Рекомендуем

Мотошкола, Мотоинструктор, Права на мотоцикл.

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Новые политтехнологии

Удар Тимура подорвал могущество Золотой Орды, но не ликвидировал татарскую государственность как таковую. На осколках Орды возникали другие государства: Большая Орда, Крымское ханство и прочие. Они сохраняли свое влияние на Северном Кавказе.

Вместе с тем геополитический расклад изменился, что позволило народам Северного Кавказа в очередной раз прийти в движение. С запада на восток стали продвигаться адыгские общества; вскоре ветвь их окончательно определилась в новый суб-этнос — кабардинцев. В плане государственном кабардинцы несли с собой новые и самые актуальные и действенные на то время (XV—XVII вв.) политические технологии: развитый феодализм с жесткой сословной иерархией. Правили у кабардинцев князья, обладавшие практически абсолютной властью. Князья опирались на дворян. Дворяне, уорки, несли воинскую службу в дружине князя и получали за нее земли. Эти феодалы нещадно эксплуатировали зависимых крестьян. Но были еще и ясыри, рабы, чье положение было еще хуже, чем положение крестьян, — хозяева торговали ими как скотом и распоряжались, вплоть до жизни и смерти, по своему усмотрению.

Остановимся немного на рабстве. Как мы помним, народы Северного Кавказа были давно и плотно вовлечены в работорговлю. На транзите рабов были построены богатейшие мультинациональные торговые корпорации, имевшие порты-колонии на Черном и Каспийском морях. Торговля рабами являла собой самую важную и самую доходную часть бюджета едва ли не всех средневековых государств, обосновавшихся на Северном Кавказе. Рабы были главным товаром на экспорт, основой внешней торговли.

Однако во внутренней экономике северо-кавказских обществ и государств рабовладение и предприятия, основанные на рабском труде, не имели большого значения. Рабство было патриархальным, домашним. Рабы использовались в качестве домашних слуг или на грязных муниципальных работах. В вайнахских селениях рабы часто освобождались и, женясь на вдовах, принимались в общество. Либо, напротив, над ними издевались, содержали хуже, чем животных: но экономику на их труде не строили никогда. Рабы у большинства северо-кавказских народов, в частности у вайнахов, служили главным образом предметом продажи, обмена или получения выкупа, а не для прямой эксплуатации. Тому были объективные причины:

1. Для использования рабов как рабочей силы нужны хозяйства потогонного или плантационного типа, с массовым производством, иначе производимый продукт не оправдывает содержания раба; на Северном Кавказе таких хозяйств не было.

2. Для использования рабов на общественных работах, таких как рытье каналов и прочее, нужно, во-первых, чтобы были такие работы, во-вторых, чтобы было государство, организационно способное это осуществить; на Северном Кавказе не было ни особой потребности в таких работах, ни государства, достаточно могущественного и централизованного, чтобы содержать «министерство общественных работ».

3. Для содержания рабов в качестве постоянных слуг, работников и т.п. необходима некоторая стабильность социально-эксплуатационной системы; большинство племен Северного Кавказа жили в более мобильной, нежели стабильной системе, построенной по схеме «набег-угон-продажа рабов-скрываемся с награбленным».

4. Для содержания рабов в качестве «статусного» показателя нужно значительное имущественное расслоение и четкая социальная иерархия в обществе; до кабардинцев местные жители в этом слегка «плавали».

Итак, до кабардинцев во внутренней социальной жизни и экономике северо-кавказских обществ рабство не играло существенной роли. Но все изменилось с их приходом. Кабардинские феодалы не только сами эксплуатировали низшие классы, но и показали пример окрестным племенам.

Рабство у кабардинцев было распространено чрезвычайно. Не только князья, но и все уорки имели рабов; благородные кабардинцы и их жены ничего не делали сами, все работы исполнялись рабами; а содержать такое хозяйство (ведь рабский труд неэффективен в малых масштабах) помогали подати с зависимых крестьян и доходы от воинских операций.

Кабардинцы двигались с запада на восток, дошли до Каспия, повернули обратно. Захватывали земли, старались обосноваться на равнине и в предгорьях. И всюду внедряли свою общественно-политическую модель: феодально-рабовладельческую, основанную на сложной социальной иерархической структуре. По сравнению с раннегосударственными и архаическими общественно-племенными социальными организациями туземцев эта модель была куда более эффективной. Именно превосходством в политической технологии объясняется успех Кабарды и ее влияние на Северном Кавказе в отрезок времени, примерно равный трем столетиям, — с XV по XVIII в.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница