Рекомендуем

Вип подарок на 23 февраля - купить подарки деловым партнерам на 23 февраля reywood.ru.

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика





Иудаизм

Как видно из краткой справки БСЭ, Хазарский каганат «колбасило» от одной мировой религии к другой: сначала христианство в византийской версии, потом иудаизм, в самом конце — ислам, но уже не помогло.

Рискну показаться циником, но, имея в виду постулаты далеко не безосновательной теории исторического материализма, скажу, что такие метания были обусловлены не «духовными поисками» правящего сословия и народа Хазарии, а рядом внутриполитических и внешнеполитических причин.

Внутриполитические причины: необходимость унификации права, консолидации общества, укрепления государства. Хазария представляла собой пеструю картину, сшитую из лоскутов различных народов и племен, и в каждой местности бытовал не только свой язык, но и свои «традиции управления», обычаи, культура и пр. Все это делало структуру хазарского общества аморфной, рыхлой, неспособной к мобилизации всех сил и ресурсов в случае опасности (что впоследствии Хазарию и погубило), а государство — сложным для управления и контроля. Хазария не была государством унитарным, это очевидно. Ее нельзя назвать и империей в полном смысле этого слова. Империя должна четко делиться на метрополию и провинции. Хазарский каганат был федерацией или конфедерацией, причем весьма асимметричной (как Российская Федерация сейчас); разные «субъекты федерации» имели весьма различный статус: одни племена и земли имели статус ассоциированных, другие были данниками и пр. Было трудно установить единую систему права, налогов, призыва на военную службу — а без всего этого государство не существует.

Правители Хазарии имели перед глазами убедительные примеры, как вопросы унификации общества и укрепления государства успешно решаются путем внедрения единой государственной религии: Византия, Арабский халифат и другие государства уже использовали этот прием. Множество племен, каждое из которых молится своим богам, трудно привести к единому знаменателю. А если установить единый обязательный для всех культ, то за этим последует и общеобязательная система права (например, мусульманский фикх — «шариат»), и дисциплина, и абсолютизация монархической власти.

Значит, оставалось одно: найти «подходящую» религию. Здесь можно было пойти тремя путями: примкнуть к одной из существующих геополитических общностей, приняв ту или иную «мировую» религию; избрать для себя «особый путь», приняв религию экзотическую; создать собственный уникальный культ (как фараон Эхнатон в Египте). И это уже подводит нас к внешнеполитическим причинам смены религиозной ориентации.

Внешнеполитические причины: необходимость определить свой геополитический статус, свое макроэкономическое положение и свою принадлежность к той или иной цивилизации с вытекающими отсюда военными, политическими и экономическими союзами и линиями конфронтации. В Средние века выбор между той или иной конфессией в качестве государственной означал ни много ни мало, как полное определение геополитической ориентации и пути развития. Иначе говоря, принимать или не принимать католицизм означало примерно то же, что сейчас — входить или не входить в Евросоюз и НАТО, и даже больше.

Вероятно, первоначально в Хазарии были признаваемы многие культы: и языческие верования различных племен, и христианство, и иудаизм, и ислам. Тюркская аристократия следовала своим национально-религиозным обрядам, но не навязывала их подвластным племенам, будучи традиционно веротерпимой. Попытки создать свою уникальную «хазарскую» веру историей не зафиксированы. Но дальше Хазария оказалась перед выбором: или христианство и ориентация на Запад, или ислам и ориентация на Юг. Первоначальный выбор был сделан в пользу христианства и Византии; как сообщает БСЭ, в Хазарии была даже создана отдельная митрополия из семи епархий.

В это же самое время (VII—VIII вв.) и позже христианство распространилось среди народов Северного Кавказа, включая вайнахские племена. Среди чеченцев и ингушей христианство (главным образом, под влиянием Грузии) сохраняло свои позиции довольно долго, вплоть до XV—XVI вв. Но надо отметить, что «принятие» христианства вайнахами было довольно поверхностным; скорее, сформировался некий синкретический культ с элементами народных верований, христианских ритуалов и представлений.

Зато уже тогда (двумя-тремя веками ранее «крещения Руси» князем Владимиром) христианство окончательно и определенно приняли этнические общества славянского происхождения, проживавшие на территории Хазарского каганата, отделенные Великой Степью от Руси-Гардарики, смешивающиеся с кельтами, кавказцами, тюрками по крови, но сохранившими свою идентичность именно благодаря вере. И далее их потомки, названные терскими казаками, будут с особым тщанием относиться к своей религии, «древлеправославию», совершенно отдельному от русской церкви, не затронутому ни расколами, ни реформами. Только в XIX в. российской администрации удалось окончательно «унифицировать» православие терцев, подчинив их в религиозном плане московской патриархии и «исправив» обряды.

Что же касается Хазарии, то затем между каганатом и Византией словно бы пробежала черная кошка. Отношения испортились. Прямых военных столкновений между Хазарией и Византией, насколько мы знаем, не было (Константинополь предпочитал воевать чужими руками, натравливая на Семендер и Итиль соседей), но союз уступил место соперничеству. В регионе Восточной Европы двум крупным игрокам стало тесно, и правители каганата перестали покровительствовать византийскому христианству, понимая, что принятие византийской веры ставит их в подчиненное положение по отношению к Константинополю.

Уже тогда была возможность переориентироваться на Юг посредством принятия ислама. Но каганы не пошли на этот шаг по ряду причин как объективных, так и личного характера. С арабами хазары всегда воевали, так исторически сложилось. К тому же несколько видоизменился этнический состав хазарской аристократии, а именно: с ней слились в родственных отношениях евреи, следовавшие своей национальной вере. И вот около IX в. Хазария объявила государственной религией иудаизм. Этот финт до сих пор ставит историков в тупик.

Надо сказать, что в IX в. иудаизм вовсе не был одной из могущественных мировых религий. Да, к этой конфессии принадлежали многие тысячи людей по всей Ойкумене благодаря тому, что евреи, покидая Израиль, селились повсюду. Но своего государства, а следовательно, формальной политической субъектности, они не имели (вплоть до 1948 г., когда было образовано государство Израиль). Положение еврейских диаспор в Европе и Азии было сложным, двойственным: с одной стороны, они формировали купеческие и финансовые сообщества, играли значительную роль в международной торговле, обладали связями и «капиталами»; но, с другой стороны, в христианских и мусульманских странах иудеи были на птичьих правах, как бы людьми второго сорта.

Какова же цена принятия иудаизма Хазарией? Преимущества состояли в том, что она получала торговые связи по всему миру, инвестиции, приток капиталов, высокий кредитный рейтинг у международных «банков». Но при этом теряла возможность вхождения в могущественные военно-политические союзы «христианских» и «мусульманских» государств. Прямо говоря, иудаизм был маргинальной религией. И для уважающей себя монархии такой выбор был более чем странным.

Еще вопрос: а был ли принят иудаизм в качестве государственной религии в многонациональном государстве? Насколько это было глубоко и серьезно? И как вообще это стало возможным?

Дело в том, что иудаизм, в отличие от ислама и христианства, не является религией прозелитической; он даже откровенно чужд и враждебен прозелитизму. Иначе говоря, иудаизм не настроен на то, чтобы распространять свою веру среди других народов: это вера евреев и только евреев, право и обязанность ее исповедовать могут быть получены только в силу еврейского происхождения. Так как иудаизм мог стать общей религией для всех «хазар», среди которых кого только не было?

Я спрашивал о возможности существования прозелитического иудаизма в раннем Средневековье у специалистов по иудаизму — как у светских ученых, так и у религиозных, и они были единодушны в утверждении, что это в принципе невозможно. Однако я до сих пор сомневаюсь. Потому что я вспоминаю сказку о том, как князь Владимир выбирал веру. Сказка эта включена летописцем в «Повесть временных лет». И в числе прочих проповедников (католик, православный, магометанин) приходит к Владимиру убеждать князя принять свою веру и иудей из Хазарии. Летопись рассказывает об этом так:

...Пришли хазарские евреи и сказали: «Слышали мы, что приходили болгары и христиане, уча тебя каждый своей вере. Христиане же веруют в того, кого мы распяли, а мы веруем в единого Бога Авраамова, Исаакова и Иаковля». И спросил Владимир: «Что у вас за закон?» Они же ответили: «Обрезаться, не есть свинины и заячины, соблюдать субботу». Он же спросил: «А где земля ваша?» Они же сказали: «В Иерусалиме». А он спросил: «Точно ли она там?» И ответили: «Разгневался Бог на отцов наших и рассеял нас по различным странам за грехи наши, а землю нашу отдал христианам». Сказал на это Владимир: «Как же вы иных учите, а сами отвергнуты Богом и рассеяны? Если бы Бог любил вас и закон ваш, то не были бы вы рассеяны по чужим землям. Или и нам того же хотите?

Иными словами, хазарские евреи все же пытались обратить иноплеменного князя и весь его народ в свою веру? Проповедовали иудаизм неевреям? Я оговорюсь, что это не исторический факт, а сказка с расхожим сюжетом (и, кажется, он заимствован именно из истории, тоже полумифической, принятия иудаизма Хазарией). Но что-то могло стоять за этой сказкой, что-то реальное. Ведь вполне реалистично отказывается князь Владимир: чувствуется, что он хочет донести до хазарского посланника именно то недоумение, о котором я говорил выше: как же вы решили избрать себе в качестве официальной религии веру народа, у которого нет собственной земли, государства, политической субъектности? И как мы, монархи Европы, можем после этого считать вас, каганов Хазарии, равными себе, братьями? Вы теперь без опоры, без роду и племени. Это киевский монарх отмечает с удовлетворением, ведь еще совсем недавно Русь была данницей Хазарии, а князья Руси — вассалами кагана, хана, властителя! Так, под предлогом «неправильной веры» хазар Киев идеологически обосновал свой суверенитет, свою независимость от Итиля. Конечно, идеология в данном случае только следует за «реальной политикой», за военной силой, которая в ту пору у русичей уже много превосходила хазарскую (отец князя Владимира, князь Святослав, наголову разбил хазарское войско). Но и без идеологии никак — и тогда, и сейчас.

Возвращаясь к возможности прозелитического иудаизма, я хочу сказать, что, по моему мнению, он был вполне вероятен. Неприемлемый для ортодоксального иудаизма, прозелитизм вполне мог стать основой для самостоятельного учения, «ереси». И в Хазарском каганате если и исповедовали, то такой, неортодоксальный иудаизм. А значит, и обращали в него неевреев.

Доказательством являются реликтовые роды «татов», горских евреев.1 Они есть и среди дагестанских народностей, и среди чеченских тейпов. Антропологически таты весьма сомнительные семиты. Мне кажется, они вполне могут быть как потомками евреев, живших в Хазарии, так и потомками нееврейских племен, принявших в Хазарии иудаизм. Таты до сих пор следуют иудейской вере2, но их религия весьма далека от ортодоксального иудаизма. Это такое упрощенное и «еретическое» толкование иудаизма; весьма возможно, что оно унаследовано татами напрямую от «государственной религии Хазарского каганата».

Оговорюсь, что многие исследователи тем не менее считают: распространение иудаизма не выходило за пределы еврейской этнической общности, а принятие иудаизма тюркской знатью объясняется ее смешанным происхождением: беки, у которых отцы были тюрки, а матери — еврейки, с точки зрения тюрков (происхождение — по отцу) считались тюрками и сохраняли свои аристократические права на власть, а с точки зрения евреев (происхождение — по матери) считались евреями и могли исповедовать иудаизм. Но эта версия не объясняет всех фактов влияния иудаизма на государственную жизнь Хазарии и его распространения среди народов Северного Кавказа.

Так или иначе, принятие иудаизма имело для Хазарского каганата далеко идущие последствия, в целом отрицательные и даже трагические. Да, на первых порах еще более оживилась транзитная торговля, улучшился «инвестиционный климат», происходил даже «перегрев» экономики. Но политический вес каганата резко снизился. А богатая экономика, не подкрепленная политической и военной силой, становится приманкой для агрессоров. Так было и есть, поэтому влияние доллара США поддерживается не только экономикой США, по-прежнему самой крупной в мире, но и ВМС США, которые могут в течение суток поставить свои авианосцы у берега любой неудобной страны.

Для всех соседей, как с севера, так и с юга, Хазария стала лакомым кусочком, «барыгой», «коммерсантом без крыши», одиноким государством, которое можно грабить и грабить, сколько хватит сил, — никто не заступится. Так и сделали. Особенно постарались русичи.

Князь Святослав пошел на Волгу и разорил все главные города Хазарии. На могуществе Хазарии был поставлен жирный крест.

Тогда, осознав свой геополитический просчет, элиты Хазарии обратились за покровительством к исламскому миру. Ставка на «свой, особый хазарский путь» не сработала. Нужно было вписываться в существующую геополитическую реальность, присоединяться к той или иной религиозно-политической общности. Хазария в конце своего пути приняла мусульманскую веру. Но было уже поздно, как субъект политики и истории каганат сходил со сцены, и мусульманский мир не видел смысла поддерживать этот схлопывающийся проект. Зато ислам проник ко всем народам, населявшим ранее Хазарию, и некоторые раньше, другие позже, но большая их часть в итоге сделала свой выбор в пользу мусульманства. Так конец Хазарии стал началом исламизации Северного Кавказа.

Примечания

1. Всякий раз, как только речь заходит о горских евреях, начинается путаница между понятиями «горские евреи» и «таты». Известно, что часть татов-мусульман действительно ведет свое происхождение от исламизированных горских евреев. Сами горские евреи и таты ощущают свою принадлежность к разным, хотя и взаимосвязанным этническим общностям. Нет никакого сомнения в том, что, несмотря на значительную культурную, языковую и, может быть, историческую близость, горские евреи и таты-мусульмане представляют собой два различных этноса. Абсолютное большинство татов-мусульман проживают в Азербайджане, причем таты записаны в паспортах и, следовательно, в переписях как азербайджанцы, а горские евреи, как правило, как евреи.

Иначе дело обстоит во входящем в состав Российской Федерации Дагестане. Основную массу татоязычного населения Дагестана составляют горские евреи, татов-мусульман в Дагестане почти нет. В советские годы весьма активно насаждалось представление о том, что все носители татского языка вне зависимости от вероисповедования составляют единый татский народ. Горские евреи в Дагестане начали массово записываться в паспортах татами, дабы избежать национальной дискриминации в качестве евреев. Можно утверждать, что запись в паспорте «тат» в Дагестане свидетельствует о горско-еврейском происхождении. В результате такого своеобразного решения вопросов статистические данные о численности горских евреев и татов оказались заведомо фальсифицированы, а этнонимы «горский еврей» и «тат» перепутаны. — Прим. ред.

2. Есть таты-иудеи, таты-мусульмане, таты-христиане. — Прим. ред.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница