Рекомендуем

купить станок для изготовления ключей, logo в москве

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Характерные черты погребального обряда поздних сарматов

Классификация форм погребальных сооружений

Основными археологическими источниками в изучении сарматской культуры являются подкурганные погребения. Для всех этапов сарматской культуры характерно отсутствие сколько-нибудь выраженных остатков поселений, что отражает специфику кочевой жизни сарматов. Курганов же известно достаточно много. Располагаются они, как правило, на возвышенных местах, по речным террасам Волги и Дона и их притоков, по водоразделам, иногда по нескольку десятков, вытягиваясь длинной цепью до 2—3 км (II Бережновский, Сусловский, Калиновский курганные могильники).

Позднесарматские курганы встречаются в группах вместе с более древними курганами, принадлежащих культурам эпохи бронзы, савромато-сарматам, наиболее поздние — тюркоязычным племенам средневековья.

Какой-либо закономерности в размещении в пределах этих могильников позднесарматских курганов не наблюдается. Курганы позднесарматской культуры небольшой величины, обычно круглой формы. Среди учтенных нами 465 курганов позднесарматского времени1, только 8 (Три брата II, кур. № 30, 31; Бородаевка кур. № 3, F3; х. Шульц, кур. D3; Нехаево, кур. № 11; Калиновка, кур. № 34; Усатово, кур. F16) имели вытянутые насыпи. К настоящему времени большая часть курганов оказалась распахана, что затрудняет представление о первоначальной их форме.

Составление гистограмм распределения диаметров и высот курганов по наиболее распространенным типам могильных ям, о которых речь пойдет ниже, дает следующую картину (табл. 3). Вариационный размах диаметров курганов с подбойными ямами равен 6—32 м, при Mo (моде) 10—11 м. Вариационный размах высот этих же курганов равен 0,1—1,2 м, при Mo равной 0,5 м. Крайние величины диаметров курганов с прямоугольно-удлиненными ямами равны 6—25 м, при Mo равной 10—11 м, величины высот — от 0,15 до 1 м при Mo равной 0,45 м. Диаметры курганов с квадратными или широкими прямоугольными (подквадратными) ямами с положением костяков по диагонали и по оси ямы дают двувершинное распределение. Их вариационный размах составляет 6—22 м. Большая часть этих курганов имеет диаметр порядка 10 м, при увеличении, по сравнению с курганами над другими типами ям, диаметром от 14 до 16 м. Вариационный размах высот курганов с подквадратными ямами 0,15—1,3 м, при Mo — 0,4—0,5 м. Таким образом, размеры курганов по типам ям мало чем различаются между собой и имеют в общем одни и те же характеристики.

Каких-либо сооружений (оградок, выкладок и т. д.) в насыпях позднесарматских курганов не обнаружено. В целом для курганов этого времени в Нижнем Поволжье характерна однотипность. Среди них трудно выделить по каким-либо признакам отдельные типы курганных насыпей. В сооружении, отмеченных выше, курганов с продолговатыми насыпями не наблюдается определенной закономерности, насыпаны они над разновременными и разнотипными погребениями. К тому же, для некоторых из них, эта форма, вероятно, не была первоначальной, а стала результатом периодической распашки в одну сторону.

По этой причине за основу классификации погребального обряда поздних сарматов взята форма могильной ямы. Выделяется пять основных типов конструкций позднесарматских погребальных ям: подбойные ямы — тип I, прямоугольно-удлиненные — тип II, квадратные или широкие прямоугольные (подквадратные) — тип III, ямы с заплечиками — тип IV, катакомбы — тип V.

В дальнейшем, рассматривая погребальный обряд позднесарматских племен в пределах Нижнего Поволжья, мы выделим три района, для которых характерны некоторые особенности погребального обряда и материальной культуры, обусловленные направленностью исторических связей. Один из них — Заволжье, где основная часть позднесарматских курганов тяготеет к Волге. В этой части Нижнего Поволжья позднесарматские курганы известны от озера Баскунчак на юге до реки Кинель в Куйбышевской области на севере. Два других района расположены в междуречье Волги и Дона. Это территория, напоминающая треугольник, сторонами которого являются Волга и Дон, а основанием Маныч. Вершина его — район Волгограда, где наиболее близко сходятся Волга с Доном. Здесь позднесарматские погребения изучались нами в пределах Волгоградской, Астраханской областей и Калмыцкой АССР (условно, первый район междуречья). Последний район расположен севернее Волгограда. В него входят позднесарматские памятники, исследованные по берегам рек Иловли, Медведицы и Хопра, притоков Дона (второй район междуречья).

Подбойные ямы (тип I). Данный тип позднесарматских погребальных ям — ведущий в Нижнем Поволжье. Из учтенных 494 погребений этого времени, 243 были сооружены в ямах указанного типа. Они имеют узкие продолговатые входные ямы. Их длина варьирует от 1,3 до 2,87 м, ширина — от 0,37 до 1,37 м. Пропорциональные отношения между длиной и шириной как правило составляют 3:1; 4:1. Глубина колеблется от 0,63 до 2,76 м. Отличительной особенностью этого типа ям является устройство в одной из длинных стенок подбоя (рис. 16, 1—10). В зависимости от ориентировки ямы, подбои сооружались в западной стенке (80%), в юго-западной (7%), в северо-западной (5%), в восточной (4%), в северо-восточной (3%) и в южной (1%).

По своей форме подбои это узкие ниши овальной формы, длина их варьирует от 1,2 до 2,9 м, глубина от 0,15 до 1,36 м, высота от 0,32 до 1,45 м. В большинстве случаев (70%) дно подбоев располагалось ниже дна входной ямы, в результате образовывалась ступенька высотой от 0,1 до 0,8 м. В остальных случаях — на одном уровне с дном входных ям или с легким наклоном в сторону подбоя. По отношению к длине входной ямы подбои были длиннее ее (50, 5%), одинакового с ней размера (27%), короче (22,5%).

Судя по остаткам дерева в могильной засыпи, подбойные ямы перекрывались сверху на уровне древнего дневного горизонта деревянными плахами, ветвями и корой. Подбой также закрывался досками, иногда специально изготовленными рамами или, возможно, носилками, на которых погребенный опускался в яму (Бородаевка, кур. № 3, № 8/4; Суслы, кур. № 41)2. В одном случае входная яма была завалена камнями (Цаган-Эльсин, кур. № 10)3.

Прямоугольно-удлиненные ямы (тип II). Второй по количеству тип позднесарматских погребальных ям в Нижнем Поволжье. Они составляют 27% общего числа погребений этого времени (учтено 132 ямы). Прямоугольно-удлиненные ямы обычно узкие, их длина в 3—4 раза превосходит ширину и колеблется от 1,35 до 2,5 м, ширина — от 0,35 до 1,2 м, глубина от 0,35 до 2 м (рис. 16, 11—19). В трех случаях (Нехаево, кур. № 12; Шульц, кур. № C5; Альт-Веймар, кур. № B8)4, отмечено сооружение небольших подбойчиков вдоль длинных стенок, в которых находились вещи, сопровождавшие погребенного. Их устройство вызвано, вероятно, узостью самой ямы. Во всех случаях скелет погребенного лежал строго на середине ямы. Прямоугольно-удлиненные ямы, также как и подбойные, сверху перекрывались деревом. В кургане № 1 у с. Харьковки в группе 1 кроме перекрытия, погребенный был накрыт носилками, перевернутыми вверх дном, которые были изготовлены из двух продолговатых деревянных брусков с долблеными пазами для двух соединяющих планок5. Вдоль краев ямы детского погребения № 3 из кургана № 9 у с. Бородаевки обнаружены углубления, оставшиеся от трех столбиков, входивших, вероятно, в какую-то конструкцию надмогильного сооружения6.

Квадратные или широкие прямоугольные (подквадратные) ямы (тип III). К этому типу относятся ямы с диагональным положением костяков (вариант А) (рис. 17, 1—7) и ямы с положением по оси (вариант Б) (рис. 17, 8—15). Часть таких погребений оказались ограбленными, положение погребенных в них не прослежено (?). Общее количество ям третьего типа — 97 (19, 5%), из числа которых 40 ям с диагональным положением, 25 с положением по оси и в 32 случаях положение не выяснено.

Могильные ямы диагональных погребений периода формирования позднесарматской культуры отличаются изменением пропорций сторон. Значительно уменьшается количество квадратных ям, по сравнению с предшествующим временем. Вариационные различия длины и ширины ям с диагональным положением костяка следующие: xmin = 0; xmax = 1 м; при x = 0,4 м. Глубина их колеблется от 0,9 до 2 м. Ямы с диагональным положением перекрывались сверху деревянными плахами, ветвями и камышом. В отдельных случаях стенки ям обшивались досками. В захоронениях при расположении костяков по оси не известно ни одной ямы с равными сторонами. Разность длины сторон у них варьирует от 0,18 до 1 м, при х = 0,44 см, глубина колеблется от 0,55 до 2 м. Эти ямы также сверху перекрывались деревом. В двух ямах Сусловского могильника стенки были обложены досками и укреплены столбами7.

Три описанные выше типа ям наиболее распространены в позднесарматское время в Нижнем Поволжье, остальные составляют незначительную часть.

Ямы с заплечиками (тип IV). В Нижнем Поволжье известно всего 6 ям этого типа позднесарматского времени, что составляет 1% от общего числа погребений. По своей конструкции ямы с заплечиками состоят как бы из двух ям, верхней и нижней. По расположению нижней ямы выделено два варианта: А) нижняя яма расположена по диагонали дна верхней; Б) нижняя яма расположена по оси дна верхней ямы. К варианту А относятся две ямы, открытые в кургане № 2 Терновского могильника и в кургане № 22 у с. Сидор. В первом случае — верхняя яма имела подквадратную форму со сторонами 2,60×2,30 м и глубиной 1,1 м. По ее дну, по диагонали, была вырыта узкая яма шириной 0,9 м и глубиной 0,55 м (рис. 18, 4). В засыпи были обнаружены остатки дерева от перекрытия на уровне древнего дневного горизонта и заплечиков. Во втором — верхняя яма имела размеры 1,75×1,05 м, глубина ее 0,95 м. Длина нижней ямы 1,85 м, ширина 0,35 м, глубина 0,3 м.

К варианту Б относятся 4 ямы. Верхняя яма имеет подквадратную форму с размерами 2,05—2,36×1,65—1,80 и глубиной 0,7—1,4 м, нижняя — узкую форму, длиной 2—2,7 м, шириной 0,5—0,7 м, глубиной 0,5—0,6 м (рис. 18, 1, 2). Все эти ямы имели двойное перекрытие на уровне погребенной почвы и плечиков. В Ютаевском могильнике верхняя яма была обложена широкими досками.

Катакомбные ямы (тип V). В Нижнем Поволжье открыто всего три катакомбы, относящиеся к позднесарматскому времени. Подразделяются они на два варианта. Вариант А: катакомбы с круглым входом, располагающимся над ней. Одна из них открыта в Жутовском могильнике в кургане № 388. Диаметр входа в нее равен 0,65 м. Катакомба расположена непосредственно под входом, постепенно расширяясь к дну (рис. 18, 5). Вторая катакомба этого варианта обнаружена на левом берегу Восточного Маныча во второй группе в кургане № 419. Диаметр ее входа равен 1,1 м, сама катакомба несколько смещена к северо-западу от входа (рис. 18, 6). На уровне погребенной почвы оба входа в катакомбы закрывались деревом.

К варианту Б относится одна катакомба, открытая в 1970 г. в Астраханской области у с. Барановки10. Ее входная яма имела прямоугольную удлиненную форму с закругленными углами, ориентированную с севера на юг. С южной стороны в яму вели три ступеньки. В узкой северной стенке ямы находился вход в катакомбу, который был несколько уже входной ямы. Катакомба имела сводчатый потолок и подпрямоугольную в плане форму. Длина ее 2,4 м, ширина 1,5 м. В трех углах катакомбы были сооружены ниши, в которых находился погребальный инвентарь. Вход в катакомбу закрывался деревянными плахами (рис. 18, 3).

Тринадцать погребений были сооружены в насыпях курганов, особенности конструкций могильных ям которых не всегда определены. Из них шесть погребений оказались детскими. В большинстве случаев они впущены в насыпи курганов эпохи бронзы.

Для развития обряда погребения сарматов, начиная с раннего времени, характерно постепенное вытеснение обычая погребать под одной насыпью нескольких членов одного родового коллектива и замена его индивидуальными насыпями над одним погребением. Это явление В.П. Шилов объяснял ослаблением родовых связей. Семья, как хозяйственная единица, выступает уже на первый план, что повлекло за собой изменения идеологического порядка, отразившиеся в погребальном обряде11.

По сравнению с предшествующими этапами сарматской культуры в позднесарматское время отмечен самый малый процент впускных погребений Из 494 погребений только 38 оказались впускными (7,7%). Не считая захоронений в насыпи больше всего впускных погребений было обнаружено в прямоугольно-удлиненных ямах, из 132—22 (около 17%). Среди подбойных ям всего 4 оказались впускными (1,6%). Не известно ни одного случая впускных квадратных или подквадратных ям. Надо отметить, что и в более раннее время погребения в ямах с диагональным положением костяков, как правило, являлись основными в курганах. Количество же впускных погребений возрастает к концу позднесарматской культуры, большая их часть относится ко второй половине III—IV вв. н. э.

Общее знакомство с вещевым материалом из сарматских погребений II—IV вв. позволяет утверждать, что отдельные типы могильных ям существовали не на всем протяжении этого периода. Их датировка очень важна для дальнейшего изучения различных проблем позднесарматской культуры. Однако такая работа до конца еще не проделана, хотя в археологической литературе неоднократно высказывались мнения о времени бытования отдельных типов позднесарматских погребальных ям. О том, что этот вопрос разработан слабо, свидетельствует пример с так называемыми «диагональными погребениями», интерес к которым проявляли многие исследователи. Большинство считает, что обычай погребать по диагонали в квадратных или широких прямоугольных ямах исчезает в III в. н. э.12 В одной из своих работ К.Ф. Смирнов высказал мнение, что диагональные погребения в Нижнем Поволжье исчезли в середине III в. н. э.13. В.П. Шилов отдельные диагональные погребения Нижнего Поволжья датирует III — началом IV вв.14. Такая неясность в определении конечной даты одного из типов погребальных ям позднесарматского времени вызвана неразработанностью проблемы в целом.

Для определения времени бытования в пределах II—IV вв. того или иного типа погребальных ям нами взяты две категории находок: фибулы и зеркала, как наиболее точно датированные и широко распространенные. Характер встречаемости различных типов фибул и бронзовых зеркал в различных конструкциях погребальных ям с определенной долей вероятности определяет время их бытования.

Для квадратных и широких прямоугольных ям с положением погребенных по диагонали отмечена повышенная встречаемость в них сильно профилированных фибул I типа 1-го и 2-го вариантов (табл. 4, А, Б). Они датируются преимущественно II в., но число их значительно сокращается, вероятно, во второй его половине потому, что лучковые одночленные фибулы I типа 4-го варианта, распространившиеся во второй половине II в., в диагональном погребении встречены однажды. Вероятно, этот обряд, как массовое явление, исчезает во второй половине II в. Известно пока только два диагональных погребения, в которых обнаружены фибулы, датирующиеся второй половиной II — первой половиной III вв. и ни одной фибулы, которая бы датировалась позже середины III в. Видимо, сооружение кургана № 25 у с. Сидоры, в котором были найдены две лучковые одночленные фибулы 5-го варианта, следует отнести к началу общей даты этого варианта фибул (конец II в.), чем к ее концу15.

Знаменательно, что погребения в квадратных или широких прямоугольных ямах с положением погребенных вдоль стенок характеризуются повышенной встречаемостью в них лучковых одночленных фибул I типа 4-го варианта (табл. 4, А, Б). Увеличение числа погребений в квадратных или широких прямоугольных ямах с положением погребенных вдоль стенок в позднесарматское время объясняется на наш взгляд эволюцией диагонального обряда погребений, закончившейся в основном во второй половине II в. н. э.16. Это подтверждается и целым рядом так называемых «переходных погребений», в которых уже утрачено диагональное положение, но еще сохранялось некоторое отклонение от стенок ямы (рис. 17, 8—10). Возможно, что резкое сокращение количества диагональных погребений связано с отмечавшимся в третьей четверти II в. в Поволжье и Подонье передвижением племен17.

Определяя конечную дату диагональных погребений (вторая половина II в.), следует отметить, что в данном случае речь идет об изживании этой черты обряда как массового явления. Однако отдельные рецидивы могли иметь место и в более позднее время, но нам не известно ни одного диагонального погребения в Поволжье, уверенно датируемого временем после середины III в.

Квадратные и широкие прямоугольные ямы с положением погребенных вдоль стенок на рассматриваемой территории продолжают существовать до конца позднесарматской культуры, постепенно уменьшаясь в III—IV вв. Наиболее поздние из них находились в кургане № 3 у с. Верхний Балыклей, где была обнаружена фибула с завитком на конце пластинчатого приемника конца III—IV вв.18, и в кургане № 58 Сусловского могильника, где была найдена бронзовая пряжка с В-образным прогибом дужки IV в.19.

Подбойные ямы существовали на протяжении всей позднесарматской культуры. Сначала вместе с погребениями в квадратных и широких прямоугольных ямах, в более позднее время они стали ведущей формой захоронений, что и фиксируется находками в них фибул.

Прямоугольно-удлиненные ямы также сооружались на протяжении всего исследуемого периода. Трудно пока что-либо сказать о ямах с заплечиками, так как их очень мало. Дважды найденные в них фибулы датируются III в. Также мало катакомб позднесарматского времени. В обеих катакомбах варианта А найдены сильно профилированные фибулы. Фибула из Жутовского кургана относится к I типу 2-го варианта. Из Манычского — скорее всего к I типу, сказать определеннее трудно из-за неясного описания и отсутствия в отчете И.В. Синицына рисунка. Указанные фибулы скорее всего относятся ко II в. — возможной дате названных катакомб.

Катакомба варианта Б, как уже отмечалось, в Нижнем Поволжье известна пока только одна. Три катакомбы этого варианта были исследованы Л.М. Казаковой и В.П. Копыловым в Цимлянском районе Ростовской области20. Возможно, к позднесарматскому времени относится разрушенная катакомба из кургана № 2 группы III у хут. Потапов21. В этих катакомбах часто встречаются фибулы второй половины III в., сильно профилированные II типа и лучковые двучленные (табл. 4, А, Б). Но, видимо, на Нижнем Дону катакомбы 2-го варианта сооружались и в более позднее время в IV и V вв., о чем свидетельствуют последние раскопки22.

Не противоречит этим предположениям и распределение бронзовых зеркал по различным типам могильных ям (табл. 5). В квадратных и широких прямоугольных ямах с положением по диагонали чаще всего встречаются зеркала с боковым ушком обоих вариантов, поскольку диагональные погребения еще имели место в начальной стадии распространения зеркал с орнаментированной обратной стороной. В основном же эти зеркала широко распространяются во второй половине II и первой половине III вв., о чем свидетельствуют их находки в подбойных ямах.

Зеркала с центральной петелькой — также частая находка в захоронениях с подбойными ямами. Это говорит о том, что и во второй половине III в. подбойный тип ям оставался ведущим.

Характер встречаемости зеркал в прямоугольно-удлиненных ямах подтверждает сделанный ранее вывод на основании найденных в них фибул, что этот тип ям существовал на всем протяжении рассматриваемого периода.

В катакомбах 2-го варианта, с учетом нижнедонских захоронений чаще находят зеркала с центральной петелькой, которые датируются преимущественно второй половиной III в.

По трем, ранее выделенным районам Нижнего Поволжья, позднесарматские погребения распределяются следующим образом: Заволжье — 211 погребений; междуречье Волги и Дона I район — 232 погребения; II район — 51 погребение (10%). Небольшое количество позднесарматских погребений в последнем районе, в междуречье Волги и Дона к северу от Волгограда, не отражает действительного их соотношения, а объясняется относительно слабой изученностью.

Распределение отдельных типов ям по районам и по времени дает следующую картину (см. табл. 6)23. В Заволжье для погребений, датирующихся рубежом I—II вв. — второй половиной II в., характерны три основных типа могильных ям, причем количество их приблизительно одинаково. Из 43 погребений этого времени 16 сооружено в подквадратных ямах с диагональным положением костяков, 14 — в подбойных и 13 — в прямоугольно-удлиненных. Значительно изменяется и распределение типов ям и положение костяков в них на следующем этапе позднесарматской культуры (вторая половина II — середина III вв. н э.). Так, полностью исчезает обычай класть погребенного по диагонали подквадратной ямы, преобладающим теперь становится положение по ее оси. Эта разница в положении костяков отражает в первую очередь хронологические различия. Наличие диагональных погребений в начальной стадии позднесарматской культуры является продолжением среднесарматских традиций. С развитием позднесарматской культуры положение по диагонали ямы постепенно заменяется положением по ее оси.

В период со второй половины II до середины III в. н. э. господствующим в Заволжье стал подбойный тип ям. Из 83 погребений, датирующихся этим временем, в Заволжье 49 были сооружены в подбойных ямах. Второе по количеству место занимают погребения в прямоугольно-удлиненных ямах (24).

Остальные погребения — в подквадратных ямах, среди которых 7 с положением погребенных по оси, а в трех, ввиду разрушения, положение определить не удалось.

Во второй половине III и IV вв. в Заволжье также происходят некоторые изменения и перегруппировка в распределении типов могильных ям. Увеличиваются в процентном отношении прямоугольно-удлиненные ямы. Из 68 погребений этого времени 29 были в прямоугольно-удлиненных ямах, 29 — в подбойных ямах и лишь 3 погребения в подквадратных ямах с положением погребенного по оси. Появилась группа погребений, впущенных в насыпь других курганов. В Заволжье, в указанное время, нами учтено 7 таких захоронений. В этом районе пока не известны позднесарматские погребения в ямах с заплечиками и в катакомбах, хотя в предшествующее время большая часть этих типов ям находилась именно здесь.

В междуречье Волги и Дона, к югу от Волгограда, типы могильных ям разнообразнее нежели в Заволжье. Здесь найдены все выделенные типы ям. Сравнивая оба района по характеру распределения погребальных ям во времени, можно увидеть как сходные моменты, так и различия. Например, в период с рубежа I—II—до второй половины II в. н. э. в первом междуреченском районе наиболее распространенными являются подквадратные ямы, значительно преобладающие над остальными типами ям. Из 57 погребений 35 были в подквадратных ямах, из них в 16 положение погребенного не выявлено в связи с разрушением, 18 были с диагональным положением и одно с положением по оси ямы. На втором месте находятся подбойные ямы, их 13, на третьем — прямоугольно-удлиненные (7). По сравнению с Заволжьем этого времени здесь обнаружены две катакомбы варианта А.

Со второй половины II — до середины III вв. в I районе междуречья наблюдаются те же изменения в распределении типов погребальных ям, что и в Заволжье. Обычай класть погребенных по диагонали в подквадратных ямах заменяется положением по оси. Причем число подквадратных ям значительно уменьшается. Из 73 погребений, относящихся к этому времени, в междуречье Волги и Дона к югу от Волгограда только 15 сооружены в подквадратных ямах. На первое место здесь в это время, также как и в Заволжье, выдвигаются погребения в подбойных ямах (40). Значительно меньше прямоугольно-удлиненных погребений (15), и три ямы с заплечиками варианта В.

В I районе междуречья во второй половине III и в IV вв. в отличие от Заволжья продолжают преобладать подбойные ямы, из 63 погребений этого времени 49 были в подбойных ямах, в девяти случаях погребения сооружены в прямоугольно-удлиненных ямах. Также как и в Заволжье в конце позднесарматской культуры в I районе междуречья появляются впускные погребения в насыпи более ранних курганов, таких случаев здесь зафиксировано четыре.

Небольшое количество исследованных погребений в междуречье Волги и Дона к северу от Волгограда, во II районе междуречья, не позволяет более четко определить характер распределения типов могильных ям во времени. К рубежу I—II вв. — второй половине II в. относятся всего 10 погребений. Из них 4 в подквадратных ямах с диагональным положением костяков, 3 погребения в подбойных ямах и столько же в прямоугольно-удлиненных.

В период со второй половины II — середины III вв. на первое место, также как и в двух предшествующих районах, выходят погребения в подбойных ямах, их открыто 8 из 16, шесть погребений обнаружено в прямоугольно-удлиненных ямах и 3 — в широких прямоугольных ямах, одно с положением погребенного по диагонали и два — по оси ямы.

На вторую половину III и IV вв. во II районе междуречья приходится всего шесть погребений, из которых 4 были в прямоугольно-удлиненных ямах, одно в подбойной и одно впускное в насыпь кургана бронзового века с невыявленной формой ямы.

Несмотря на ряд различий в распределении типов погребальных ям во времени по трем выделенным районам, у них намечаются и общие черты. Во второй половине II в. подбойные ямы начинают вытеснять подквадратные, во второй половине III в. значительно сокращается число широких прямоугольных ям, к концу позднесарматской культуры появляются группы впускных погребений в насыпи более ранних курганов.

Распределение позднесарматских типов погребальных ям по отдельным, наиболее исследованным могильникам, дает следующую картину (табл. 7). Для Заволжья характерно преобладание поочередно в могильниках I или II типов ям. Так, во II Бережновском могильнике преобладают подбойные ямы, в районе Харьковки прямоугольно-удлиненные, а в Калиновском могильнике и у с. Блюменфельд их число примерно равно. Интересна группа погребений конца позднесарматской культуры у с. Березняки в Куйбышевской области, где все они были сооружены в подбойных ямах. Погребения в под квадратных ямах с положением по диагонали и по оси ямы строгого размещения по отдельным могильникам в Заволжье не имеют, они разбросаны по одному — трем погребениям в отдельных курганных группах между Волгоградом и Саратовом.

Несколько по-иному распределяются типы могильных ям в I районе междуречья. Здесь выделяются могильники, в которых преобладают позднесарматские погребения I типа (Три брата II, Купцын Толга, Кривая Лука VI) или в сочетании со II типом (Восточный Маныч, гр. I, II; хут. Кузин), или же могильники с ямами III типа (с. Старица и ст. Жутово).

Большое количество квадратных или широких прямоугольных ям в курганных группах свидетельствует о том, что эти погребения в могильниках являются более ранними в рамках позднесарматской культуры. И наоборот, погребения в могильниках с подавляющим преобладанием подбойных ям датируются более поздним временем. Так, например, целый ряд погребений в курганных могильниках Березняки, Купцын Толга, Кривая Лука VI датируются по фибулам второй половиной III—IV вв.

Примерно та же картина наблюдается во II районе междуречья, хотя и не так четко как в южном районе, в связи с меньшей исследованностью. В Нехаевском могильнике, например, преобладают погребения в прямоугольно-удлиненных ямах, в Сидорах пока открыты только погребения в подбойных и прямоугольно-удлиненных ямах, а в Ютаевском могильнике оказалось больше подквадратных ям.

Ориентировка и поза погребенных

Северная ориентировка погребенных — одна из определяющих черт погребального обряда позднесарматских племен, она приходит на смену южной ориентировке, господствовавшей в раннее и среднесарматское время (табл. 8). Однако эта смена происходит не сразу и не одинакова во всех трех районах Нижнего Поволжья.

Распределение ориентировок погребенных позднесарматского времени в Нижнем Поволжье по районам во времени выглядит так. В Заволжье из погребений, датированных рубежом I—II вв. — второй половиной II в. соотношение северного и южного секторов ориентировок примерно равно. Среди диагональных погребений 8 — с северной ориентировкой, 7 с южной и один погребенный ориентирован головой на запад. У подбойных погребений несколько больше южных ориентировок — 8, 6 ориентировано головой на север. Почти равное соотношение ориентировок среди прямоугольно-удлиненных ям: 7 — к северу, 6 — к югу.

Коренным образом меняется характер ориентировок в Заволжье со второй половины II в., к этому времени северная ориентировка занимает здесь господствующее положение. С середины III в. в Заволжье все известные позднесарматские погребения дают только северную ориентировку.

Значительно отличаются ориентировки погребенных в междуречье Волги и Дона к югу от Волгограда. Для времени рубежа I—II — второй половины II вв. здесь характерно преобладание южной ориентировки, иногда с отклонением в ту или другую сторону. Южный сектор ориентировок здесь для всех типов ям составляет 95%.

На следующем этапе, так же как и в Заволжье, северная ориентировка в I районе междуречья начинает расти, но не на столько, чтобы занять здесь господствующее положение. В подквадратных ямах с положением по оси северная ориентировка обнаружена в 4 погребениях, южная — в 5. В подбойных ямах северная ориентировка зафиксирована в 17 случаях, а южная — в 22. Один погребенный ориентирован на восток.

Несколько увеличивается северное направление в прямоугольно-удлиненных ямах (8 погребений), 5 погребений имеют южное направление. И только со второй половины III в. в I районе междуречья начинает преобладать северная ориентировка. Но, видимо, в этом районе южная ориентировка продолжает сохраняться до конца позднесарматской культуры, хотя и не в большом количестве.

Второй район междуречья по характеру ориентировок ближе к Заволжью. Здесь уже в конце II в., судя по тому количеству погребений, которыми мы располагаем, устанавливается господство северной ориентировки.

Наиболее распространенным положением погребенных в позднесарматское время, как и в предшествующее, является положение на спине с вытянутыми руками и ногами. Эта поза составляет 50% всех позднесарматских погребений с выявленным положением (табл. 9). Довольно часто в сарматских погребениях встречается положение, когда одна или обе руки находятся на тазовых костях. В археологической литературе этот обычай считается чисто сарматским, хотя в первые века н. э. он был распространен у народов несарматского происхождения24. Из общего числа позднесарматских погребений Нижнего Поволжья положение правой руки на тазовую кость отмечено 25 раз, левой — 41, обеих рук — 40 раз. Иногда погребенным подгибали правую или левую ногу, в результате чего получалась, так называемая, «атакующая» поза. В тридцати двух случаях у погребенных были подогнуты обе ноги, раскинутые коленями в разные стороны, так называемая поза «всадник», или в одну сторону. Первоначально, вероятно, в том и другом случае подогнутые ноги ставились коленями вверх. Случаи перекрещивания ног в голенях встречены 18 раз, в бедрах — 3. Всего же, в зависимости от положения туловища, рук и ног, насчитывается 30 поз погребенных.

К редким позам относится положение на спине с согнутой рукой, положенной кистью на грудь или двумя руками положенными кистями на грудь, в обоих случаях они обнаружены в подбойных ямах. В подбойных же погребениях встречены положения с перекрещенными руками, в четырех из них погребенные лежали на спине с подогнутыми ногами, руки в запястьях перекрещены на животе. Четыре повторяющихся случая указывают на относительную устойчивость позы. Здесь мы, вероятно, имеем тот же случай, что и с перекрещенными ногами, в том и другом случае они связывались. Этот обычай объясняется страхом перед умершим, стремлением предотвратить его обратное возвращение25.

Интересно погребение в Усатовском кургане F15, где погребенный лежал на животе с руками, скрещенными на спине и перекрещенными ногами. Судя по бедности погребального инвентаря и странной позе погребенного, можно предположить, что здесь мы имеем дело с преднамеренным убийством.

Скорченное положение погребенных на боку в позднесарматское время составляет более 4%. Четыре раза зафиксировано положение на левом и одиннадцать раз — на правом боку. Большинство скорченных костяков на правом боку обнаружено в прямоугольно-удлиненных ямах. Непонятно описание погребенного в сидячей позе, данное П.С. Рыковым для Сусловского кургана № 3. Он пишет, что положение погребенного напоминает позу сидячего человека и тут же отмечает факт ограбления погребения и нарушения анатомии скелета26.

Сопоставление поз погребенных по типам ям и районам во времени не дает каких-либо четких различий в их распределении. В большинстве своем одни и те же позы встречаются в различных типах ям и в разное время как в Заволжье, так и в междуречье Волги и Дона.

Некоторые особенности погребального обряда

В погребальном обряде поздних сарматов Нижнего Поволжья довольно редко использовались гробовища. В подбойных погребениях они не найдены ни разу, здесь их, вероятно, заменял закрытый подбой. В прямоугольно-удлиненных ямах в одном случае обнаружено погребение в долбленной колоде, состоящей их двух половин (с. Боаро, курган № 24)27 и трижды были найдены дощатые гробы прямоугольной формы, у которых доски по углам соединялись в шип (с. Блюменфельд, курганы № А 5, Б 7, В 2)28. Не ясна конструкция гробовища в диагональном погребении Альт-Веймар, курган № Д 16, судя по рисунку, погребенный находился в деревянной колоде29. Погребения в гробах и колодах найдены только в Заволжье, в междуречье Волги и Дона они пока неизвестны.

Чаще в позднесарматских погребениях использовались различные подстилки. В качестве подстилок применялись, вероятно, войлок и кожа, которые в большинстве своем не сохранились, чаще дно выстилалось досками, корой, прутьями или камышом (табл. 10).

С давних пор у сарматов с определенными религиозными представлениями связана посыпка дна могил мелом или наличие в них кусков мела, иногда обработанных в форме вытянутых пирамидок.

У поздних сарматов также продолжает встречаться меловая посыпка в погребениях преимущественно до середины III в. Наиболее распространен этот обычай в Заволжье. Погребения с меловой посыпкой рубежа I—II вв. — середины III в. составляют здесь около 30%. После середины III в. число таких погребений в Заволжье резко сокращается (9%). Значительно меньше погребений с меловой посыпкой в междуречье Волги и Дона. Так, в первом районе междуречья процент данных погребений на рубеже I—II вв. и до середины III в. равен примерно 10%, а в последующее время они исчезают совсем.

Кроме кусков мела, довольно часто в позднесарматских погребениях находят куски серы, охры, отщепы кремня. Несколько раз были найдены плиты песчаника круглой формы 20—25 см диаметром. Наличие этих предметов в сарматских погребениях отражает различные магические представления сарматов, известные по этнографическим примерам у ряда теперешних народов30.

Часто, преимущественно в женских погребениях, встречаются речные раковины. Возможно, они были принадлежностью женского туалета. Так, в женском погребении кургана № 8 у с. Березняки в раковине обнаружена красная краска31, а в кургане № I харьковской группы 1 в створке раковины находились белила32.

В погребальном обряде сарматов важную роль играл культ огня. В позднесарматское время, хотя и в меньшей мере, отмечены случаи использования огня во время погребения. В одиннадцати случаях обнаружено разведение костра под насыпью, на уровне погребенной почвы. Иногда в этих кострищах встречается битая посуда, обожженные кости животных, по всей вероятности, остатки тризны по умершему. Углем посыпали дно ямы и перекрытие. После обвала перекрытия угли попадали в засыпь ямы. В отдельных случаях на дне ямы встречались кучки угля и золы, насыпанные у черепа погребенного. В кургане № 28 Ютаевского могильника кучка углей была насыпана в глиняный черепок от лепного сосуда и поставлена около плеча, рядом лежал кусок кремня33. Кострища и угли в большинстве случаев встречаются в позднесарматских курганах, датируемых рубежом I—II вв. — серединой III в.

Заупокойная пища и погребальный инвентарь

С представлениями о потустороннем мире связано наличие в сарматских могилах напутственной пищи и вещей. Кости животных довольно часто встречаются в позднесарматских погребениях, среди которых первое место занимают кости овцы, второе — кости лошади, затем кости крупного рогатого скота. Однажды встречены кости козы и зайца, трижды отмечены находки костей осетровых рыб (табл. 11).

Обычно в позднесарматскую могилу клали переднюю ногу овцы с лопаткой прямо на дно ямы или в миску. Этот обычай установился еще со времени прохоровской культуры, вытеснивший обычай савроматов класть в яму обезглавленные туши баранов или части туши лошади34. В насыпях позднесарматских курганов и могильной засыпи встречаются кости овцы.

В кургане № 8 в группе Бичкин-Булук на дне входной ямы лежали отрубленные кости ног лошади и овцы. В кургане № Д 8 у хут. Шульц на Торгуне также на дне входной ямы лежали отрубленные кости ног лошади35. Интересна находка черепа козла, положенного на кости ног, обнаруженная в Ровненском курганном могильнике36. Этот обычай не известен ранее в сарматских погребениях Нижнего Поволжья. Из близких территориально и хронологически памятников можно указать на некрополь Кобякова городища, где встречались находки черепов коров, положенные вместе с костями ног37. В курганном могильнике Танаиса в 1968 г. обнаружено несколько отдельных захоронений костей ног и черепов лошадей38. Широкое распространение этот обычай получил в раннее средневековье в другой этнической среде племен Евразии39.

Погребальный инвентарь позднесарматских погребений довольно разнообразен. Наряду с уже встречавшимися в более раннее время категориями вещей, появляются новые, изменяются детали формы. Среди прочих вещей в позднесарматских погребениях первое место занимает глиняная посуда, которая делится на две большие группы: лепную и изготовленную на гончарном круге (преимущественно кувшины и миски). Преобладает лепная посуда (табл. 12). Глиняная посуда служила для хранения пищи. В подбойных и прямоугольно-удлиненных ямах они стоят обычно в ногах или головах погребенных. В широких ямах — по углам. В катакомбе, открытой около с. Барановки в кургане № 3, сосуды стояли в специально сооруженных нишах.

Так же как и ранее в позднесарматских погребениях продолжают встречаться курильницы, только новой четырехугольной формы. Чаще они встречаются в женских погребениях.

В позднесарматское время помимо ряда вещей, которые одинаково встречаются как в мужских, так и в женских погребениях, есть предметы, которые находят только или преимущественно в погребениях одного пола. Для женских погребений характерны украшения и предметы туалета: зеркала, серьги, бусы. Бусы, правда, встречаются и в мужских погребениях, но их назначение здесь другое. Они обычно крупнее и служили для украшения ручек мечей, ножен, конской упряжи. В женских погребениях из бус составлялись ожерелья и браслеты, ими обшивалась одежда и обувь.

Из орудий труда только в женских погребениях встречаются пряслица, иногда по нескольку штук. В позднесарматское время преимущественно в женские погребения часто клали ножницы. По этим находкам можно судить о занятиях женщины.

Для мужских погребений наиболее характерны предметы вооружения: мечи, накладки луков, стрелы. Несколько раз оружие находили и в женских погребениях, но таких находок не много. Обычай класть оружие в женские погребения у сарматов постепенно отмирает. Если в савроматской культуре, по подсчетам К.Ф. Смирнова, женские погребения с вооружением составляют 20% от всех таких погребений40, то в позднесарматское время — менее 10%.

Меч и кинжалы — довольно частая находка в позднесарматское время, стрелы по сравнению с предшествующим временем встречаются редко. Причем исчезает обычай класть в яму колчан со стрелами, его заменяют один или несколько наконечников стрел. Хотя сам лук в позднесарматских погребениях находят чаще, чем в более ранних. Возможно, это связано с новой формой сложного лука с костяными накладками, которые всегда сохраняются. Обычны в мужских погребениях находки оселков, служивших для заточки оружия, а также предметы конской упряжи.

Только в мужских погребениях и всегда с вооружением находят деревянные чаши полусферической формы. Вероятно, они были необходимой принадлежностью воина. Эта старая традиция была известна еще с савроматского времени. Так, в парном погребении из кургана № 2 могильника Сазонкин Бугор в Астраханской области деревянная чаша с золотыми обкладками, изображающими головы грифонов, стояла у головы мужчины, вооруженного мечом и колчаном со стрелами41.

Часто встречающиеся в погребениях того и другого пола вещи обычно связаны с представлениями о заупокойной пище: посуда, железные ножички, часто лежащие вместе с костями животных.

Новой распространенной категорией погребального реквизита поздних сарматов стали фибулы. В среднесарматское время в Нижнем Поволжье их известны единицы. В позднесарматских погребениях Поволжья и Приуралья нами учтено более 130 фибул, большая часть которых найдена в женских погребениях (73, 5%).

Детских погребений позднесарматского времени известно немного. Среди прочих вещей в них наиболее часто встречаются бараньи альчики. Существует несколько предположений об их назначении. Считают, что они использовались для игры или служили амулетами-оберегами. Этнографические примеры до недавнего времени были известны в Средней Азии42.

В позднесарматское время в Нижнем Поволжье можно выделить ряд погребений, которые отличаются богатством могильного инвентаря В них обычно находят по нескольку сосудов, изготовленных на гончарном круге, и другие предметы, иногда золотые вещи. В то время как в других они отсутствуют вообще, или находится, например, один горшок. Однако следует отметить, что имущественная дифференциация у поздних сарматов, судя по погребальному инвентарю, не так ярко выражена как, например, у скифов или на предшествующих этапах сарматской культуры.

Таковы наиболее существенные черты погребального обряда поздних сарматов. В дальнейшем мы будем использовать данные погребального обряда в таких вопросах как происхождение, хронология, связи позднесарматских племен Нижнего Поволжья.

Примечания

1. В это число вошли только те курганы, которые определенно относятся к позднесарматской культуре как по обряду погребения, так и предметам материальной культуры.

2. См.: Синицын И.В. Археологические раскопки на территории Нижнего Поволжья. Саратов, 1947, с. 116, 126; Рыков П. Сусловский курганный могильник. Саратов, 1925, с. 417.

3. См.: Синицын И.В. Памятники Нижнего Поволжья скифо-сарматского времени. — В кн.: Археологический сборник. Саратов, 1956, с. 43.

4. См.: Скрипкин Л.С. Отчет. Раскопки Нехаевского курганного могильника. — Архив ИА АН СССР, р-1, № 3989, л. 26; Rau P. Die Hügelgräber römischer Zeit an der unteren Wolga. Pokrowsk, 1927, S. 40, 45.

5. См.: Рыков П.С. Отчет о раскопках в Нижнем Поволжье и Уральской губ. в 1926 и 1927 гг. Архив ЛОИА АН СССР, ф. 2, 1927/187, л. 76—77.

6. См.: Синицын И.В. Археологические раскопки на территории Нижнего Поволжья, с. 129, рис. 86.

7. См.: Рыков П. Сусловский курганный могильник, с. 48—49.

8. См.: Маловицкая Л.Я. Отчет о раскопках Астраханской археологической экспедиции в 1965 г. — Архив ИА АН СССР, р-1, № 3429, л. 60—62.

9. См.: Синицын И.В. Отчет об археологических раскопках в Калмыцкой АССР, произведенных в 1966 г. — Архив ИА АН СССР, р-1, № 4223, л. 180—181.

10. См.: Скрипкин А.С. Позднесарматское катакомбное погребение из Черноярского района Астраханской области. — КСИА АН СССР, № 140, 1974, с. 57—63.

11. См.: Шилов В.П. Калиновский курганный могильник. — МИА. М., 1959, № 60, с. 490.

12. См.: Смирнов К.Ф. О погребении роксолан. — ВДИ, 1948, № 1, с. 213—219; Максимов Е.К. Сарматские диагональные погребения Восточной Европы. — В кн. Археологический сборник. Саратов, 1966, с. 108—109; Засецкая И.П. «Диагональные погребения» Нижнего Поволжья и проблема определения их этнической принадлежности. — АСГЭ. Л., 1974, вып. 16, с. 110.

13. См.: Смирнов К.Ф. Сарматы Нижнего Поволжья и междуречья Дона и Волги в IV в. до н. э — II в. н. э. (историко-археологический очерк). — СА, 1974, № 3, с. 43.

14. См.: Шилов В. Я. Очерки по истории древних племен Нижнего Поволжья. Л., 1975, с. 163.

15. См.: Скрипкин А.С., Мамонтов В.И. Об одном новом типе позднесарматских кинжалов. — СА, 1977, № 4, с. 285—287.

16. Пока не совсем ясно, имелась ли связь позднесарматских погребений в квадратных или широких прямоугольных ямах с положением погребенных вдоль стенок с аналогичными погребениями более раннего времени, известными в небольшом количестве (см.: Засецкая И.П. Диагональные погребения Нижнего Поволжья..., с. 109, табл. 1)

17. См.: Шелов Д.Б. Танаис и Нижний Дон в первые века нашей эры М., 1972, с 249; он же. Основные итоги раскопок Танаиса и проблемы истории Нижнего Дона. — В кн.: Археологические раскопки на Дону. — Ростов н/Д, 1973, с. 3—5.

18. Раскопки автора в 1979 г. в Волгоградском Заволжье. Материалы раскопок не опубликованы.

19. См.: Скрипкин А.С. Две бронзовые пряжки из Сусловского курганного могильника. — СА, 1976, № 3, с. 325—327.

20. См.: Казакова Л.М. Отчет о полевых исследованиях в зоне строительства Миусской и Донской оросительных систем в 1974 г. — Архив ИА АН СССР, р-1, № 5417; Копылов В.П. Отчет об исследовании археологических памятников в зоне реконструкции Донской оросительной системы в 1975 г. — Архив ИА АН СССР, р-1, № 5441, л. 25—32.

21. См.: Казакова Л.М. Отчет о полевых исследованиях..., л. 66—67.

22. См.: Копылов В.П. Отчет об исследовании археологических памятников..., л. 6—9; Каменецкий И.С., Смирнов Ю.А. и др. Отчет Донской экспедиции ИА АН СССР за 1975 год. — Архив ИА АН СССР, р-1, № 6031, л. 38—51.

23. В таблице учтены только те погребения, которые могут быть датированы довольно узким хронологическим периодом.

24. См.: Каменецкий И.С. Население Нижнего Дона в I—III вв. н. э. Дис. на соиск. учен. степ. канд. ист. наук. М., 1965. — Архив ИА АН СССР, р-2, № 1934.

25. См.: Литвинский Б.А. Курганы и курумы Западной Ферганы. М., 1972, с. 102—103, 124.

26. См.: Рыков П. Сусловский курганный могильник. Саратов, 1925, с. 28.

27. См.: Синицын И.В. К материалам по сарматской культуре на территории Нижнего Поволжья. — СА, 1946, VIII, с. 90.

28. См.: Рыков П.С. Отчет о раскопках и разведках в АССР немцев Поволжья, Нижнем Поволжье и Уральской губ — Архив ЛОИА, ф. 2, 1925/204, л. 94 95, 109—10, 112.

29. См.: Rau P. Prähistorische Ausgrabungen auf der Steppenseite des Deutschen Wolgagebiets im Jahre 1926. Pokrowsk, 1927, S. 36, 37.

30. См.: Шилов В.П. Калиновский курганный могильник. — МИА. М., 1959, № 60, с. 430.

31. См.: Гольмстен В.В. Отчет о раскопках курганов в районе с. Березняки Самарской губернии в 1923—1926 гг. — Архив ЛОИА, ф. 2, д. 44, л. 24—25.

32. См.: Рыков П.С. Отчет о раскопках в Нижнем Поволжье и Уральской губернии в 1926 и 1927 гг. — Архив ЛОИА, ф. 2, 1927/187, л. 76—77.

33. См.: Скрипкин А.С. Раскопки курганов на Иловле. — В кн.: Историко-краеведческие записки. Волгоград, 1973, вып. 1, с. 95—109.

34. См.: Мошкова М.Г. Памятники прохоровской культуры. — САИ. М., 1963, вып. Д1—10, с. 24.

35. См.: Синицын И.В. Памятники Нижнего Поволжья скифо-сарматского времени. — В кн.: Археологический сб. Саратов, 1956, с. 46.

36. См.: Синицын И.В. Древние памятники Саратовского Заволжья. — В кн.: Археологический сб. Саратов, 1966, с. 45.

37. См.: Капошина С.И. Работы Кобяковской экспедиции в 1961 году. — Архив ИА АН СССР, р-1, № 2368, л. 35.

38. См.: Шелов Д.Б. Танаис и Нижний Дон в первые века нашей эры. М., 1972, с. 238.

39. См.: Засецкая И.П. Особенности погребального обряда на территории степей Нижнего Поволжья и Северного Причерноморья в гуннскую эпоху. — АСГЭ, 1971, вып. 13, с. 61—72.

40. См.: Смирнов К.Ф. Савроматы. Ранняя история и культура сарматов М., 1964, с. 102.

41. См.: Берхин-Засецкая И.П., Маловицкая Л.Я. Богатое савроматское погребение в Астраханской области. — СА, 1965, № 3, с. 143—153.

42. Кой-Крылган-Кала. — Тр. / Хорезмская археолого-этнографическая экспедиция. М., 1967. т. V, с. 157—158.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница