется, доказывают преемственность между древнеиранскими кочевниками и хазарами VII в.

Еще больше это подтверждается сведениями Исраэла о божествах, которым поклонялись «хоны». Среди таковых на первом плане фигурирует Куар, бог молний4. Имя этого божества иранское, хотя известную аналогию ему подыскать нелегко (может быть, от иранского названия солнца?). У Геродота и Аммиана Марцеллина упоминается божество скифов и алан, которого эти авторы называют Аресом или Марсом5. Иранское имя этого божества неизвестно. Ученые сопоставляют его с Батразом нартского эпоса6, но известные нам варианты этого эпоса7 могли не сохранить исконного иранского имени.

Более пространно Исраэл рассказывает о другом хазарском божестве, которое носило двойное имя — Тангри-хан и Аспандиат8. Второе Мовсес Каланкатваци прямо связывает с персами («парсикк»)9. По описанию Исраэла, это божество представлялось в виде огромного безобразного великана, которому приносились в жертву лошади в священных рощах, описанных епископом10. Весьма любопытно двойное имя этого божества. Тангри — известное тюркское племенное божество, варианты которого имеются у всех тюркских племен и народов (турок, азербайджанцев, туркмен, якутов, чувашей и т. д.), хотя ныне, кажется, выясняется, что имя его не исконно тюркское11. Но сам Каланкатваци, лишь один раз упомянув Тангри-хана, затем все время называет его именем иранского эквивалента Аспандиата12; надо полагать, этот вариант был более распространен.

Комментируя это место из Каланкатваци, Ш. Смбатян пишет, что неизвестно, был ли у древних персов культ бога Аспандиата, и полагает, что «Каланкатваци мог ввести в заблуждение корень "асп" в имени Аспандиат», который он отождествил с пехлевийским и зендским «аспа» — «лошадь»13. Затем Смбатян приводит факт жертвоприношения лошадей у сармат и ссылается на комментарий Н. Адонца (который, в свою очередь, пользовался книгой Й. Маркварта) о герое иранского эпоса Спандиате, сыне Вистаспа, и его возможной связи с Спандаратом, чье имя встречается в роду нахараров Камсараканов. Н. Адонц, кроме того, предположил, что в Персии конница находилась в руках рода Спандиата14.

Попробуем разобраться в этом вопросе. Прежде всего, вряд ли правомерно связывать хазарского Аспандиата с древнеперсидскими или тем более армянскими богами. В древнеармянском существовало божество С(п)андарамет, которое Ж. Дюмезиль определяет как землю15 и сравнивает16 с иранским Спента Армаити17.

Между тем имя Спандиат древнеиранское18, оно встречается у Ктесия в форме Сфендадат. Так звали, согласно этому автору, мага, провозгласившего себя сыном Камбиза19.

Вспомним имя героя иранского эпоса Спентодата (Спентадата, Испандата)20. В иранском эпосе, изложенном в «Шахнаме», Спентодат фигурирует в новоперсидской форме этого имени Ис-фендийар; подвигам этого героя, его борьбе с Арджаспом, а затем Рустамом посвящен последний цикл эпической части поэмы21.

По ат-Табари, Исфендийар совершил поход к Баб-е Суд22, т. е. Дербенту, и это наводит на мысль о связях его с Кавказом. Спентодат-Исфендийар — герой общеиранского эпоса и вполне мог существовать у сарматских племен. Вместе с тем в форме Аспандиат, а также в культе этого бога у хазар, несомненно, заложена и другая основа, связанная с иранским «аспа» — «лошадь». Вероятно, это было сарматское (массагето-аланское) божество, отражавшее культ лошади, столь важный у кочевников В данной среде с ним мог ассоциироваться и древнеиранский культ героя Спендодата.

Кроме Куара и Тангри-хана-Аспандиата, епископ Исраэл отмечает у «хонов» поклонение огню, воде, луне, богам дорог и т. д.23 С особой тщательностью он подчеркивает наличие многоженства, а также иные брачные формы — два брата берут одну жену, дети берут жен отца и т. п.24 Возможно, это свидетельство неодинаковых брачных обычаев, существовавших у разных племен.

Если культ лошади ведет к кочевникам-степнякам, то поклонение священным деревьям — свидетельство иных влияний, возможно восходящих к финно-угорским племенам, вошедшим в состав хазар. Тот же Исраэл описывает огромный дуб, которому приносили в жертву коней, чьи головы и шкуры вешали на его ветви25.

Таким образом, есть основания сделать вывод, что хазарское язычество представляло собой сложную амальгаму культов разного содержания и происхождения.

В условиях контактов со странами, где господствовали монотеистические религии (христианство, ислам), уже в VII ст. встал вопрос о принятии какой-либо из этих вер, так как они больше соответствовали и общим условиям эпохи, и интересам раннеклассового Хазарского государства.

Первая попытка принять монотеистическую религию хазарами относится к 80-м годам VII в. После убийства ишхана Кавказской Албании Джуаншера знать этой страны избрала правителем племянника убитого Вараз-Трдата26. «Великий князь хонов» Алп-Илутвер вторгся в пределы Албании, но посланный Вараз-Трдатом к Алп-Илутверу католикос Албании Елиазар сумел убедить владыку хазар в непричастности нового албанского князя к убийству дяди27.

Упомянутый уже епископ Исраэл ездил к армянскому католикосу Сааку и ишхану Григору Мамиконяну28. Официально цель миссии состояла в участии в переносе останков Григория Лусаворича29 из Западной Армении в Валаршапат30, но на деле речь шла о союзе с Арменией. Против кого? А.Н. Тер-Гевондян считает, что против хазар31, но вряд ли это так, поскольку Исраэл сразу же после возвращения из Армении возглавил посольство на север32. Скорее всего, союз Албании и Армении в начале 80-х годов был направлен против Халифата, где в ту пору прекратились смуты, и сломившие своих противников Омейады начали вторую волну мусульманских завоеваний на севере и северо-западе.

Не удивительно, что посольство Исраэла было встречено с большим почетом33 Алп-Илутвером, который, по-видимому, был наместником хакана хазар34. Следствием посольства Исраэла было принятие христианства Алп-Илутвером и его окружением. Рассказ Мовсеса Каланкатваци об этом составлен в традиционном стиле христианских преданий со знамениями и чудесами35. Однако главное — крещение Алп-Илутвера — сомнений не вызывает. Были разрушены языческие капища, срублены священные деревья. Согласно Каланкатваци, в г. Варачан был утвержден hайрапетский престол36, т. е. была основана самостоятельная церковь во главе с hайрапетом-католикосом. Ответное посольство Алп-Илутвера было адресовано не только албанским ишхану и католикосу, но и католикосу и ишхану Армении37. Послы Алп-Илутвера съездили туда, а по возвращении в Албанию попросили дать им католикосом Исраэла. Вараз-Трдат и католикос Елиазар сначала воспротивились, но, когда хазарские послы заявили, что другого вардапета38 они не желают, епископ Исраэл сам изъявил желание поехать к «хонам»39.

Здесь сведения о дальнейших событиях у хазар кончаются. Епископ Исраэл упоминается еще раз, но в связи с албанскими делами40, так что конец столь красочно описанного обращения «князя хонов» в христианство неясен. По другим источникам известно, что через два года состоялось сокрушительное нашествие хазар на Закавказье, во время которого погиб ишхан Армении Григор Мамиконян41. Чем оно было вызвано — можно только предполагать. Думается, что принятие Алп-Илутвером христианства было враждебно встречено основной частью хазарской знати; возможно, Алп-Илутвер пошел на это, пытаясь создать себе независимое владение в пределах Приморского Дагестана, и потерпел поражение в борьбе с хаканом хазар. Никаких известий о нем после событий 682 г. нет, и как участник похода 684—685 гг. он не фигурирует. Следовательно, можно полагать, что его попытка утвердить христианство у «хонов» окончилась неудачей.

В последующее время, вплоть до 30-х годов VIII в., никаких известий о попытках изменения религии хазар нет. Очевидно, в этом не было необходимости. Языческая Хазария вела успешно (полностью или частично) войны, которые обогащали хазарскую знать добычей, и старые языческие боги, с точки зрения этой знати, прекрасно выполняли свою роль.

В 737 г. Мерван ибн Мухаммед взял хазарскую столицу, после чего хакан бежал на север. Арабы преследовали его, и в конце концов он запросил мира, обещая принять ислам42. Ал-Куфи в своем красочном, изобилующем деталями рассказе утверждает, что правитель хазар и с ним «множество людей из числа его родных и соплеменников» приняли ислам43. В этом, однако, есть все основания сомневаться. В исламе еще в период его выхода за пределы Аравийского полуострова выработалось специфическое отношение к другим религиям. После некоторых колебаний халифы и их окружение, признавая ислам единственно истинной верой, согласились на определенную веротерпимость по отношению к религиям, имеющим записанные откровения (христианство, иудаизм, зороастризм). И хотя практическое отношение к этим религиям менялось44, в целом они оставались на положении покровительствуемых45. Языческие же культы таковыми не являлись46.

Хазары были язычниками, и победитель Мерван в соответствии с мусульманской практикой предложил им переход в ислам. Вероятно, хакан в тех условиях вынужден был дать на это согласие, но вряд ли его выполнил. Об обещании хакана стать мусульманином сообщают два источника (ал-Белазури и ал-Куфи). Ни ал-Йакуби, ни ат-Табари, ни Ибн ал-Асир об этом не упоминают. И здесь особенно примечательно молчание Ибн ал-Асира, автора позднего, но очень точного в своей информации. Ибн ал-Асир знал труд ал-Куфи и использовал его, но рассказ о принятии ислама хазарами опустил47, и это не случайно. Ал-Куфи больше, чем любой другой ранний арабский писатель, пользовался всякого рода устными преданиями, у него больше всего диалогов, которые указывают на апокрифичность его материала. О принятии хазарами ислама в VIII в. не упоминает и такой эрудит, как ал-Мас’уди. Кроме того, надо иметь в виду, что в Хазарии в ту пору мусульман не было, их мало было даже в Закавказье и Средней Азии, а хакан вряд ли мог пойти на принятие религии, которую в его государстве никто не исповедовал.

Прошло немногим более сотни лет, и мусульманские источники фиксируют иудаизм в качестве государственной религии Хазарии. Именно к этому времени (приблизительно 50—70-е годы IX в.) относится сообщение, ранний вариант которого находим у Ибн Русте. Согласно последнему48, в Хазарии исповедовали иудаизм «высший глава»49 (т. е. хакан), шад, а также вожди («ков-вад»)50 и знать («узама»)51, остальной же народ придерживался веры, похожей на религию турок52. Таким образом, во второй половине IX в. знать Хазарии исповедовала иудейскую религию, тогда как народ продолжал придерживаться старых языческих культов.

Вопрос об иудаизме среди хазар имеет старую историографическую традицию, родоначальником которой можно считать царя Иосифа, пустившего по свету свою версию этого события. Позже ее дополняли еврейские книжники X—XII вв., и лишь в новое время она была поколеблена благодаря привлечению арабских источников. За период после публикаций Буксторфа (1660 г.) и по наше время выросла огромная и противоречивая историография, разбирать которую здесь нецелесообразно. Важнее выделить несколько вопросов и постараться дать на них ответ на основе источников и с учетом основной литературы. Это, во-первых, время принятия иудаизма верхушкой Хазарии и, во-вторых, инициаторы этого акта.

На второй вопрос ответ уже, по существу, дан выше. Инициатор — шад, ставший затем баком — царем Хазарии, оттеснивший хакана на второй план, но заставивший и его принять иудейскую веру.

На первый вопрос ответить сложнее. Здесь в нашем распоряжении прежде всего версия царя Иосифа, который ссылается на хазарские книги («сфарим»), известные «всем старикам нашей земли» («л-кол зикней арцану»)53. Вероятно, в Хазарии действительно существовали какие-то книги (на древнееврейском языке?), призванные закрепить и обосновать легенды, канонизированные по указанию хазарских царей. Суть этих легенд в том, что хазарский царь Булан получил божественное откровение, предписывавшее ему обратиться в истинную, т. е. иудейскую, веру. На всякий случай, однако, Булан устроил своеобразный диспут между мусульманским кади и христианским священником. Каждый из них хулил веру другого, но оба они якобы согласились на том, что «вера Израиля — лучшая вера и вся она — истина»54.

Дата этого события в краткой редакции письма Иосифа отсутствует, а в пространной указано, что случилось это за 340 лет до Иосифа55. Многие сразу же сочли ее позднейшей припиской к тексту, другие стали доказывать, что эта дата заменила в рукописи другую, достоверную, какую — мнения разошлись56. Иосиф после рассказа о чудесном обращении Булана добавляет несколько фраз о деятельности царя Обадьи, который «укрепил веру согласно закону и правилу», т. е., как полагают, перешел к раввинистическому иудаизму57. Обадья фигурирует в качестве сына сыновей Булана, т. е. как его потомок58. А затем перечислены последующие цари Хазарии числом 11—1259, начиная с сына Обадьи Езекии и кончая автором письма Иосифом60. О достоверности этого списка судить трудно, так как никаких параллельных данных Нет. В Кембрдижском документе упомянуты, кроме Иосифа, его отец Аарон и дед Вениамин61. Главное для нас не этот список, а дата принятия иудаизма, которая на основании письма Иосифа установлена быть не может. Не оказывает помощи и привлечение Кембриджского документа.

Там содержится несколько иной вариант истории обращения хазар в иудаизм. Акт этот приписывается некоему еврею, который якобы спас хазар, пребывавших в состоянии анархии, без царя и порядка62. Этот вариант обращения хазар еще более смутный и противоречивый. Неизвестный автор связывает принятие иудаизма с этим анонимным евреем, ставшим «большим главой»63 хазар, тогда как хакан появился, по данной версии, позже как судья («шофет») из числа самих хазар. Параллельно «большой глава» превратился в царя и т. д. Никаких дат здесь нет.

Такое смутное представление о дате иудаизации хазар вполне естественно побудило более поздних еврейских книжников, занимавшихся проблемой хазар, специально обратиться к этому вопросу. Еврейский ученый Иехуда ha-Леви, писавший около 1140 г., ссылаясь на какие-то летописные книги, считал, что хазарский царь принял иудейство за 400 лет до него64, т. е. около 740 г. Эту дату принял и пытался обосновать Д. Данлоп65, который в своей монографии уделил проблеме иудаизма среди хазар особое внимание. Однако, считаясь с указанием ал-Мас’уди о принятии иудаизма хазарами во времена Харун ар-Рашида (786—809 гг.), Д. Данлоп окончательный вывод сформулировал так: в 740 г. хазары приняли модифицированный иудаизм, а около 800 г. — раввинистический66.

Известия ал-Мас’уди для нас особенно ценны. К сожалению, он подробно рассматривал эту проблему в своих несохранившихся трудах67, а в «Мурудж аз-захаб», по-видимому, дал лишь краткое резюме. Последнее сводится к тому, что хазарский царь принял иудейскую веру в правление Харун ар-Рашида, а во времена византийского императора Романа Лакапина (919—944 гг.), учинившего гонения на евреев, последние бежали в Хазарию68. Б.Н. Заходер заключил из этого, что можно говорить о двух периодах иудаизации Хазарии: во времена Харун ар-Рашида и при жизни самого ал-Мас’уди, современника Романа Лакапина69.

Текст ал-Мас’уди никаких оснований для такого вывода не дает. Именно этот текст — наше единственное заслуживающее доверия свидетельство о дате принятия иудаизма хазарским царем. Вопрос с датировкой Иехуды ha-Леви сложен не только из-за того, что это поздний автор. Нельзя абстрагироваться от того, что у него сказано «около 400 лет назад», так что называть на этом основании точно дату около 740 г. вряд ли правильно. Очевидно, и те «летописные книги», на которые он ссылается, точной даты не содержали, а это позволяет распространить заключение автора ХП в. о событии, произошедшем за около 400 лет до него, на весь VIII в., и тогда появляется возможность приурочить его ко времени Харун ар-Рашида, вступившего на престол в 786 г. Более точной даты не знал, очевидно, и ал-Мас’уди, живший через полтораста лет после этого. Точнее датировать не можем и мы.

Каковы же были причины принятия иудаизма верхушкой Хазарии?

Принятие той или иной монотеистической религии — закономерное явление в любом феодализирующемся обществе, где борьба центральной власти, с одной стороны, с сильными реликтами родоплеменного строя, а с другой — с зарождающейся феодальной децентрализацией настоятельно требовала замены политеизма монотеизмом, освящающим власть одного государя. Но вот форма монотеизма могла быть разной, и это зависело от многих, в том числе от внешнеполитических, факторов.

Приняв за дату иудаизации хазарской знати приблизительно последнюю четверть VIII в., посмотрим, какие причины привели к этому событию. Хазарский шад, ставший его инициатором, имел выбор среди трех монотеистических религий: христианства, ислама и иудаизма. Из них две первые были государственными религиями двух крупнейших держав той поры, с которыми Хазария имела самые разнообразные сношения, — Византии и Арабского халифата. Христианство имело широкое распространение среди подданных Хазарии — жителей Крыма. Эту веру исповедовала большая часть обитателей Закавказья — Армении, Грузии, Кавказской Албании. Казалось бы, именно принятия христианства хазарами и следовало ожидать, тем более что попытка такого рода уже имела место в VII ст. И все-таки были причины, этому не способствовавшие. Если еще в первой половине VIII в. Византия являлась союзницей Хазарии против арабов, то во второй половине этого столетия ситуация изменилась. Хазары вмешались в закавказские дела и помогли абхазскому князю Леону, отец которого был женат на дочери хакана, стать независимым от империи70. Это случилось в 80-х годах VIII в.71 Более того, Леон II Абхазский (758—798 гг.) присоединил к своим владениям Эгриси, т. е. значительную часть Западной Грузии72. Это был сильный удар по Византии, и для того чтобы между ней и Хазарией восстановились хорошие отношения, понадобилось полсотни лет. В таких условиях о принятии христианства вряд ли могла идти речь, тем более что христианские страны Закавказья во второй половине VIII в. по крайней мере дважды подвергались хазарским нашествиям73.

Столь же неблагоприятны были условия для принятия ислама. Халифат оставался главным противником хазар, хотя больших арабо-хазарских войн во второй половине VIII в. не было.

А вот для принятия иудейской религии обстоятельства складывались благоприятно. В условиях Европы, пришедшей в упадок после варварских нашествий, еврейские общины и еврейский торговый капитал не только сохранили свою силу и влияние, но и практически монополизировали европейскую торговлю. Особое покровительство оказывали еврейским купцам Каролинги, которые при нужде в деньгах всегда обращались к еврейским ростовщикам74. Очевидно, такой же значимостью еврейского купечества в европейской торговле объясняется покровительство ему со стороны испанских Омейадов75. В IX в. именно еврейские купцы держали в своих руках транзитную торговлю между Европой и Азией. Это были предприимчивые торговцы, говорившие на разных языках (арабском, персидском, греческом, «франкском», испано-романском, славянском)76. Один из их путей пролегал через Чехию, Венгрию, Русь и Волжскую Булгарию77 и вообще Поволжье в пределы Хазарского каганата.

Естественно, что параллельно с торговыми поездками возникали и еврейские колонии в разных районах Восточной Европы. Их появление будировалось и периодически возникавшими в Византийской империи гонениями на еврейские общины78, в результате чего евреи эмигрировали в пределы Хазарии. Там, согласно ал-Мас’уди, существовали особенно благоприятные условия для купцов и ремесленников79.

Судя по еврейским источникам, основная масса еврейских эмигрантов в Хазарию прибыла тремя путями: из Багдада, т. е., очевидно, из арабского Ирака, где издавна существовала вторая по значимости еврейская колония, из Хорасана, т. е. из восточных областей Халифата, включая Среднюю Азию, и из Византии. В последнем случае, несомненно, имелись в виду и крымские владения империи. В связи с этим спор между С.П. Толстовым, отстаивавшим «хорезмийский вариант» главного очага еврейской эмиграции в Хазарию, и М.И. Артамоновым, столь же горячо его отрицавшим80, теряет свой основной смысл, хотя в деталях критика Артамонова имела основания. В то же время Артамонов в принципе правильно подчеркивал роль старых иудейских общин Дагестана в распространении иудаизма среди хазар81.

Нельзя сбрасывать со счетов и крымские колонии евреев. Не случайно в связи с этим и особое внимание царя Иосифа к географии Крыма.

Согласно Иосифу, хазарский царь, принявший иудаизм, носил тюркское имя Булан («лось, олень»)82; все же прочие упомянутые им цари носили традиционные еврейские (библейские) имена (Обадья, Ханукка, Ицхак, Забулон, Моше, Менахем, Бениамин, Аарон, Иосиф). Возможно, что они, подобно русским князьям XI—XII вв., носившим языческое и христианское имя, имели два имени — тюркское и иудейское. В Кембриджском документе фигурирует некий Песах, имя которого не восходит к Библии, но известно в еврейской средневековой среде83. В недавно опубликованном документе на древнееврейском языке, происходящем из общины («каhал») Киева (Кийув), датированном X в.84, перечислены несколько имен, которые показывают, что эта община была скорее религиозной, чем этнической. Наряду с такими традиционно иудейскими именами, как Абраам, Ицхак, Шмуэль и т. д., мы находим там имена Кибр, Суртh, Мнс и др.85 Исследовавший их тюрколог О. Притцак предложил любопытные, хотя и не бесспорные их толкования86, в частности и на основе чувашского языка — потомка языка волжских булгар, наиболее близкого хазарскому.

Важнейший вопрос, на который следует дать ответ, — кто же исповедовал в Хазарии IX—X вв. иудаизм: весь ли народ или какая-то его часть? В современной литературе есть определенная тенденция преувеличивать роль иудаизма в Хазарии и даже на Руси87. Между тем источники для X в. дают совершенно ясный ответ. Как мы уже видели, в Хазарии жили евреи (этнические) и часть хазар, принявших иудаизм. И те и другие тем не менее источниками пусть не совсем четко, но различаются88. Одновременно известно, что сами хазары исповедовали и ислам, и христианство, и иудаизм, и языческие культы, причем показательно, что при перечислении этих религий иудаизм стоит на последнем месте89. Ал-Истахри и Ибн Хаукаль даже прямо указывают, что последователей иудейской веры меньше всего, а больше всего в Хазарии мусульман и христиан90. По ал-Мас’уди, большинство жителей «ал-балад» (не ясно, идет ли речь о Хазарии или ее столице91, мне кажется, что именно о стране92) — мусульмане.

Те же источники говорят, что иудаизм исповедовали царь, хакан, окружение царя и его род («джинс»)93 В X в. царь и хакан должны были быть обязательно иудеями по религии, хотя один конкретный случай, о котором повествует ал-Истахри94, свидетельствует о том, что и среди хазарской знати были мусульмане.

Таким образом, о широком распространении иудейской религии среди населения Хазарии даже в X в. говорить не приходится. Основная его масса исповедовала ислам, христианство или различные языческие культы. Царь же и его окружение, принявшие иудаизм, все больше отдалялись от своих подданных. Усиление в X в. влияния части последних, исповедовавших ислам, и особенно гвардии ал-ларисийа ставило царей в еще более сложное положение. В итоге центральная власть все больше теряла свою силу и влияние.

Остается посмотреть, какое воздействие оказало принятие иудаизма хазарской верхушкой на культуру хазар. Влияние это отрицать нельзя, хотя не следует его и преувеличивать. То, что в Хазарии имели распространение древнееврейские язык и письменность, доказывается перепиской Хасдая ибн Шафрута и царя Иосифа. Но степень этого распространения остается под вопросом. Известный ученый ал-Надим (конец X в.) отметил, что хазары Использовали еврейское письмо95. Более поздний персидский писатель Фахр ад-дин Мубарак-шах (начало XIII в.) связывал хазарское письмо с русским и румийским (т. е. греческим) алфавитами96. В.В. Бартольд на основании этого предположил использование у хазар для их собственного языка греческого алфавита97 и связал это с известной деятельностью славянского просветителя Кирилла-Константина98. Целесообразно обратить внимание на сообщение ал-Мас’уди о мусульманских школах в Атиле99, где преподавание могло вестись только на арабском языке. А так как часть хазар исповедовала ислам, это говорит об известной распространенности арабской культуры. Некоторые современные ученые считают возможным говорить о влиянии на хазар персидской культуры100.

Одним словом, разнообразие религиозных культов приводило к распространению разных культурных влияний, ни одно из которых в Хазарии, по-видимому, окончательно не возобладало. Отсутствие же единой культуры, литературного языка и письменности говорит о слабой консолидации Хазарии и в культурном плане.

Примечания

1. Мовсес Каланкатваци. Патмутюн... С. 240.

2. Там же. С. 240—241.

3. Геродот. IV, 71—72.

4. Мовсес Каланкатваци. Патмутюн... С. 241.

5. Геродот. IV, 62; Аммиан Марцеллин. XXXI, 2, 23.

6. Дюмезиль ж. Осетинский эпос и мифология. М., 1977. С. 62—67.

7. Вариантов много: осетинские, адыгские, чеченские, абхазские и др.

8. Мовсес Каланкатваци. Патмутюн... С. 241.

9. Там же.

10. Там же. С. 250. В то же время Аспандиат назван «скайозор каджин» (т. е. рожденный богатырем, храбрый) (Там же. С. 251). В честь него сооружались храмы и идолы (очевидно, изображения Аспандиата).

11. Зарубежная тюркология. С. 75.

12. Мовсес Каланкатваци. Патмутюн... С. 241, 246, 250, 252, 254.

13. Он же. История... С. 212—213.

14. Адонц Н. Армения в эпоху Юстиниана. Ереван, 1971. С. 447.

15. Дюмезиль Ж. Верховные боги индоевропейцев. М., 1986. С. 35.

16. Там же. С. 33—35.

17. Ачарян Р. (Этимологический коренной словарь армянского языка. Ереван, 1979. Т. 4. С. 172—173) дает разные значения, в том числе «ад, глубина земли», отсюда «сандара // метапет» — «адский князь».

18. Т. е. присущее всем древним иранцам, а не только персам.

19. Фрай Р. Наследие Ирана. М., 1972. С. 132, 133; Дандамаев М.А. Политическая история Ахеменидской державы. М., 1986. С. 65—68.

20. Мифы народов мира. М., 1982. Т. 2. С. 467.

21. Там же. С. 574—575; Фирдоуси. Шахнаме. Т. 6. С. 166—321.

22. Ат-Табари. Указ. соч. Сер. 1. С. 680.

23. Мовсес Каланкатваци. Патмутюн... С. 241.

24. Там же.

25. Там же. С. 250.

26. Мовсес Каланкатваци. История... С. 120.

27. Там же. С. 121.

28. Там же. С. 122—123.

29. Основатель армянской церкви (IV в.).

30. Современный Эчмиадзин.

31. Тер-Гевондян А.И. Указ. соч. С. 50. В «Истории армянского народа» (Ереван, 1984. Т. 2. С. 316—317) четкого ответа на этот вопрос нет. В обобщающих трудах по истории Азербайджана (1958 и 1979 гг.) эти события вообще не затрагиваются. Есть старая статья С.Т. Еремяна (Моисей Каланкутуйский о посольстве к хазарскому хакану Алп-Илутверу // Записки Ин-та востоковедения АН СССР. М.; Л., 1939. Т. 7).

32. Мовсес Каланкатваци. История... С. 123—131.

33. Там же. С. 124 и др.

34. У Каланкатваци он назван ишханом (князем) хонов и отмечено, что (прежде?) этот сановник отличился в Туркестане при хакане хазар («ар хазр хаканин»), снискал любовь последнего (см.: Мовсес Каланкатваци. Патмутюн... С. 249; Он же. История... С. 127). Вероятно, Алп-Илутвер участвовал в каких-то войнах хазар в Средней Азии, о которых других известий нет.

35. Мовсес Каланкатваци. История... С. 128—131.

36. Там же. С. 132.

37. Там же. С. 133—134.

38. Учитель, здесь как синоним католикоса.

39. Мовсес Каланкатваци. История... С. 134.

40. Там же. С. 148.

41. Левонд. Указ. соч. С. 16; История армянского народа. Т. 2. С. 317.

42. Ал-Белазури. Указ. соч. С. 208.

43. Ал-Куфи. Указ. соч. С. 51—52.

44. Некоторые халифы проявляли особое рвение в следовании догмам ислама. Йазид II (720—724 гг.), например, издал указ об истреблении в пределах Халифата всех свиней. См.: Левонд. Указ. соч. С. 100.

45. Мец А. Мусульманский ренессанс. М., 1966. С. 38—58. На Аравийском же полуострове принятие ислама стало обязательным.

46. Там же. С. 97.

47. Ибн ал-Асир. Указ. соч. Т. 4. С. 234.

48. Ибн Русте. Указ. соч. С. 139; Бартольд В.В. Указ. соч. Т. 8. С. 36 (перс. текст Гардизи).

49. В арабском «ра’исахум ал-а’зам», в персидском «ра’ис-е бозоргтэр».

50. У Гардизи «сарханган».

51. У Гардизи «бозорган».

52. У Гардизи «похожей на веру турок-гузов».

53. Коковцов П.К. Указ. соч. С. 20 (др.-евр. текст).

54. Там же. С. 78—80, 95—97.

55. Там же. С. 93.

56. Хам же. С. 93—94.

57. Хам же. С. 80.

58. Хам же. С. 80, 97.

59. В пространной редакции их 12 за счет еще одного царя Аарона (Там же. С. 81, 97—98).

60. В более позднем списке у Иехуды бен Барзиллая (конец XI в.) фигурируют восемь имен (Там же. С. 131).

61. Golb N., Pritsak O. Op. cit. P. 114—115.

62. Коковцов П.К. Указ. соч. С. 113—116.

63. Там же. С. 34—35 (др.-евр. текст).

64. Там же. С. 131—132.

65. Dunlop D. Op. cit. P. 116—121.

66. Ibid. P. 170.

67. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 193.

68. Там же.

69. Заходер Б.Н. Указ. соч. Вып. 1. С. 151.

70. Картлис цховрэба Т. 1. С. 251; Летопись Картли. С. 48.

71. Очерки истории Грузии. Тбилиси, 1973. Т. 2. С. 417.

72. Картлис цховрэба Т. 1. С. 251.

73. Одно описано в «Картлис цховрэба» (Т. 1. С. 249—250), другое (799 г.) в восточных источниках (Ал-Куфи, Ат-Табари, Бар Гебрей и др.).

74. Дживелегов А.К. Торговля на Западе в средние века. СПб., 1904. С. 20.

75. Cheine A.G. Muslim Spain: Its History and Culture. Minneapolis, 1974. P. 116—118.

76. Ибн Хордадбех. Указ. соч. С. 153.

77. Коковцов П.К. Указ. соч. С. 65—66.

78. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 193. Ал-Мас’уди говорит о современном ему гонении евреев, но такие события случались и прежде.

79. Там же. С. 195. Ал-Мас’уди здесь называет мусульманских купцов и ремесленников, но это не исключает существования подобных условий и для еврейских купцов.

80. Артамонов М.И. Указ. соч. С. 283—287.

81. Там же. С. 273.

82. Древнетюркский словарь. С. 121; Артамонов М.И. Указ. соч. С. 278.

83. Коковцов П.К. Указ. соч. С. 119.

84. Golb N., Pritsak O. Op. cit. P. 3—43.

85. Ibid. P. 14—15.

86. Ibid. P. 35—40.

87. Д. Данлоп, Н. Голб.

88. Данные Кембриджского документа (Коковцов П.К. Указ. соч. С. 113—120; Golb N., Pritsak O. Op. cit. P. 106—117), а также ал-Истахри, Ибн Хаукаля, ал-Мас’уди.

89. Ал-Истахри. Указ. соч. С. 220; Ибн Хаукаль. Указ. соч. Т. 2. С. 390.

90. Там же.

91. Ал-Мас’уди. Мурудж аз-захаб. Т. 2. С. 10.

92. Арабское «балад» означает и «страна», и «город».

93. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 193.

94. Рассказ о юноше-мусульманине из рода хакана, которого видел на рынке информатор ал-Истахри.

95. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 142.

96. Tarikh-i Fahrù’d-Din Mubarakshah. L., 1927. P. 46.

97. Бартольд В.В. Указ. соч. М., 1968. Т. 5. С. 466—467.

98. Бернштейн С.Б. Константин-философ и Мефодий. М., 1984. С. 59—77.

99. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 195.

100. Dunlop D. Op. cit. P. 231.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница