Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





4. Падение Хазарского каганата

Политическое состояние Хазарского государства последние два десятилетия его существования можно охарактеризовать как нестабильное, а само его — как клонившееся к закату. Наиболее полное представление об этом дает Константин Багрянородный. В 40-е годы X в. Хазария уже превратилась во второстепенное государство, которое интересовало империю лишь с точки зрения безопасности ее владений в Крыму. Именно здесь Византия еще опасалась хазарского присутствия и в необходимых случаях могла использовать против хазар алан и черных булгар1. Аланы, по-видимому, уже оправились к тому времени от поражения, нанесенного им Аароном, отцом царя Иосифа, и их отношения с прежним сюзереном, хазарским царем, выглядят как сложные, потенциально даже враждебные2, хотя Иосиф был женат на аланской царевне.

На западе граница Хазарии и печенегов проходила у Саркела, ни о какой политической активности здесь хазар не было и речи. Примечательно, что византийский император особо отмечает роль узов (огузов) — восточных соседей Хазарии за Волгой, упоминая, что «узы могут воевать с печенегами» и способны воевать с хазарами3. Если учесть, что за 50—55 лет до этого узы были союзниками хазар в войне с печенегами4, то теперь, как видим, ситуация изменилась: огузско-хазарские отношения испортились, а хазаро-печенежские не улучшились и, по данным Константина, Саркел его времени выглядит как опорный пункт на границе с владениями печенегов5.

В 40-е годы X в. черные булгары не только освободились от хазарской зависимости, но и «могли воевать с хазарами»6. Согласно договору Игоря с греками 945 г., черные булгары угрожали и византийским владениям в Крыму7, т. е. их позиция не была, устойчивой.

Вместе с тем для судеб Хазарии, кроме ее восточных соседей — огузов, все большее значение приобретали взаимоотношения с Русью. Границы с последней были далеко на северо-западе, на порубежье северян, радимичей, освобожденных от хазарской власти в 80-е годы IX в., и вятичей, по-прежнему плативших дань Хазарии. Район вятичей был удален от византийских владений и не интересовал Константина Багрянородного. Но русских князей он несомненно интересовал — не только потому, что вятичи были славянами, но и из-за важного географического положения Вятичской земли, расположенной по Оке. Однако ни Олег, ни Игорь, во всяком случае, большой активности здесь не проявляли. Возможно, это связано с тем, что основное направление политики Киева в первой половине X в. было связано с Византией и юго-западными восточнославянскими землями (древлян, белых хорватов, уличей). К тому же для осуществления военных экспедиций на восток, на Каспий надо было либо сломить Хазарию, для чего условия еще не сложились, либо добиваться установления с ней «удобных» отношений.

Судя по летописным данным, вдова Игоря Ольга, которая с 945 по 964 г, была соправительницей своего сына Святослава и фактически управляла в Киеве8, после «наказания» древлян никаких военных действий не вела. Во внутренней политике Ольга занималась упорядочением отношений центральной власти с подчиненными славянскими землями и, кажется, достигла здесь многого9, В своей внешней политике княгиня ориентировалась на союз с Византией, где она приняла крещение10, и помогла империи вспомогательными войсками на разных театрах военных действий. Посылались небольшие отряды, очевидно из числа наемников (скандинавов и т. д,), для которых война была средством существования.

Однако, скорее всего, именно такая политика Ольги в конечном счете привела к тому, что ее сын Святослав, отношения которого с матерью были вполне хорошими, в 964 г, все-таки отстранил ее от власти11. Святослав опирался на свою дружину и ту часть (весьма влиятельную) русской знати, которая мечтала о возвращении времен Олега и Игоря с их заморскими походами и военной добычей. И политика Руси действительно резко изменилась. ПВЛ, охарактеризовав Святослава как сурового воина, легко переносившего походные невзгоды, отмечает его поход на Оку и на Волгу12, где жили вятичи, платившие дань хазарам по щелягу с сохи13. Из летописи не видно, покорил ли в 964 г, Святослав вятичей, но нет оснований писать о походе в этом году русов на волжских булгар и буртасов, как пишет А.Н. Сахаров14. Скорее всего, в 964 г. поход Святослава в земли вятичей не принес результатов, и причиной, вероятно, была позиция Хазарии.

Поэтому-то в следующем, 965 г, «иде Святославъ на Козары»15.

Вопроса об это летописной статье я касался выше (см, четвертую главу, сноску 443), но затрагиваю его вновь, ибо толкование ее по Лаврентьевской летописи, да еще с переводом слова «град» как «столица»16, стало восприниматься как доказательство похода Святослава в 965 г. на столицу Хазарии Атиль17.

Между тем из летописи ясно только, что после взятия Белой Вежи Святослав воевал ясов (живших на Дону) и касогов (в Прикубанье, вероятно в районе Тмутаракани, которая тогда, очевидно, и была занята русами)18. И наконец, важно указание ПВЛ на то, что в следующем, 966 г, Святослав победил вятичей и обложил их данью19.

Одним словом, ПВЛ не содержит указаний на уничтожение Хазарского государства в 965 г., а лишь говорит о поражении хазар, потере ими Саркела и земли вятичей, а также о каких-то военных действиях Святослава в Подонье и Прикубанье.

О падении Хазарии пишут только восточные источники, но их данные комментируются исследователями по-разному. Одни, опираясь в основном на географический труд Ибн Хаукаля, пришли к выводу, что был второй поход русов в 968/969 гг., в результате которого и пала Хазария20. Другие стремятся доказать, что этого второго похода не было21. Чтобы разобраться в этом, я даю ниже переводы восточных известий о падении Хазарии.

Начнем с самого раннего из них, рассказа Ибн Хаукаля, черпавшего информацию в прикаспийских областях в том же 358 г. х. (968/969 гг.), когда на Хазарию обрушились русы. У Ибн Хаукаля об этом идет речь в трех местах его сочинения. Данный вопрос специально изучала Т.М. Калинина, которая перевела тексты22. Ниже даю мой перевод по изданию Крамерса23.

Первый отрывок24. «Булгар — маленький городок, и нет у него большого числа округов. Он был известен как пристань25 для этих26 государств, и опустошили его русы, а (затем) пошли на Хазаран, Самандар и Атиль (и случилось это) в 358 г.27 И отправились сразу после этого в страну ар-Руми и ал-Андалус28, разделившись на две группы. Русы же — варварский народ, живущий в стороне булгар, между ними и славянами на реке Атиль»29.

Второй отрывок. «И ал-Хазар — сторона30 и есть в ней город, называемый Самандар, и он в пространстве31 между ней и Баб ал-Абвабом, и были в нем многочисленные сады (...)32, но вот пришли туда русы, и не осталось в городе том ни винограда, ни изюма. Населяли этот город мусульмане, группы людей, исповедовающих веру33, и идолопоклонники и они покинули его, но благодаря достоинствам их земли и хорошему их доходу не пройдет и трех лет и все станет как и было. В Самандаре были мечети, церкви и синагоги, и совершили они (русы) свой набег на всех, кто обитал на берегу реки Атиля из хазар, булгар, буртасов, и овладели ими34, и искали люди Атиля убежище на острове35 Баб ал-Абваб, и укрепились они там, а некоторые на острове Сийах-кух36, и оставались они там в страхе»37.

Третий отрывок. «Внутренние булгары38 — христиане и мусульмане39, но в наше время народ русы не оставил (ничего) этого40 ни у булгар, ни у буртасов, ни у хазар, кроме разбросанной41 неполной (части страны, земли?), выслеживали (их) в ней42, те же, кто (уцелели), надеялись остаться в соседних областях. Дошло до меня, что большинство из них вернулись в Атиль и Хазаран при могущественном Мухаммеде б. Ахмаде ал-Азди, владетеле ширван-шахе43, который оказал им помощь мужами и людьми44, и они надеялись, просили, чтобы (те) заключили с ними договор и они были бы покорны им (ширванцам)45 за благодеяния по отношению к ним»46.

В данном случае целесообразно привести этот же отрывок по другой, более ранней редакции47 труда Ибн Хаукаля48: «Не оста-лось в наше время почти ничего от булгар, буртасов и хазар, так как напали на них русы и захватили все их области, те же, кто спасся, рассеялись по соседним областям, надеясь, что (русы) заключат с ними договор и они смогут вернуться, (поселившись) под их властью»49.

Кроме того, известия о рассматриваемых событиях содержатся у следующих авторов.

Ал-Мукаддаси: «Слышал я, что ал-Ма’мун50 совершил на них поход из ал-Джурджании51, овладел (Хазарией) и обратил ее в ислам52. Затем я слышал, что войско из ар-Рума, которых (воинов) зовут ар-Рус, напало на них и овладело их страной»53.

Ибн Мискавейх: «И стало известно54, что турки напали на страну хазар и те обратились за помощью к людям Хорезма, но те отказались помочь, говоря: вы иудеи и, если хотите, чтобы мы вам помогли, примите ислам. И стали они мусульманами, исключая их царя»55.

Ибн ал-Асир: «И в этом (году)56 племя57 из турок напало на страну хазар, и хазары обратились к людям Хорезма, но те не оказали помощи и сказали: вы неверные58, но если примите ислам, то поможем вам. Те приняли ислам, исключая их царя, и тогда помогли им люди Хорезма и заставили турок отступиться от них, а после этого и их царь принял ислам»59.

Таким комплексом сведений о падении Хазарии мы располагаем к настоящему времени. По сути дела, он же был в распоряжении исследователей и в прошлом веке, исключая дополнения в последней редакции географического труда Ибн Хаукаля, изданной Крамерсом. Правда, и труд Ибн Мискавейха стал известен только с 20-х годов XX в., но сведения этого источника (с добавлениями) повторены Ибн ал-Асиром и, следовательно, также введены давно. Поэтому историки в большей или меньшей степени использовали этот материал. Главные вопросы, которые их занимали, — сколько походов русов было на Хазарию и кто были эти русы — славяне или скандинавы? Первый вопрос и сейчас остается важнейшим, второй же, как мне кажется, существенной роли не играет. Меньше внимания исследователей привлекали те факты арабских источников, которые говорят об активном участии в событиях 60—80-х годов X в. не только русов, но и восточных соседей Хазарии — турок, Хорезма, Ширвана. Прежде чем попытаться дать свое объяснение этим событиям, изложу основные концепции историографии, начиная с работ В.В. Бартольда и по сей день.

В.В. Бартольд, как уже сказано, решительно возражал против реальности похода русов 968/969 гг. В то же время он, по-видимому, был склонен считать «турок» арабских источников, воевавших с хазарами в 965 г., русами60. Оба момента весьма спорные. Но один вывод В.В. Бартольда заслуживает серьезнейшего внимания. Совершенно справедливо усматривая в сведениях Ибн Хаукаля о походе русов против болгар войну на Балканах, Бартольд писал: «Хазарское царство не могло уже оправиться от удара, нанесенного ему Святославом, и после 60-х годов X в. уже не являлось крупным политическим фактором, но его разгромом воспользовались не столько русы, сколько болгары... К болгарам перешло, если не во всей восточноевропейской равнине, то в бассейне Волги наследие хазар...»61 Бартольд отмечал и активную политику Хорезма в Поволжье, особенно, как он считал, в конце X в.62

Особую роль Хорезма в истории Хазарии подчеркивал С.П. Толстов, считавший, что в 985 г. хорезмийцы покорили Хазарию63.

А.З. Валиди Тоган пытался усмотреть влияние на судьбы Хазарии разных политических сил — Руси, огузов и Хорезма. Поход русов он датировал 965 г.64

А.Ю. Якубовский также считал, что был только один поход русов на Хазарию в 965 г. В отличие от Бартольда он допускал возможность разгрома Волжской Булгарии Святославом. В турках Ибн Мискавейха и Ибн ал-Асира Якубовский склонен был усматривать печенегов, а вопрос о роли Хорезма ставил очень осторожно65.

Д.М. Данлоп полагает, что турки, которые, по арабским источникам, напали на хазар в 965 г., — русы. В вопросе о времени исчезновения Хазарского государства Данлоп, по сути дела, к окончательному выводу не пришел. С одной стороны, он, кажется, признает, что после похода Святослава этого государства не стало, с другой — приводя мнения некоторых ученых (Расмунсена и Поляка) о существовании Хазарского государства до XIII в., Данлоп склоняется к тому, что Хазария пережила погром Святослава66.

М.И. Артамонов пишет, что «смертельный удар Хазарскому царству был нанесен Русским государством». По Артамонову, Святослав начал свою войну с хазарами в 964 г. экспедицией на Оку, откуда он перешел на Волгу, разгромил булгар и буртасов, разграбил Итиль, опустошил Самандар, а затем пошел на запад, победил касогов и ясов и на обратном пути взял Саркел. После этого князь вернулся в Киев, а на следующий год окончательно покорил вятичей. Артамонов считает, что закрепиться Руси удалось лишь в Подонье и районе Тмутаракани. Волжская же Булгария и Хазария, по-видимому, недолго находились в зависимости от Руси и восстановили свою независимость67. Известия о нападении турок на хазар Артамонов склонен толковать двояко: либо «турки» здесь ошибочно стоят вместо «русы», либо речь идет о гузах, которых подбил на войну с хазарами Святослав68. Артамонов не отрицает и захвата Хазарии Хорезмом, но не считает этот успех прочным. Привлекая известия Иакова Мниха о походе Владимира против хазар, Артамонов склонен сопоставить его с данными Мукаддаси. В конце концов ученый приходит к выводу, что походы Владимира, в том числе и на Нижнюю Волгу, были последним этапом «более чем двадцатилетней войны» Руси за выход к Каспийскому морю. В итоге Русь пробилась к Каспию и поставила Нижнюю Волгу если не под свою власть, то во всяком случае, включила «в сферу русского политического влияния»69.

И.М. Шекера пишет, что в 965 г. Древнерусское государство начало в союзе с гузами войну с Волжской Булгарией. После заключения с последней договора Русь совершила поход на Хазарию, в результате которого сила последней на Нижней Волге была подорвана. В защиту Хазарии выступил Хорезм, желавший закрепиться на Нижней Волге и вытеснить оттуда Русь. Хорезм же создал «печенежский буфер» между Русью и Нижним Поволжьем70.

В 1968 г. вышла монография В.Т. Пашуто о внешней политике Древней Руси. Разделы о восточной политике Руси в ней написаны мною. Исходя из того, что было два русских похода на Хазарию, я отмечал: «Следствием двух походов войск Святослава было уничтожение Хазарского государства и утверждение русского влияния в Подонье и Прикубанье, а также подчинение Вятичской земли. На Нижнем Поволжье позднее утвердили свое господство огузы и волжские булгары, воспользовавшиеся уничтожением Хазарского каганата»71.

С.А. Плетнева в изложении гибели Хазарии следует за М.И. Артамоновым, полагая, что Святослав громил Поволжье с севера, от Волжской Булгарии до Атиля, а затем взял Самандар, разбил алан и касогов и овладел Саркелом. Достоверным она считает и поход Владимира на Волгу72.

Подробно исследовавшая арабские источники о русско-хазарских отношениях в 60-е годы X в. Т.М. Калинина пришла к выводу о двух походах русов на хазар. Калинина предполагает существование союза русов с печенегами и вслед за Бартольдом и другими учеными отрицает реальность похода Святослава на волжских булгар73. В работе есть и другие интересные, хотя порой и спорные положения.

А.В. Гадло считает, что Хазарский каганат был сокрушен в итоге похода Святослава в 965 г., но Нижняя Волга вскоре «стала окраинным владением Хорезма»74.

П. Голден связывает крушение Хазарского государства с походами русов 960-х годов и в то же время пытается проследить судьбы хазар в конце X—XII в.75.

А.Н. Сахаров пишет о сокрушении Хазарского каганата Святославом и полагает, что тот «пытался закрепить за собой рядом чисто политических мер завоеванные территории, возможно, поставить ослабевшую Хазарию в вассальную от себя зависимость». Сахаров рассматривает волжских булгар и буртасов в качестве «давних союзников Хазарии» и считает, что Святослав прежде всего нанес удар по ним76.

Из приведенного обзора, как кажется, видно, сколь по-разному излагается в современной литературе вопрос о падении Хазарского государства. В общем, все авторы отводят здесь большую роль русам, но роль эта различна. И дело не только в количестве русских походов, но и в их масштабе, направлении, а также роли в сокрушении Хазарии гузов и Хорезма.

Попытаюсь дать в соответствии с наличными источниками свое понимание этого исторического события.

Думается, что вначале главной целью Святослава было отнятие у хазар страны вятичей — единственной славянской земли, еще платившей дань каганату. Поход 964 г., очевидно, был просто политическим зондажем в этой стороне и вопреки мнению некоторых исследователей77 к присоединению земли вятичей к Киеву не привел. Но совершенно необоснованна точка зрения о завоевании и опустошении Святославом Среднего Поволжья, прежде всего Волжской Булгарии. Во-первых, на это нет никаких указаний ПВЛ, согласно которой в 965 г. Святослав взял Саркел и воевал в Северо-Западном Предкавказье, а в 966 г. покорил землю вятичей. Во-вторых, Волжская Булгария в X в. не была союзником Хазарии. События 921 /922 г., связанные с посольством Ибн Фадлана, красноречиво свидетельствуют, наоборот, о враждебных отношениях между Булгарией и Хазарией, которые вряд ли изменились к 60-м годам. Волжская Булгария, правители которой приняли ислам, ориентировалась прежде всего на мусульманскую Среднюю Азию. В-третьих, никаких следов погрома Булгара этого времени археологически не обнаружено. Можно с полной уверенностью сказать, что Ибн Хаукаль спутал Волжскую и Дунайскую Болгарии и у него идет речь о войнах Святослава на Балканах, о которых в мусульманских странах, несомненно, знали.

Важнее указания Ибн Мискавейха и Ибн ал-Асира о нападении на хазар в 965 г. каких-то турок. Это не печенеги, которые, по византийским и русским источникам, были враждебны Киеву. К тому же о нападении на хазар с запада печенегов указанные арабские историки вряд ли могли знать. Ряд ученых давно предположили, что речь идет об огузах (узах), и, думаю, это правильно. Огузские племена в 80—90-е годы IX в. вытеснили с левобережья Волги основную массу родственных им печенегов. Тогда огузы выступали как союзники хазар, но затем положение изменилось, и, став у пределов Хазарии, огузы уже в 30—40-е годы X в. могли нападать на хазар78. В X в. огузские племена занимали обширную территорию, но большинство их кочевало в степях у Аральского и Каспийского морей. В частности, их кочевья находились в непосредственной близости от Гурганджа (Джурджании — Ургенча), главного города Северного Хорезма. На западе огузы достигали Волги и граничили с хазарами и подвластными Хазарии буртасами79. К сожалению, в нашем распоряжении почти нет известий о политической истории Хорезма до конца X в. Ибн Фадлан провел в Гургандже «много дней»80, но ничего конкретного о взаимоотношениях Хорезма с гузами не сообщает.

Огузско-хазарские отношения того времени выглядят противоречиво. В период прохождения посольства халифа через страну огузов у хазар были огузские пленные и огузские вожди явно опасались осложнений отношений с хазарами. Очевидно, перед этим имели место хазаро-огузские столкновения, окончившиеся для огузов неудачно. Из сведений Константина Багрянородного можно заключить, что такие войны были довольно частыми, а потому нет ничего удивительного, что в то время, когда Святослав в 965—966 гг. громил западные владения Хазарии, огузы напали на хазар с востока. И это зафиксировали летописцы Халифата, вообще-то уделявшие мало внимания политическим отношениям даже Саманидов с их северными соседями.

Однако если огузо-хазарскую войну, вернее, ее начало надо датировать 965 г., то события, изложенные далее Ибн Мискавейхом и Ибн ал-Асиром (т. е. обращения хазар к Хорезму), скорее всего, относятся к более позднему времени.

Святослав, закрепившись в Тмутаракани, что было ему необходимо из-за балканских планов, и освободив вятичей от хазарской дани, всю энергию обратил на реализацию своей балканской политики и увел с собой не только дружину, но и, как это практиковалось, ополчения подвластных славянских «племен». На этом этапе (967—968 гг.) Святослав первоначально воевал с болгарами как союзник Византии, хотя его отношения с империей и в это время не были стабильными. Империя была заинтересована в русском князе и платила ему за это «дань»81. В конце концов Святослав заключил мир с Болгарией, и в это время печенеги напали на Киев, где почти без войска находилась престарелая Ольга с внуками82. В историографии преобладает мнение, что печенегов направил на Киев византийский император83.

Это вполне допустимо, но столь же возможно предположить, что печенегов к нападению на беззащитный Киев подтолкнули хазары или хазары и византийцы вместе. Ведь ситуация давно изменилась, старые враги печенегов — узы стали недругами и хазар, и недавнее поражение в войне со Святославом должно было побуждать хазар к реваншу, который они, ведя борьбу с гузами, своими силами осуществить не могли. Если принять этот вариант, то становятся яснее и многие аспекты рассказа Ибн Хаукаля.

ПВЛ сообщает, что печенеги пришли на Русь84, когда Святослав пребывал в Переяславце на Дунае. Киев, обложенный кочевниками, находился в критическом положении и был спасен воеводой Претичем с левого берега Днепра (скорее всего, из Чернигова). Претич выдал себя за начальника передового отряда Святослава и сумел заставить печенегов несколько отступить от города. Лишь спешное возвращение князя окончательно спасло Киев. Святослав привел дружину, а затем на месте «собра вой», т. е. ополченцев из окрестных земель, «прогна печенеги в поли, и бысть мир»85. Все это происходило, по летописи, в 968 г. Весь 969 г. князь оставался в Киеве. ПВЛ объясняет это болезнью Ольги, которая чувствуя приближение кончины, просила Сына повременить с отъездом на Дунай. И лишь похоронив мать и разместив сыновей по городам, Святослав в 970 г. (не раньше)86 отправился на вторую Балканскую войну. Следовательно, в период событий, упоминаемых Ибн Хаукалем, князь был на родине. Сам он, очевидно, действительно не покидал «мать городов русских», но это не могло помешать ему послать отряды против хазар, с которыми надо было покончить, прежде чем опять уйти в далекий поход за Дунай.

То, что поход 968/969 гг. на хазар — реальность, достаточно хорошо обосновала Т.М. Калинина. Мне кажется, его достоверность косвенно подтверждает сообщение младшего современника событий — ал-Мукаддаси, когда он пишет, что русы — войско из Рума, т. е. Византии. Не означает ли это, что речь шла о русах, только что вернувшихся из византийских владений? То, что до этого упоминается поход Ма’муна, т. е. событие более позднее, удивлять не должно, так как само описание Хазарии, откуда взят этот отрывок, у ал-Мукаддаси составлено отнюдь не в хронологическом порядке, но скорее с нарушением последнего.

Поход 358 г. х. совершался по традиционным путям походов русов морем на восток, скорее всего мимо теперь русского Саркела через Переволоку на Волгу. Здесь он вполне мог затронуть и страну буртасов, подвластную хазарам, но основной целью стали обе хазарские столицы — новая Атиль и старая Самандар. Цель эта была достигнута, хазарские города взяты и разграблены, а их население в панике бежало буквально в разные стороны — от дагестанского побережья и областей Хорезма или прилегающих к нему до южного побережья Каспийского моря. Но вот последующие события источниками освещены смутно, и в них надо попытаться разобраться.

Несомненно, русы действовали не в одиночку. По-видимому, у них были какие-то контакты с гузами. Именно в это время гузы перешли Волгу87 и вскоре под именем торков появились по соседству с Киевом. В 80-е годы X в. торки выступили в качестве союзников Владимира против булгар88, по-видимому приазовских (черных).

Но события 945 г., а может быть, и более ранние показывают, что у русов были налажены контакты с некоторыми правителями Северного Кавказа. В пользу этого говорят факты междоусобиц в Дагестане в первые два десятилетия X в. и, наконец, участие алан и лакзов в походе 944—945 гг.

После разгрома 968/969 гг. хазарам ничего другого не оставалось, как просить о поддержке тех самых мусульман, с которыми Хазария боролась буквально столетия. В ответ, естественно, последовало предложение оставить иудаизм и принять ислам. Поставленное в безвыходное положение окружение царя вынуждено было согласиться, хотя сам царь, кажется, сначала отказался, но, судя по сообщению Ибн ал-Асира, уже после похода Ма’муна также принял ислам.

Все эти события происходили на протяжении 70-х — начала 80-х годов X в. В них много остается неясным. Во-первых, какова роль русов после разорения ими Атиля и Самандара? Из сведений Ибн Хаукаля получается, что какие-то русы пребывали в Хазарии еще в начале 80-х годов, так как ширван-шах Мухаммед б. Ахмад воцарился в 371 г. х. (981/982 гг.). Географ именует его «могущественным», и действительно этот правитель начал свою деятельность с больших политических успехов (в масштабах Кавказа). В 982 г. он овладел столицей Аррана Берда’а, до этого в 981 г. захватил г. Кабала, а позже, в 988 г., временно даже закрепился в Дербенте89. Примечательно, что как раз за год до этого, в 987 г., эмир Дербента Маймун в борьбе с городской знатью «искал помощи» у русов и они прибыли в Дербент на 18 судах90. Откуда прибыли? Вероятно, из устья Волги, обычным для русских судов маршрутом.

Известно, что в год, когда русы захватили Атиль и Самандар (358 г. х.), в Дагестане происходили бурные события, в которых активную роль играл дейлемитский правитель (Южного) Азербайджана Ибрагим б. Марзубан (960—983 гг.), сын того самого Марзубана б. Мухаммеда, что воевал с русами в Закавказье в 945 г. В 968/969 гг. Ибрагим занял Ширван и приказал эмиру Дербента Ахмаду прибыть к нему, т. е. подчиниться. Однако Ахмад, по смутному выражению хроники, «не ответил и не явился»91. Попытка Ибрагима продвинуться на север к Маскату не удалась из-за сопротивления жителей. Эмир действовал в союзе с сарирцами, но затем «народ Баба» перебил сарирцев, и это вызвало войну мусульман с сарирцами, закончившуюся страшным поражением мусульман у самого Дербента в 971 г.92

Время было смутное, народ или мусульмане Дербента предводительствовались городскими раисами93, которые боролись против тех дербентских правителей, которые ориентировались на союз с мусульманскими властителями Восточного Закавказья и Дейлема. Упомянутый Ахмад пытался лавировать между мусульманами, на стороне которых симпатии составителя дербентской хроники, и какой-то частью дербентцев, которая ориентировалась на неверных — ас-Сарир, Шандан и др. Скорее всего, с последними контактировали и русы. Сыном Ахмада был эмир Маймун, который прямо призвал русов на помощь в борьбе с раисами.

Эта борьба — особая тема. В данном случае важно установить, что русы и в 80-е годы X в. были в таком месте, откуда они могли на судах быстро и легко достигнуть Дербента. Сделать это было бы невозможно, если бы устье Волги не находилось под их контролем. А об этом свидетельствует и Ибн Хаукаль. Отмечу и еще одну немаловажную деталь. По данным дербентской хроники, русы появляются в Дербенте в 80-х годах X в. (987/989 гг.)94 и позже, в 20-х годах XI в.95 В промежутке же между этими датами о русах в Дербенте сведений нет. Ширван-шах Мухаммед б. Ахмад правил с 371 по 381 г. х. (981—991 гг.)96, но его активность в районе хазарских владений закончилась где-то в 989/ 990 гг., т. е. совпадает с последними известиями о русах в Дербенте. Так что не совсем ясные из сообщения Ибн Хаукаля сведения о помощи этого ширван-шаха хазарам, утесненным русами, скорее всего, приходятся также на 981—989 гг., когда ширван-шах активно вмешивался в дела Дагестана, А так как Ибн Хаукаль мог знать лишь о событиях начала 980-х годов, то логично отнести его сведения к этой дате.

Вероятно, надежды хазар на ширван-шаха не оправдались и тогда они обратились к правителю Гурганджа.

Смущает длительность пребывания русов в Хазарии после похода 358 г. х. Ведь получается, что они находились в хазарских городах все 70-е и 80-е годы X в.! Если считать этих русов варяжской вольницей, это понятно. Скандинавские викинги часто вообще покидали родину и обосновывались в чужих землях навсегда (Нормандия, Сицилия и т. д.). Если же русы эти были воинами киевского князя, то как объяснить их столь длительное пребывание на чужбине в годы, когда сначала все силы были нужны для тяжелой войны с империей на Балканах, а затем для борьбы сыновей Святослава за власть, и даже после этого, в период единодержавия Владимира? Вопрос очень трудный, но ответить на него надо.

Мне кажется, необходимо учитывать два обстоятельства. Во-первых, характер известий ПВЛ о IX—X вв. Цель хрониста — показать историю правящей династии с 882 г., киевских князей прежде всего. События в подвластных Киеву областях почти не затрагиваются, исключая такие экстравагантные факты, как убийство Игоря в земле древлян. Но и оно связано с судьбой киевского князя. А между тем во всех подвластных Киеву землях текла своя жизнь, полная событий, оставшихся нам неизвестными. И когда случайно появляются дополнительные, чужеземные материалы, мы часто становимся в тупик.

Во-вторых, и это главное, надо учитывать сам уровень Древнерусского государства X в. В нашей историографии его и завышают (Б.А. Рыбаков), и занижают (И.Я. Фроянов). Между тем Русь той поры — типичное варварское государство97, в котором еще были сильны и нерушимы общинные связи. Над этой совокупностью общин возвышалась столь же типичная надстройка в лице князя и его дружины, формировавшейся, употребляя древнерусский термин, из изгоев разных стран и племен. Что бы ни писали «антинорманисты», состав древнерусской верхушки, перечисленной в договорах Олега и Игоря с греками, в основном не славянский, как неславянские и имена первых князей. При Святославе ситуация менялась, но еще не изменилась. Сам князь уже носит славянское имя, но его ближайшие советники — Свенельд и Асмуд имеют скандинавские имена. Скандинавская по происхождению династия не могла быстро оторваться от своих истоков. Она, конечно, должна была выражать и интересы славянской знати, прежде всего киевской, но слилась с ней, по-видимому, лишь на протяжении второй половины X в. Организуя большие заморские походы, киевские князья, естественно, привлекали на службу те же варяжские отряды, да и местные дружины в ту пору жили войной и полюдьем. Поэтому их могли оставлять в завоеванных областях, где они держались какое-то, зависящее уже от конкретных условий, время. Так могло быть и в Хазарии, где к тому же русы действовали в союзе с такими варварскими же образованиями, как ас-Сарир, Алания и т. д.

Поэтому вполне можно допустить, что после похода 968/969 гг. в хазарских городах Атиле и Самандаре какое-то время пребывали русы. В каких отношениях находились они с метрополией, Киевом, можно только гадать, но такие отношения должны были существовать. Ушли оттуда русы, по-видимому, где-то после 989/990 гг., и, как представляется, это связано именно с вмешательством Хорезма, о котором упоминают арабские источники.

О Хорезме той поры сведений мало. Мы даже не знаем, когда в Гургандже стал эмиром Ма’мун, который в 995 г. подчинил себе и Южный Хорезм. Вмешательство его в дела Хазарии имело место раньше, до этой даты. Ал-Мукаддаси, который и упоминает поход Ма’муна, не указывает, с кем он воевал. Ибн Мискавейх и Ибн ал-Асир излагают события так, что вполне можно предположить, что между нападением турок на хазар в 965 г. и изгнанием их из Хазарии прошло какое-то время. К тому же только более поздний Ибн ал-Асир прямо указывает, что хорезмийцы изгоняли именно турок. Так что вполне возможно, что Ма’мун освобождал Хазарию от русов или от русов и турок (огузов) вместе.

Интересно и другое — упоминание у хазар в период их пребывания в изгнании (на Мангышлаке?) царя, который, очевидно, бежал со своим двором и приближенными из Атиля и до оказания ему помощи хорезмийцами находился вне пределов своего государства, а затем (вероятно, вернувшись в Атиль) принял ислам, что его окружение сделало раньше.

Это говорит о том, что утвердившийся в историографии тезис об уничтожении хазарской государственности в 60-е годы X в. неточен. Уже из рассмотренного материала можно заключить, что Хазарское государство существовало еще в 90-е годы X в., хотя мы не можем ничего конкретного сказать ни о его территории, ни о каких-либо событиях, с ним связанных, кроме упомянутых выше. Во всяком случае, походы русов в пределы Дагестана и Ширвана в 1025—1034 гг., несомненно связанные с деятельностью тмутараканского князя Мстислава Владимировича, как видно из дербентской хроники, скорее всего, шли через аланскую территорию, так как аланы были постоянными союзниками русов в этих походах98. Никакого упоминания хазар в связи с этими событиями в источниках нет, так что можно предположить, что древние владения Хазарии в Северном Дагестане, в том числе и старая столица Самандар, к Хазарии уже не вернулись. Хазары Подонья (Саркела) и Тмутаракани попали под власть Руси, и упоминания о них в русских летописях99 не позволяют уловить какую-либо их связь с Нижней Волгой, где, по-видимому, и доживал свои сроки Хазарский каганат.

Когда он прекратил существование, мы сказать не можем. В экстрактах дербентской хроники у Мюнаджим-баши в богатый событиями 1064 г. попало такое сообщение: «В том же году и остатки хазар численностью в 3000 семей (домов) прибыли в город Кахтан из страны хазар, отстроили его и поселились в нем»100. Мне кажется, так точнее перевести арабский текст. У В.Ф. Минорского речь идет о прибытии этих хазар в г. Кахтан хазарской страны или (как вариант) «в Кахтан на (прежней?) хазарской территории»101. Это известие следует за упоминанием захвата в том же году многих исламских земель. Здесь загадкой является уже сам г. Кахтан, название которого созвучно названию арабского племени кахтан. А поскольку, согласно ал-Мас’уди, на происхождение от этого племени претендовали правители Хайтака в Дагестане, В.Ф. Минорский допускает, что Хайтак и есть Кахтан. Однако в тексте Мюнаджим-баши речь идет о г. Кахтан, а такой город не известен ни в Хазарии, ни в окрестных землях. Скорее всего, название искажено, и идентифицировать его с известными нам городами не представляется возможным.

Вместе с тем если понимать текст, как предлагаю я, то он может быть объяснен. Прежде всего в нем идет речь об остатках хазар, бежавших из своей страны, очевидно, из-за каких-то имевших там место событий. Что это могли быть за события?

Первая половина XI в. ознаменовалась новым мощным движением кочевых племен из Центральной и Средней Азии. Одни племена вытесняли другие и заставляли их, в свою очередь, надвигаться на области с земледельческим населением. Кыпчаки (половцы) в 30-е годы XI в. вытеснили огузов из среднеазиатских степей, в результате чего началась экспансия огузских племен через Мавераннахр и Иран на запад. Половцы, в свою очередь теснимые восточными соседями, толкали на запад торков, кочевавших между Волгой и Днестром (торки — те самые узы, о которых говорилось в связи с событиями X в.). Торки же в союзе с русскими громили печенегов102. Наконец, около 1054 г. половцы сломили торков и подошли к южным пределам Руси. В этих событиях какую-то роль играли аланы, в 60-е годы XI в. захватившие какие-то мусульманские земли (скорее всего, в Приморском Дагестане, но, возможно, речь идет о хазарских территориях, поскольку хазары в конце X в. приняли ислам).

Можно высказать гипотезу, что Хазарское государство окончательно было ликвидировано в ходе бурных политических событий 50—60-х годов XI в. И вот тогда-то, очевидно, постепенно в Нижнем Поволжье закрепилась Волжская Булгария, что предположил в свое время В.В. Бартольд и что для XII в. было подтверждено опубликованным Дублером в 1953 г. новым сочинением ал-Гарнати103.

Примечания

1. Constantine Porphyrogenitus. Op. cit. Vol. 1. P. 52, 64.

2. Ibid. P. 64.

3. Ibid. P. 62.

4. Константин Багрянородный отмечает, что часть печенегов осталась в прежних местах обитания. Через их кочевья проезжало и арабское посольство на Волгу в 921/922 гг.

5. Constantine Porphyrogenitus. Op. cit. Vol. 1. P. 182.

6. Ibid. P. 64.

7. ПСРЛ. Т. 1. С. 51; Т. 2. С. 39.

8. Вопрос о соотношении власти Ольги и ее сына в эти годы не вполне ясен. Обратим внимание на формулировки летописных статей. Прежде всего это заголовок ПВЛ «Начало княженья Святославля 6454» (ПСРЛ. Т. 1. С. 57; Т. 2. С. 46). На древлян Ольга ходила вместе с сыном, а по возвращении из северных земель, где она устанавливала погосты, Ольга «възратися къ сыну своему Киеву, и пребывама с ним в любъви» (Там же Т. 1. С. 60) и т. д. Вероятно, князем считался Святослав и только поздняя традиция усилила роль христианки Ольги, которая какое-то время могла и управлять именем сына.

9. Там же. С. 60.

10. Там же. С. 60—63. О крещении Ольги см.: Сахаров А.Н. Дипломатия Древней Руси. С. 260—298 (здесь и историография вопроса).

11. ПСРЛ. Т. 1. С. 64; Т. 2. С. 52.

12. Речь должна, очевидно, идти о Верхней Волге.

13. ПСРЛ. Т. 1. С. 65; Т. 2. С. 53.

14. Сахаров А.И. Дипломатия Святослава. М., 1982. С. 97.

15. ПСРЛ. Т. 1. С. 65; Т. 2. С. 63.

16. Памятники литературы Древней Руси, XI — начало XII в. М., 1978. С. 79.

17. Артамонов М.И. Указ. соч. С. 427; Гадло Л.В. Этническая история Северного Кавказа, IV—X вв. Л., 1979. С. 206; и др.

18. Кстати, еще М.С. Грушевский именно так определял места обитания ясов и касогов. См.: Грушевский М.С. Указ. соч Т. 1. С. 462.

19. ПСРЛ. Т. 1. С. 65; Т. 2. С. 53.

20. Й. Маркварт, Ф. Вестберг (видевшие в русах скандинавских викингов, независимых от Киева), А.П. Новосельцев, Т.М. Калинина (усматривающие в них киевских русов) и др.

21. В.В. Бартольд, В.Ф. Минорский и др.

22. Калинина Т.М. Указ. соч. Отдельные места переводились на русский язык и ранее (А.Я. Гаркави, В.В. Бартольд).

23. Издание Крамерса сделано по старейшей рукописи (XI в.), оно содержит более полный текст и, по-видимому, последнюю редакцию сочинения. Иная редакция опубликована де Гуе во втором томе серии BGA.

24. Как известно, труд Ибн Хаукаля представляет доработку и дополнение сочинения ал-Истархи. Данный текст, за исключением указания о походе русов, заимствован у ал-Истахри.

25. Я перевожу «пристань», а не «порт», как Т.М. Калинина (Указ. соч. С. 94).

26. Выше упомянуты кимаки, другие среднеазиатские кочевники и славяне. В представлении арабских географов X в. Волга имела как бы два истока, и главным считалась Кама, истоки которой, в свою очередь, ошибочно искались где-то севернее Средней Азии.

27. Точное указание даты. В.В. Бартольд считал это место небрежностью автора (Бартольд В.В. Указ. соч. Т. 2, ч. 1. С. 852). После издания Крамерса по другой редакции этот вопрос должен отпасть.

28. У Ибн Хаукаля несколько упоминании о походах русов в Испанию. Тема эта нуждается в специальном исследовании.

29. Ибн Хаукаль. Указ. соч Т. 1. С 14. В последнем предложении — указание на то, что первоначально русы прибывали с Верхней Волги.

30. В арабском тексте слово «нахийа», указывающее именно направление.

31. Здесь текст опять повторяет ал-Истахри. См.: Ал-Истахри. Указ. соч. С. 222.

32. Пропускаю описание садов, где есть, однако, и дата пребывания Ибн Хаукаля в Джуржане — (3)58 г. х.

33. Именно так лучше передать арабское «ахл ал-милал», здесь христиане и иудеи противопоставлены идолопоклонникам.

34. Этими народами и их землями.

35. Трудно сказать, что здесь имеется в виду, так как Дербент не расположен на острове. В.Ф. Минорский (Указ. соч. С. 152) предположил, что речь идет об устье Терека.

36. Мангышлак и Устюрт (перс. «Сийах-кух» — «Черная гора»). См.: Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 152; Агаджанов С.Г. Очерки истории огузов и туркмен Средней Азии IX—XIII вв. Ашхабад, 1969. С. 78.

37. Ибн Хаукаль. Указ. соч. Т. 2. С. 393.

38. Ибн Хаукаль передает текст ал-Истахри.

39. С одной стороны, речь вроде идет о Дунайской Болгарии, с другой — она путается с Волжской.

40. Благосостояния.

41. Смысл не совсем ясен.

42. Т.М. Калинина (Указ. соч. С. 93) переводит: народ рус «рыскал за ней».

43. В тексте «сахиб ширван-шах». Ал-Азди, очевидно, испорченное ал-Йазиди (Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 50, 152).

44. Оба термина оригинала могут рассматриваться как синонимы.

45. Мне кажется, правильнее понимать текст так. Т.М. Калинина (Указ. соч. С. 93) переводит: «и они были бы покорны им (русам за то, что (русы) оказали ему (ширван-шаху) благодеяние для них (беженцев)».

46. Ибн Хаукаль. Указ. соч. Т. 2. С. 397.

47. Ранее полагали, что существовало две редакции труда Ибн Хаукаля: 60-х и 70-х годов X в. Крамерс предположил (и обоснованно), что изданная им редакция — третья. См.: Крачковский И.Ю. Избр. соч. М.; Л., 1957. Т. 4. С. 199.

48. Кроме старого перевода Гаркави, сделанного по одной из рукописей, есть перевод В.В. Бартольда (Указ. соч. Т. 2, ч. 1. С. 849) и Т.М. Калининой (Указ. соч. С. 93). Переводы отличаются друг от друга.

49. Ибн Хаукаль. Китаб ал-масалик ва-л-мамалик. Лейден, 1878. С. 286.

50. Имеется в виду эмир Северного Хорезма (со столицей Ургенч) Ма’мун ибн Мухаммед, формально вассал Саманидов.

51. Г. Ургенч.

52. В другом месте ал-Мукаддаси (Указ. соч. С. 361) отмечает, что жители Атиля уходили на морское побережье, но затем вернулись, «приняли ислам и перестали после этого быть иудеями».

53. Там же.

54. Среди событий 354 г. х. (965 г.).

55. The concluding portion of the Experiences of the Nations. Vol. 2. P. 209.

56. 354 г. х. (965 г.).

57. Араб. «таифа».

58. Араб. «ал-куффар».

59. Ибн ал-Асир. Указ. соч. Каир, 1936. Т. 7. С. 15.

60. Бартольд В.В. Указ. соч. Т. 2, ч. 1. С. 847—852.

61. Там же. С. 851.

62. Там же. С. 853.

63. Толстов С.П. По следам древнехорезмийской цивилизации. М., 1948. С. 254—255.

64. Validi Togan A.Z. Op. cit. S. 319.

65. Якубовский А.Ю. О русско-хазарских и русско-кавказских отношениях в IX—X вв. // Изв. АН СССР. Сер. ист. и филос. 1946. № 5. С. 470—472.

66. Dunlop D. Op. cit. P. 244, 250—261.

67. Артамонов М.И. Указ. соч. С. 426—429.

68. Там же. С. 431.

69. Хам же. С. 433—436.

70. Шекера І.М. Київська Русь XI ст. у міжнародних відносинах. Київ, 1967. С. 49.

71. Пашуто В.Т. Указ. соч. С. 91.

72. Плетнева С.А. Указ. соч. С. 71.

73. Калинина Т.М. Указ. соч. С. 90.

74. Гадло А.В. Указ. соч. С. 207.

75. Golden P. Op. cit. Vol. 1. P. 82—85.

76. Сахаров А.Н. Дипломатия Святослава. С. 97—99, 101.

77. Начиная с В.Н. Татищева. См. также: Новосельцев А.П. Древнерусско-хазарские отношения и формирование территории Древнерусского государства // Феодализм в России. М., 1987. С. 197. Более правильно мнение А.Н. Сахарова (Дипломатия Святослава. С. 101).

78. См. выше данные Константина Багрянородного.

79. Агаджанов С.Г. Указ. соч. С. 77—79.

80. Путешествие Ибн Фадлана на Волгу. С. 58.

81. Пашуто В.Т. Указ. соч. С. 69—70; Сахаров А.Н. Дипломатия Святослава. С. 127—146.

82. ПСРЛ. Т. 1. С. 65—67; Т. 2. С. 53—55.

83. Пашуто В.Т. Указ. соч. С. 70; Сахаров А.И. Дипломатия Святослава. С. 139.

84. ПСРЛ. Т. 1. С. 65; Т. 2. С. 53.

85. Там же Т. 1. С. 67; Т. 2. С. 55.

86. Это ясно видно из летописной хронологии, где под 970 г. описываются назначения Святославом своих сыновей в разные города Руси (Там же Т. 1. С. 69). А.Н. Сахаров (Дипломатия Святослава. С. 146), однако, полагает, что Святослав был на Дунае уже осенью 969 г.

87. Расовский Д.А. Половцы // Seminarium Kondakovianum. Praha, 1936. Т. 8. С. 34.

88. ПСРЛ. Т. 1. С. 84; Т. 2. С. 71.

89. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 51.

90. Там же. С. 68.

91. Там же. С. 67.

92. Там же. С. 68.

93. Главы городских кварталов.

94. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 68.

95. Там же. С. 70—71.

96. Там же. С. 51.

97. Понятие «варварское» (феодализирующееся) государство есть у основоположников марксизма. К Древней Руси оно прежде также порой применялось. См.: Юшков С.В. Общественно-политический строй и право Киевского государства. М., 1949. С. 139; Бахрушин С.В. Держава Рюриковичей // Вести, древней истории. 1938. № 2. С. 88—98. В 50-х годах от него отказались, и, кажется, несколько поспешно, поскольку это способствовало более вольным трактовкам, к которым надо отнести усмотрение феодализма в Древней Руси IX—X и даже более ранних веков.

98. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 70—71.

99. ПСРЛ. Т. 1. С. 147, 205.

100. Минорский В.Ф. Указ. соч. С. 26 (араб. текст).

101. Там же. С. 75. С точки зрения норм арабской грамматики перевод В.Ф. Минорского более правильный. Но ведь Мюнаджим-баши не был арабом и мог допустить здесь при переписывании (и сокращении) оригинала перестановку внутри фразы.

102. Расовский Д.А. Указ. соч. С. 37.

103. Путешествие Абу Хамида ал-Гарнати... С. 27.

Предыдущая страница К оглавлению