Рекомендуем

znoy-vip.ru массаж окончание

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Демографическое отступление

Одним из важных факторов, необходимой предпосылкой формирования национально-территориальной государственности является соответствующая демографическая ситуация. Другими словами, населения должно быть достаточно много, и оно должно проживать достаточно компактно. Если населения очень мало либо оно живет разрозненно, то уровень напряжения в социальной жизни будет низким, и можно обойтись без своего государства. В таком случае общество либо пользуется «импортной» государственностью, либо довольствуется неполитическими регуляторами, такими как род, семья, обычай и т.п.

Государство — это не то чтобы какая-то сладкая конфетка, безусловное благо, исторический рай. Напротив, государство — это зло. Государство всегда ущемляет личность, лишает свободы, поддерживает эксплуататоров и т.д. Государство есть зло, но зло неизбежное в обществе, где социальная жизнь напряжена, социальные контакты имеют постоянную или частую природу, сформировались иерархии, страты, существует расслоение, дискриминация; в этом случае государство есть зло неизбежное, но меньшее по сравнению с хаосом войны всех против всех. Так полагал мыслитель Гоббс, и с ним можно отчасти согласиться.

Почему у чеченцев (и у предков чеченцев) так долго не было собственной государственности? Есть несколько вариантов ответа:

1. Чеченцы — дикари, практически людоеды. Не доросли до цивилизованных форм общественной жизни, к каковым относится государство.

2. У чеченцев сильна клановая структура (тейпы), а еще адаты, то есть обычаи, кровная месть и все такое. В общем, негосударственный народец.

3. Чеченцы свободолюбивы, они как волки, такие же храбрые и вольные, и никогда никому не подчинялись вообще (свобода или смерть), каждый сам себе генерал и президент; Чечня — субъект Аллаха.

Нетрудно заметить, что первый вариант ответа будет характерен для ксенофобов, второй, практически официальный вариант ответа, поддерживается современной странно понятой толерантностью, а третий вариант — это симптом особого мировоззрения, являющегося следствием патологического суверенитета головного мозга и параноидального психокомплекса сепаратизма. Но, что удивительно, все три варианта едины в том, что объясняют позднее развитие чеченской государственности тем, что они, чеченцы, какие-то «особенные», в плохом, хорошем или условно-толерантно-нейтральном смысле.

На деле же все, как всегда, гораздо проще, и никакой национальной специфики в этом вопросе нет. В раннем Средневековье, которое мы сейчас рассматриваем, государственность у нахских племен не сформировалась, потому что в ней не было необходимости. Когда вы живете со своей семьей на расстоянии дневного перехода до соседнего жилища и всего вас таких семей пара сотен на весь Кавказ, да между вами еще кто только не живет и сегодня одна власть, а завтра другая, кругом рыскают князья и разбойники, каждый из которых хочет тебя сделать своим подданным со всеми вытекающими последствиями, но без каких бы то ни было прав, то государственность — это последнее, о чем вы задумываетесь. Вам, например, нужен хлеб, нужно железо на наконечники для стрел, нужна невеста сыну (и жених дочери), и всего этого не хватает, а государственности как раз полно, хоть залейся, всякая разная государственность есть — и аланская, и грузинская, и кипчакская; да только пользы от нее никакой. Окажись в такой ситуации любой другой народ, с самыми что ни на есть «государственническими инстинктами», так и он бы не спешил созывать парламент или выбирать президента, когда страны своей нет и народа почти совсем не осталось. Первоочередная задача — размножиться, только так можно создать необходимые условия для формирования собственной национальной государственности.

Этим и занимались предки чеченцев начиная с XIII в. и до наших дней. И в целом успешно; хотя никаких чудес не происходило, темпы прироста в среднем были довольно обычными, сравнимыми с темпами прироста других народов, и гораздо ниже, чем у главной «референтной группы» — русских. По данным переписей, с 1678 по 1917 г., среднегодовой прирост численности русских составил 9,5%.1 (За два с половиной века — в десять раз, с 8 млн до 80 млн.) Это высокий показатель, легко понять на жизненных примерах: возьмем оптимистический цикл жизни поколения в 50 лет; за это время пара оставляет потомство, которое доживает до того, чтобы самому создать семью, допустим, в количестве пяти человек. Это опять же средний показатель, так как есть многодетные семьи, но, с другой стороны, есть и бездетные пары, и дети, погибающие в раннем возрасте, есть болезни, войны и прочее, поэтому довольно хорошо, если в среднем на двух родителей приходится трое выросших детей. Это дает нам прирост в 50% за время жизни одного поколения, 50 лет. А за 100 лет прирост будет двойным, если не считать «проценты на проценты».

Для того чтобы прирост был более быстрым, нужна более быстрая смена поколений (30 или 40 лет вместо 50 лет) и увеличить рост рождаемости (например, пятеро детей в одной семье). Тогда получим увеличение популяции не в 1,5, а в 2,5 раза за время жизни одного поколения, а за век — в 4—6 раз. А больше вряд ли. Всё же люди не кролики и не мухи-дрозофилы.

Кстати, страхи русских ультранационалистов и ксенофобов по поводу того, что русские вот-вот вымрут, а чеченцы, например, размножатся и вытеснят русских, не подтверждаются элементарной арифметикой. Сейчас русских около 150 млн, а чеченцев в 100 раз меньше — около 1,5 млн по самым оптимистическим подсчетам. Если за следующий век численность чеченцев возрастет в 4 раза, то к 2112 г. их станет 6 млн, а если численность русских уменьшится на 50%, что очень много в мирное время, то к 2112 г. их будет «всего» 75 млн; если же все так и будет продолжаться, то к 2212 г. чеченцев станет 24 млн, а русских — 35 млн — вот только тогда почти сравняются два народа по численности. Напоминаю, для этого нужно 200 лет. Не вполне уверен, что человеческая цивилизация просуществует столько в своем теперешнем виде.

И еще напоминаю, что при таких же темпах прироста индийцев к 2112 г. будет 4 млрд, а к 2212 г. — 16 млрд; относительно индийцев что русские, что чеченцы будут нацменьшинствами.

И я даже не хочу ничего считать про китайцев.

Но мы про историю. Мне бы хотелось методом ретроспективной экстраполяции посчитать, сколько в раннем Средневековье насчитывала популяция предков чеченцев. Все цифры и формулы, конечно, приблизительны, но лучше хоть какой-нибудь математический инструментарий, чем совсем никакого и одна слепая беззаветная любовь к своему народу как основа для гипотез о (Великой) национальной истории.

Я полагаю, что к началу XIII в. нахские племена были на грани полного исчезновения из-за смуты в Алании, неблагоприятных экономических условий, работорговли и прочих негативных обстоятельств. После того как Алания была сокрушена, начался постепенный рост численности, который продолжался все последующие века. Мне кажется разумным средний показатель прироста — удвоение каждый век. Допустим, что на сегодняшний день численность чеченцев составляет 1 млн. У нас есть цифра в 1,5 млн, но она включает всех этнических чеченцев, в том числе живущих в других регионах России, и эмигрантов, а для нас в смысле демографического напряжения как фактора возникновения государственности более важна численность населения, не покинувшего своей территории, где эта самая государственность формируется. Вот что мы получаем на начало каждого века, округляя до тысяч:

XXI в. — 1 млн чел.

XX в. — 500 000 чел.

XIX в. — 250 000 чел.

XVIII в. — 125 000 чел.

XVII в. — 63 000 чел.

XVI в. — 32 000 чел.

XV в. — 16 000 чел.

XIV в. — 8000 чел.

XIII в. — 4000 чел.

Таким образом, этот «расчет» подтверждает мое предположение, что к началу XIII в. оставалось всего несколько тысяч прото-вайнахов. Если бы в начале XIII в. их было не 4000, а 40000, то сейчас чеченцев было бы 10 млн. Далее в глубь истории эту формулу применять не следует, так как до XI в. нахов явно было не меньше, а больше; XI—XII вв. стали критическими, когда популяция снизилась, к примеру, со 100000 до 4 000 ввиду неестественных факторов. Что касается «миллионов нахов», то их никогда не было и не могло быть. Только на рубеже XX—XXI вв. мы впервые достигли миллионной отметки.

Теперь соотнесем мою математическую гипотезу со статистическими данными (цифры взяты из официальных источников России, позже — СССР)2.

1830 г. 120 000 чел.
1832 г. 200 000 чел.
1861 г. 140 000 чел.
1867 г. 116 000 чел.
1875 г. 140 000 чел.
1889 г. 186 000 чел.
1897 г. 226 000 чел.
1913 г. 245 000 чел.
1926 г. 318 000 чел.
1939 г. 408 000 чел.
1959 г. -418 000 чел.
1970 г. 612 000 чел.
1979 г. 756 000 чел.
1989 г. 958 000 чел.

Присмотримся к этим данным. С 1889 по 1989 г. численность увеличилась со 186 000 до 958 000 чел., то есть в 5,15 раза. Это почти фантастика! Впрочем, такими же рекордными темпами в XVII—XIX вв. росло русское население — в пять раз за век. В XX—XXI вв. рост русского населения снизился до нормального уровня, увеличившись в два раза за столетие. Отчетливо видно, что большая часть прироста приходится на годы советской власти: с 318 000 чел. в 1926 г. до 958 000 чел. в 1989 г., несмотря на войну и сталинские репрессии. Всегда проверяйте эмоции цифрами. Что бы мы ни думали, что бы ни говорили о советской власти, но невиданный никогда ранее прирост населения показывает — это было «золотое время».

Советские показатели — «ненормальные», потому что рекордные. Нельзя их экстраполировать в прошлое. Никто в прошлом на Кавказе не проводил тотальных вакцинаций против эпидемий, не строил в каждом ауле больницу, в каждом райцентре — роддом, не заботился так о каждом человеке. Поэтому обратимся лучше к предшествующему веку: со 120000 чел. в 1830 г. до 245000 чел. в 1913 г., то есть более чем в два раза меньше чем за век — это и есть «нормальный» прирост, на его основе можно делать вычисления.

А теперь сравним с моим гипотетическим расчетом, подтверждается ли он? Мы видим, что из-за «советского феномена» результаты смещаются на целый век! Но в остальном практически совпадают. Я полагаю, что мог быть и еще какой-то особо благоприятный век, в который рост произошел в 3—4 раза, а были века, в которые рост снижается до отметки 1,5—2; но в среднем за восемь веков прирост шел именно такими темпами. Поэтому в начале XIII в., к моменту вторжения Джебе и Субудая, нас было от 2 до 7 тыс. человек, не больше.

Эльмурзаев приводит мнение Александра Рогова о том, что в 1847 г. население Чечни составляло 1,5 млн чел. Затем в ходе начавшейся Кавказской войны оно было истреблено, уменьшено более чем в десять раз. Сам Эльмурзаев придерживается более скромного расчета — в три раза. То есть к середине XIX в. население Чечни было около 300000 чел. Напомним, что по моей формуле в начале XIX в. оно должно было составлять 250000 чел. Примерно сходится. Ну, ладно. Давайте вернемся к цифрам Эльмурзаева.

1,5 млн в 1847 г. — это бред.

В современной Чеченской Республике проживает около 1,3 млн чел. При этом территория республики больше территории, которую в середине XIX в. занимали чеченцы; плотность населения высокая; присутствуют даже многоэтажные строения; на дворе XXI в. со всей его цивилизацией и инфраструктурой. Представьте себе на миг: середина XIX в., а в Чечне на меньшей территории живет 1,5 млн. А где были, например, леса (которые потом вырубали)? Там же, получается, шагу ступить негде было, только по головам!

А главное, не где жить, а на что. Сегодня 1,3 млн жителей Чечни живут я не скажу, что на средства российского бюджета, но явно при поддержке России, и нефтяная промышленность развивается, и продукты питания поставляют из других регионов. В середине XIX в. жители Чечни должны были жить в основном за счет сельского хозяйства. И уже тогда, учитывая урожайность культур, существовавшую тогда агротехнику и прочие скучные обстоятельства, территория Чечни не могла вместить и прокормить 1,5 млн не только чеченцев, но даже и самых неприхотливых и компактных северных корейцев.

Понятно намерение обосновать «страшный геноцид», но меру надо знать, даже когда строишь исторические гипотезы, как я, например.

Примечания

1. Брук С.И., Кабузан В.М. Динамика численности и расселения русского этноса, 1678—1917 гг.

2. Эльмурзаев Ю. Динамика роста численности чеченцев в XIX—XX веках.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница